Опасный наследник - Полина Лоранс

Грант от мэрии полностью решил бы эту проблему. Но я пролетела со свистом. Грусть-печаль…

Однако ещё остаётся денежный приз от самого Казанцева. Недаром же он пригласил меня сюда.

– А насчёт моего собственного гранта… В конкурсе участвовали три фирмы, открытые людьми с ограниченными возможностями. И работают там тоже инвалиды. Поэтому я решил увеличить сумму втрое и выделить гранты трём этим предприятиям.

Я пару секунд осваивала новую информацию. Потом искренне похвалила:

– Кирилл, но это же отлично! Я очень рада, что ты именно так распорядился деньгами. Это правильное решение.

– Но мне бы хотелось и тебя тоже поддержать, Соня. Ещё раз повторю, что твой проект мне очень понравился. Ты умница. Организовала маленький, но эффективный бизнес, преодолела столько препятствий. Я прекрасно знаю, что на бизнесменов они сыплются, как из рога изобилия.

– Со мной Лиза и мама. Мы всё делаем вместе, а одна бы я не справилась, потому что у меня…

«…маленький ребёнок!»

Осеклась на полуслове и испуганно моргнула.

– Что у тебя?

Надо бы уже признаться… Хватит себя мучить. Кирилл явно ничего не выяснил о сыне. С одной стороны, приятно, что он не пытается раздобыть информацию обо мне окольными путями. А с другой стороны, было бы проще, если бы он давно уже сам всё узнал.

Придётся, всё-таки, собраться с духом и всё ему рассказать. После того, как мы закончим с денежным вопросом…

– Так что там у тебя? – нетерпеливо переспросил Казанцев.

– У меня совсем не было опыта, когда я открывала собственное дело, – продолжила я оборванную фразу.

– А-а… Понятно. В общем, Сонечка, «Софлайн» я тоже хочу проспонсировать. Предлагаю на днях снова встретиться и обсудить, как лучше провести транзакцию. Возьмёшь с собой Лизу, она же твой бухгалтер.

– Нет, Кирилл… Спасибо, конечно…

– Что такое? – Мужчина насторожился.

– Не надо закачивать деньги в мой бизнес. Сама справлюсь.

Казанцев изменился в лице. Видимо, не привык, что его помощью пренебрегают.

– Не понимаю… Соня, почему вдруг отказываешься?

– Я хотела победить в конкурсе. Но не вышло. А получать деньги по знакомству… Нет, спасибо.

Брать деньги у Кирилла как-то стрёмно. Так же стрёмно, как принимать помощь Гурьянова. Не знаю, как придётся расплачиваться. Мужская поддержка ставит меня в очень зависимое положение, это неприятно…

– Соня, да ладно тебе! Не отказывайся. Планирую перечислить твоей фирме несколько миллионов.

Оу… Несколько миллионов – это, как минимум, три. Или даже больше… Пять!

Я зависла, переваривая услышанное. Переварила. И даже мысленно успела потратить пять миллионов – долго ли!

Мечты, мечты…

– Вместе обсудим, сколько тебе нужно для развития бизнеса. Возможно, ты хочешь купить новое оборудование. Или открыть шоу-рум…

Я мысленно застонала. Иметь маленький стильный шоу-рум и выставлять в нём самые удачные модели – моя мечта. Но мы с Лизой просчитали – это нам точно не по карману.

И тем не менее, я не хочу брать деньги у Кирилла. Вот если бы я победила в конкурсе, тогда другое дело.

– Соня, о чём ты думаешь? Тут есть о чём размышлять? Хочу поддержать тебя в память о нашей прежней дружбе.

Я вздрогнула, услышав эту фразу. К горлу подкатил предательский комок.

– Ты ошибаешься, Кирилл… Никакой дружбы у нас с тобой не было, – горько усмехнулась я и посмотрела прямо в глаза мужчине.

Несколько бесконечно долгих мгновений мы не отводили друг от друга взгляд. Сколько эмоций я испытала, узнав Кирилла! Да, я много раз скатывалась в чёрную депрессию и с трудом из неё выбиралась. Но в то же время я узнала, каково это – быть безумно влюблённой, боготворить мужчину, отдаваться ему, а потом стать мамой потрясающего мальчишки…

– То, что между нами было… Это не дружба, – повторила я.

Кирилл сжал переносицу, опустил голову… Пауза длилась целую вечность. Потом мужчина, наконец, прервал молчание.

– Да, Соня, ты права. Думаешь, я ничего не помню? Нет, не забыл. И сейчас понимаю, насколько яркой звёздочкой ты была для меня. Тогда я не очень-то обращал внимание на женщин. Я с ними работал, и мне хватало проблем, которыми меня грузили на производстве. Я же вращался в женском царстве. Плюс мама и сестра добавляли хлопот, я нёс за них ответственность… Но ты действительно меня зацепила, Соня. Зацепила и взбудоражила… А то, что у нас произошло… Та ночь… Она произвела на меня сильное впечатление. Такое не забывается, поверь.

Я изумлённо смотрела на Кирилла и терялась в догадках.

Он всё это говорит искренне? Или просто ловко воздействует на болевые женские точки? Он умелый, опытный… Большой руководитель, а значит – психолог. Я ведь действительно могу растаять от этих слов…

Нет, уже не растаю.

– В ту ночь ты был… не совсем трезв, – напомнила мужчине.

– Верно. Однако до сих пор помню, какие были ощущения. Жаль, что все эти волшебные эмоции наутро перекрыло жутким чувством вины. Я испытал к себе отвращение. Понимал, что поступил, как какой-то кобель. И тебе голову заморочил, и Дану подвёл.

«Дана. Опять она. Никуда от неё не скроешься!»

Я с трудом сохранила нормальное выражение лица, едва удержалась от презрительной гримасы. Понятно, что вспоминать о Дане мне совсем не хотелось.

– Грустно, Соня, что у нас ничего не вышло, потому что в тот момент я был ограничен своими обязательствами. В другой ситуации, вероятно, та ночь имела бы продолжение, у нас могли бы завязаться отношения… Извини, что поступил с тобой непорядочно… Ты была совсем малышкой, а я не удержался, воспользовался… Потом ещё и в шантаже заподозрил. Соня, милая… Вижу, что до сих обижаешься на меня. Но ведь столько лет прошло! Значит, так и не простила?

– А ведь ты даже никогда не искал встречи! – в отчаянии воскликнула я.

И тут же себя одёрнула.

С какой стати, он бы стал меня искать? Он чувствовал вину, но не любовь. Это я была влюблена до чёртиков, а Кирилл ничего подобного не испытывал.

– Но я был женат, Соня! И если честно, то я, наверное, старался избегать мыслей о тебе. Мне было стыдно, что поступил с тобой, как чёрствый чурбан. Ты была юной, восторженной… Вероятно, испытывала ко мне какие-то чувства – более сильные, чем обычный интерес…

«Какие-то чувства! – Отчаянье раскалённой иглой пронзило мозг. – Знал бы ты, Кирилл!»

– Возможно, я обольщаюсь… Но всё же я думал о тебе, Соня. Вспоминал. Так вспоминают что-то очень приятное из далёкого детства – с лёгкой грустью, отчётливо понимая, что это уже никогда не повторится… И ведь я только через полгода узнал, что ты больше не работаешь в «Эланте». Это выяснилось случайно в разговоре. Дана призналась, что ей пришлось тебя уволить.