Жена по контракту - Анна Сафина

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍

- Да что ж такое-то, - уже рычу, высовываю от усердия язык и, наконец, достаю какие-то обертки из-под конфет.

Встаю, отряхиваю колени от пыли, а затем вздрагиваю. Очень уж резко открывается дверь кабинета шефа.

- Мария, - басит начальство, - я в этой жизни свой кофе получу?

На лице его написано раздражение. Он делает шаг в мою сторону. И только я открываю рот, чтобы предупредить его о ведре с грязной водой, но не успеваю.

- Грр, - спотыкается и тихо выругивается.

Ведро с громким лязгом опрокидывается, вода расплескивается по некогда чистому полу, а на лице мужчины такое зверское выражение лица, что мне не по себе.

- Простите, я пыталась предупредить, но… - пытаюсь оправдаться, достаю из сумки салфетки и начинаю тереть его брюки, намоченные снизу.

- Прекратите, - отталкивает меня и вздергивает практически за шкирку наверх, - что Вы творите? Где уборщица?

- Да тут просто форс-мажор с Вашим кофе вышел, - показываю рукой на кофемашину, - я вот, решила последствия убрать, а за шкафом фантики были, и я ведро не убрала…

Глеб смотрит на меня таким взглядом, словно не знает, задавить меня, как букашку, или же задать мне тряпку.

- Фантики, значит, - поправляет манжеты рубашки, а на брюки свои даже не смотрит.

Я сглатываю и делаю шаг назад. И на что-то натыкаюсь ногами, нелепо взмахиваю руками и заваливаюсь назад. Мужчина делает резкий бросок ко мне и хватает за талию и руку, дергая к себе. Я оказываюсь прижата к его огромному телу, горячее дыхание опаляет мою макушку, а краснота щек явно может сравниться разве что с помидором.

- Спасибо, - резко отпрыгиваю, увеличивая между нами дистанцию.

На секунду мне кажется, что его ноздри широко раздуваются, будто он принюхивается ко мне. И пока он поправляет рубашку, незаметно нюхаю подмышки. Да нет, вроде не воняет. Выпрямляюсь, кладу руку на грудь, ощущая, как загнанной птичкой бьется мое сердце. Это от испуга, точно от испуга.

- Вызовите уборщицу, Мария Андреевна, - возвращает себе былое самообладание бугай.

- Александровна, - поправляю этого наглеца, но держу себя в руках, не грублю.

Грубить после того, как чуть не покалечила его, и в особенности после того, как он не дал мне упасть, даже мне, такой вот хабалке, кажется кощунством.

- Да, да, Александровна. И завтра, будьте добры, придите в более, - окидывает демонстративно меня выразительным взглядом, - подобающем и приличном виде. На одиннадцать назначено совещание, поможете Василисе Петровне.

- Хорошо, - киваю несколько раз, наблюдаю, как вода медленно течет к его туфлям.

- И скажите уборщице, пусть все здесь приберет, - недовольно морщится, окидывает взглядом мои мокрые вещи и уходит обратно к себе.

А я остаюсь один на один с этим безобразием. Открываю рот, хочу постучать и зайти в кабинет, но смелости после случившегося не хватает. Так что внутреннего номера вызова уборщицы мне сегодня не видать. Обреченно смотрю на снова мокрый пол. И апофеозом становится стук швабры о пол. На часах 17:30. Кофе делать смысла не вижу, так что быстренько, как могу, привожу все в порядок. Ну, точно грязнули. Мусорка переполнена вся. Фе, мне кажется, или там испорченный беляш лежит? Вытягивая пальцы, завязываю пакет и выставляю его к двери. Авось никто сегодня уже не зайдет. 18:00. Тютелька в тютельку из своего кабинета выходит главгад, одобрительно смотрит на линолеум, а затем на меня.

- Вас подвезти? – его предложение до того неожиданно и неуместно, что я теряю дар речи.

Поспешно мотаю головой. Еще чего не хватало, снова с ним в машине куковать. И вижу, как его плечи облегченно опускаются. Ишь какой, вежливый. Меня одолевает такое ярое желание назло ему переиграть и ответить согласием, что я не придумываю ничего лучше, как занять рот более полезным делом, когда взгляд падает на мусорный пакет. Подбегаю, подхватываю его и протягиваю мужику.

- Глеб, вынесите мусор, пожалуйста, - сама себе удивляюсь, какую глупость только что сморозила, но назад пути нет.

- Кхм, - кашляет он от неожиданности, проводит ребром ладони по своей бороде, и берет протянутый пакет, - да мне…

Вижу, что хочет пойти на попятную, но я толкаю его по спине, приговаривая на ходу всякую ерунду.

- Завтра, как штык, в девять утра буду, обещаю, - и когда мы оказываемся в коридоре, я оставляю его и спешно несусь к лестнице, - до свидания!

Успеваю увидеть его шокированный вид – он стоит посреди коридора, в руках пакет, штаны так и не высохшие. В общем, завтра мне предстоит явно тяжелый рабочий день.