Девочка мажора - Инна Стужева

Лиза

Распахнула глаза и уставилась на него, замерев, не в силах двинуться с места.

— Кирилл, я… ты мне нравишься, очень сильно и я…

— Лиз, не надо ничего говорить, — тихо сказал он.

— Но…

— Черт, просто не надо, — оборвал теперь уже грубо.

Потом откинулся на спинку кресла, подальше от меня и отвернулся.

— Я тебе совсем не нравлюсь? — произнесла упавшим голосом.

Отшатнулась от него, вернулась на свое место, все еще сжимая в одной руке аптечку, во второй вату. Быстро положила это все на панель и прижала ладони к щекам. Они горели словно в огне.

В следующий момент дернула за ручку, открыла дверь и бросилась прочь от машины.

— Лиза, стой.

Слышала движение за спиной, но продолжала бежать, рискуя повредить ступни.

— Да стой ты.

Кирилл догнал, ухватил за плечи и развернул к себе.

— Лиза, успокойся.

— Отпусти. Я… ты неправильно понял, я совсем не это имела в виду, пусти меня.

Вырвалась, побежала.

— Лиз, я не хотел грубить тебе. Да стой же.

Он снова догнал и прижал к себе. Я чувствовала, как вздымается его грудь под футболкой, а еще какой он горячий и сильный.

— Вот так, спокойно, — говорил он и гладил меня по волосам, — куда ты в таком состоянии?

А я таяла от его прикосновений и тихого уверенного голоса.

— Кирилл, мне кажется, я тебя люблю.

— Тебе только так кажется, это быстро пройдет.

— Нет, — мотнула головой, — не пройдет.

— Пройдет, — возразил уверенно, — у тебя просто был шок, но, когда ты немного придешь в себя, сама поймешь это. Сейчас мы спокойно дойдем до дома, ты подождешь, и я вынесу тебе обувь, есть что-нибудь в холле?

— Кроссовки.

— Отлично. Мы войдем, покажем, что все в порядке и я провожу тебя до комнаты.

— У меня не получится успокоиться.

— Получится. Ты же не хочешь, чтобы тебе устроили допрос и узнали все подробности?

— Допрос?

Слово врезалось в мозг, и я снова отшатнулась. Так вот о чем он думает, а я уж было решила, он не смог сдержаться, чтобы не обнять, он же побежал за мной, а оказывается…

— Только это тебя и волнует? Что скажет экономка и не донесет ли твоему папе, что ты плохо выполняешь его поручение? — выкрикнула зло, не в силах сдержать эмоций.

— Да, волнует, — в тон мне повторил он, — потому что мне поручили следить за тобой, и я это делаю, понятно? Мне не нужны неприятности из-за тебя. Никакого характера.

— Мои чувства ты называешь неприятностями?

— Так и есть. Мне это не нужно, Лиза, и я тебе сразу об этом сказал. Уже жалею, что вмешался, может тогда бы ты поняла, что не стоит лезть, куда не нужно. И не увидела во мне своего спасителя.

— Жалеешь?

Слезы высохли и теперь меня переполняла ярость.

— Что ж, думаю, ты прав, я смогу очень быстро выкинуть тебя из головы. Потому что ты не тот, кого бы я хотела видеть рядом с собой.

— Отлично, надеюсь, ты так и сделаешь, а теперь пошли.

Грубо ухватил за руку и потянул за собой.

Попыталась выдернуть ладонь, к чему эта показная забота, но он не отпустил и сжал крепче. Пришлось идти за ним через силу.

Около порога затормозили, Кирилл, наконец, отпустил и окинул меня внимательным, по прежнему злым взглядом.

— Стой здесь, я сейчас вернусь, поняла?

Я молчала.

— Поняла?

Кивнула, не глядя на него.

Стояла и ждала, пока он вынесет мне кроссовки. Быстро натянула, потом поправила прическу, и друг за другом мы вошли в дом. Не успели переступить порог, как нам навстречу уже спешила тетя Валя.

— Лиза, уже вернулась? Очень хорошо. Кирюш, и ты тут?

— Да, мы встретились около дома, — с невозмутимым видом соврал Кирилл.

— Может быть поужинаете?

— Нет, спасибо, — сказали одновременно.

— Ну, ладно. Лизонька, хорошо повеселилась?

— Да, все отлично, только устала немного.

— Хорошо, тогда не буду задерживать, поднимайся к себе и отдыхай, маме я позвоню.

— Спасибо.

— Если что, ужин в холодильнике, а я тоже пойду к себе, — кивнула тетя Валя.

— Спасибо, отлично.

Сказала и со всех ног бросилась наверх, ни разу не обернувшись.

Оказавшись в комнате, тут же скинула кроссовки, начала стягивать… черт, я же не вернула.

При воспоминании о том, как Кирилл пришел и спас, а еще надел на меня свою толстовку и нес на руках, слезы снова выступили на глазах. Ну почему? Почему я ему совсем не нравлюсь? При том что я сама выдала себя с головой, теперь он знает, все знает про мои чувства. Боже, я вела себя как полная дура, как я смогу теперь спокойно здесь жить и смотреть ему в глаза при каждой встрече?

Меня всю трясло. Тем не менее, я аккуратно сняла и отложила в сторону толстовку, переоделась в домашнее, умылась, и только после этого позволила себе кинуться на кровать, уткнуться лицом в подушку и, наконец, дать волю слезам.

Рыдала, забыв обо всем на свете, даже о том, что мама могла позвонить в любой момент и застать меня в таком состоянии.

Была уверена, что сегодняшний вечер, полный глупостей, надолго оставит отпечаток в моей памяти.