Ты моя тихоня - Милана Стоун

А вот что конкретно, это мне ещё стоит разгадать, ведь Грачёв мне кажется не быстро от меня отстанет. Необходимо узнать, что именно ему от меня нужно.

Щёлкая нервно пальцами, ожидаю, когда в чайнике закипит вода и решаю пока нарезать чудо-тортик.

Черт, как же вкусно он пахнет! Я просто прихожу в нереальный экстаз, когда раскладываю аккуратные кусочки по тарелкам.

Слышу за спиной возню, а когда поворачиваюсь на шорох, то наблюдаю занимательную картину, от которой у меня вырывается смешок.

Мой любимый котик наглым образом уселся на колени к Грачеву, начинает обнюхивать незваного гостя, а потом неожиданно бьет его лапой по руке.

– Ах, ты пушистый пи… – ругается Родион, прогоняя его с себя.

– Это Василий, – перебиваю я парня, наблюдая за тем, как он пытается избавится от моего пушистого защитника.

Но Васька так просто не сдаётся, он у меня с характером, начинает шипеть и мерзко так мяукать, поворачивая пушистую головку в мою сторону.

Знаю, знаю, дорогой, мне он тоже не очень нравится. Пришел тут и ведёт себя, как барин у крестьян.

– Он дерётся и кусается, – говорит Грачёв обвиняющим тоном, словно в этом виновата конкретно я.

У меня хоть и не самое лучше настроение, но все же не могу сдержать улыбку, что озаряет все лицо, заставляя щеки болеть. Это реально смешная ситуация.

– Обычно он очень даже добрый, значит, ты ему не понравился, – говорю ехидно, разливая по кружкам горячий чай. – Либо запах твоего одеколона, он не любит резкие.

– Чудовище, – фыркает Родион, в тот момент, когда Васек располагается рядом и просто не спускает с него недовольного взгляда, ещё пару раз дёргая лапкой, чтобы показать кто тут настоящий хозяин.

Присаживаюсь на стул, недолго думая, приступаю к поеданию прекрасной вкусности, от которой мой рот полностью был наполнен слюной.

Закатываю в блаженстве глаза. Боже ты мой, это самый чудесный торт, который я когда-либо пробовала. Нужно запомнить название, чтобы потом купить себе ещё, хотя думаю, что ценник на такое удовольствие будет баснословным.

Когда я заканчиваю со вторым куском, то все же обращаю внимание на парня, что с напряженным видом сидит напротив и прожигает меня тёмным взглядом.

Если бы я это заметила раньше, то точно бы подавилась.

– И что ты хотел мне сказать? – спрашиваю, слегка пожав в безразличном жесте плечами.

Родион все же отводит тяжелый взгляд и собирается с мыслями.

Мне кажется, или он правда хочет извиниться за своё скотское поведение? Интересно, однако.

– Знаешь, я не хотел тебя обидеть по поводу твоего старого телефона, – говорит он немного погодя, при этом взъерошивая волосы. – Я понимаю, что бывают такие периоды в жизни, когда от тебя ничего не зависит…

Его голос пропитан грустью, словно он сам находился в таком же положении, но в это слишком сложно поверить.

Что такого могло произойти у мажора? Папа за плохое поведение отбирал машину или кредитную карточку?

Это несравнимо с моей ситуацией, хотя у каждого свои болевые точки, я не имею право судить, кому было тяжелее.

– Не думаю, что ты на самом деле понимаешь, – высказываю свою мысль.

– Я понимаю, Ангелин, поверь мне, – говорит он со всей серьёзностью и достает из кармана пальто небольшую коробку, передает ее мне. – И вот, в качестве моих искренних извинений, прими этот скромный подарок.

Внутри все замирает. Я очень редко получаю подарки. Очень-очень редко, сейчас уже и не вспомню, когда это было в последний раз.

– Что это?

– Возьми и посмотри.

Я беру коробочку и, открыв крышку, конечно, сразу понимаю, что это за «скромный» подарок. Новый телефон, а именно, самая новая модель айфона, милого фиолетового цвета.

Я даже не знаю сколько такой стоит, никогда не задумывалась и не интересовалась, но понимаю, что очень дорого.

Я даже не могу первое время моргать, смотрю на телефон в немом шоке, не осознавая, что конкретно происходит.

Это что… Подачка? Или ему стало настолько меня жаль, именно поэтому он с таким интересом рассматривал интерьер моей квартиры?

Ничего не понимаю. Разве за одно неприятное слово тратят такие большие деньги?

Меня неожиданно накрывает ярость. Я вскакиваю со своего места и отхожу от парня подальше. Отворачиваюсь и смотрю на этот подарок, что не в прямом смысле, но жжёт мою руку. И торт этот в горле комом встает.

Грачев мог бы просто сказать «прости» и все, этого было бы более чем достаточно. А вот это выглядит так, что он накосячил и кинул в меня дорогой игрушкой, чтобы я долго не обижалась.

Черт, ну, какое же это унижение! Ничего ни у кого лишнего не брала, я не хочу чувствовать себя обязанной, ведь если я приму этот телефон, который мне, конечно же, хотелось получить, то он будет себя вести ещё хуже прежнего.

– Уходи и подарок свой забери, – говорю я хриплым голосом, протягивая руку, чтобы он его забрал.

– Не понял? – спрашивает удивлённо, так же поднимаясь с места, но к коробке не притрагивается. – Это извинение, я же тебе объяснил.

– Ты не купишь меня такими подарками, я тебе не Алиса, чтобы ты дарил мне телефон, – все сильнее раздражаюсь.

– Ты опять не так поняла. Ангелина, я не хочу тебя обидеть, – говорит он примирительным тоном. – Это просто железка, от меня не убудет, а тебе станет приятно.

– Но мне неприятно, – отвечаю ему.

– А это уже твои проблемы, Репина, – фыркает Родион.

От этой всей ситуации у меня резко начинает болеть голова, или я просто утомилась, нужно бы его спровадить. Спасибо, наобщались.

– Грачев, послушай, я сильно устала за сегодняшний день, ты мог бы избавить меня от своего присутствия и позволить отдохнуть?

Скорее всего, прозвучало очень грубо, но он правда меня снова разозлил. Честно, никто ещё меня так не раздражал и не нравился одновременно.

Дьявольские проделки.

– Так, значит? – спрашивает парень, приподняв от удивления бровь. – По-хорошему не хочешь общаться?

Это что такое, угрозы? Вот это уже больше на него похоже, а то пришел, посмотрите на него, извиняться.

– Если это было по-хорошему, то страшно представить, как это по-плохому…

Указываю Грачеву головой в сторону выхода и он, быстро соображая, выходит из комнаты, попадает в коридор и начинает обуваться.

Отлично, не пришлось гнать его тряпками.

– Увидишь и почувствуешь разницу, я тебе обещаю, – снова угрожает он.

Когда Грачёв начинает выходить, то я дергаю его за край пальто, на что он поворачивается обратно ко мне.

В его взгляде на мгновение появляется странная, как по мне, надежда, но я