Подвал для моего сердца - Архелая Романова

Тина мерзко хихикнула, явно потешаясь над моей школьной влюбленностью.

– Я не следила. Я мимо проходила.

– Ну-ну, – хмыкнула она. – Но Михаил у меня запланирован на вечер. Сейчас я собираюсь аккуратно поболтать с соседями Виталика.

– Погоди, – забеспокоилась я, – а как же сам Виталик? Мы хотели проследить за ним. Вдруг он держит Машу не в квартире?

– О Виталике я прекрасно помню. В данный момент времени он усердно ждет Мирона возле ресторана, пока Воронцов наслаждается любимым стейком в компании Гриши и госпожи Рузиной.

– Кто такая Рузина?

– Марта, Гришкина любовница, – Тина чихнула, и добавила: – Она обещала мне написать, когда Мирон уедет.

– Я думала, вы с ней в плохих отношениях.

– Это я с ней в плохих отношениях, а она со мной – в хороших, – наставительно изрекла Тина. – Ладно, до вечера. Если узнаю что-нибудь интересненькое – позвоню.

– Ага, – кивнула я, и, захватив с кухни банан, отправилась одеваться.

Денис Беликов, вернее, его родители, проживали недалеко от меня. Надо всего-то пройти две улицы, свернуть направо, во дворы, и отыскать серую пятиэтажку под номером пятнадцать. Все это я проделала за полчаса, и в данный момент усердно жала на кнопку дверного звонка.

В глубине квартиры послышались шаркающие шаги, затем недовольный голос пробубнил:

– Кто там?

– Здравствуйте! – крикнула я. – Меня зовут Алиса, я одноклассница Дениса.

Дверь отворилась, и оттуда высунулась женщина лет сорока с острым крючковатым носом и недобрым выражением лица. Прибавить к этому серую шаль – и получается чисто ведьма, которая никак не может быть матерью Беликова.

– Чего надо? – спросила она неприветливо. – Денис тут не живет, он после школы уехал.

– А вы кто? – полюбопытствовала я.

– Я тетка его, младшая сестра Кости. Галя.

– А родители его где?

– Утром на день рождения друга укатили, в соседний город, вернутся завтра, – сообщила Галя. – Если тебе Денис нужен, могу номер телефона его дать. Но тут нет его, хоть и обещал приехать.

Она махнула рукой, и добавила:

– Каждый год обещает, и все врет, шельмец, а родители-то вечно жить не могут…

Тут мне стало понятно, что никакая она не ведьма, а просто одинокая и усталая женщина. Застыдившись, я попросила:

– Дайте, пожалуйста, номер телефона.

– Сейчас, – пообещала Галя, ушла вглубь квартиры, а вернулась с очками и стареньким телефоном. Кажется, у меня в восьмом классе был такой – серенькое чудо с кнопками, держащее зарядку целую неделю. – Записывай…

Я внесла номер в список контактов, поблагодарила за помощь и спустилась вниз, где замерла возле кособокой лавочки. Получается, родители Дениса не в курсе, что сын вернулся в город. Почему же он им не сообщил? И где ночевал?

Решив узнать все у самого Дениса, я позвонила по номеру, который мне любезно сообщила Галина, и наткнулась на автоответчик. Хм, ладно. Медленно двинувшись вдоль дороги в сторону дома, я набрала Тину.

– Ты отвлекаешь, – прошипела Бельская.

– Я не могу найти Дениса, – выпалила я.

В трубке повисла тишина, потом послышался скрип шагов, хлопок двери, и уже нормальный голос Тины:

– В смысле не можешь? А где ты искала?

– Ходила к его родителям. Там только тетка, а они уехали в другой город. Судя по обстановке, Денис дома не появлялся и о своем возвращении не сообщил.

– И что? – фыркнула Тина. – Может, хотел сделать сюрприз… Или решил не останавливаться дома. Там, небось, места еле-еле трем взрослым людям хватает.

– Я ему звонила, включается автоответчик.

– Спит, наверное.

– Тина!

– Да что такое? – рассердилась Бельская. – Не можешь уже полдня прожить без своего Дениса? До этого же как-то десять лет жила! Сходи в гостиницу, зуб даю, он заселился в какой-нибудь номер и мирно дрыхнет без задних ног.

– Вот и схожу.

– Вот и иди, раз заняться нечем, – рявкнула Тина и сбросила вызов.

Гостиница у нас в городе имелась одна-единственная, цены в ней были заоблачными, интерьер – неказистым. Зайдя внутрь, я уставилась на красную ковровую дорожку от входа до лестницы, зеленые стены и пыльные светильники, из-за чего в помещении царил полумрак.

– Здравствуйте, – сонно пробормотала девушка за стойкой регистрации, лениво разглядывая что-то на экране ноутбука.

– Привет, Свет, – поздоровалась я.

Светка подняла голову, расплылась в улыбке и вскочила, собираясь расцеловать меня в обе щеки.

– Алиска! Сто лет не виделись! Какими судьбами? Номер хочешь снять?

– Нет, узнать кое-что. Поможешь?

– Конечно, но в пределах разумного, – строго одернула тесноватый пиджак Света, и вопросительно посмотрела на меня. – Говори.

Через пять минут я вышла из гостиницы, раздраженная и встревоженная. Ни в какой номер Денис Беликов не заселялся, вчера, по словам Светки, вообще не было никаких посетителей, как и позавчера… Светке я поверила безоговорочно, потому что она училась с нами в школе на класс старше, и Дениса прекрасно знала, да и лгать ей было незачем.

Тина позвонила, когда я уже добралась до дома, и деловито поинтересовалась:

– Нашла своего принца?

– Нет. В гостиницу никто не заселялся.

– Да ладно? – изумилась подруга. – А ты где?

– Возле дома.

– Я сейчас подъеду, подумаем, как отыскать твоего Ромео, – тяжело вздохнула Бельская. – Заодно расскажу, как прошел мой визит к соседям Виталика.

– А Виталик все еще у ресторана?

– Марта не писала, значит, да. В общем, жди, я скоро буду, – велела Тина.

Я поднялась домой, заварила чай, достала из шкафа коробку конфет и то самое печенье, вызвавшее бурю негодования у Мирона. И вспомнила наш вчерашний разговор. Как он сказал? Держаться подальше от Дениса? С чего это вдруг?

Может, Мирон знает то, чего не знаю я? Как он вообще может быть знаком с Беликовым? Тот уехал из города в девятнадцать, Воронцову тогда было двадцать шесть. Что их может связывать? И что за странное предупреждение?

Я запихнула печенье обратно в шкаф, и решительно направилась в прихожую. Есть только способ узнать все – спросить у Мирона лично. Именно это я и собиралась сделать.

Тину я встретила возле подъезда, и, не дав ей опомниться, потащила обратно к машине.

– Что случилось? – встревоженно пропищала подруга, растерявшись от моего напора. Должно быть, со стороны я выглядела как мегера: волосы растрепаны, глаза блестят от гнева, губы сурово поджаты.