Нежный ангел - Пенни Джордан

— Наверное, не хотела лишать тебя удовольствия оскорблять меня… Некоторым мужчинам очень нравится унижать беззащитных женщин.

— Но ведь я в своих мыслях опираюсь на логику. Ты молодая и привлекательная. Значит…

— Логика? Может, дело в другом? В твоих личных комплексах? Ты ведь ровным счетом ничего не знаешь обо мне. А если женщины, с которыми ты обычно имеешь дело, продают себя за тряпки и побрякушки, это их проблемы… и твои. При чем тут я?

— Но ты же просила у меня деньги, ничуть не возражала против секса со мной. Ничего не получила, пошла к другим. На что купила себе новую одежду? Да, кстати, хочу на всякий случай предупредить. Бандиты обычно ни перед чем не останавливаются: могут пустить и по кругу. Тебе это точно не понравится.

Никогда прежде никто не приводил ее в такую ярость. Позабыв об осторожности, Карли выпалила:

— Слушай внимательно! Единственная причина, по которой я была готова лечь с тобой в постель, — симпатия к тебе. По счастью, сохранить самоуважение мне хотелось еще сильнее. А что до новой одежды, это не твое дело, где я ее взяла.

Рикардо нахмурился. Он еще не видел Карли в состоянии такого гнева. Но и сдаваться не собирался.

— Ты же все равно как-то раздобыла деньги.

— Да, но я не продавала свое тело… если ты на это намекаешь!

— Правда? Тогда как? — Полное недоверие в его голосе окончательно вывело девушку из себя.

— Ну что ты привязался ко мне… Я заложила свои часы, доволен?

У Рикардо было такое ощущение, словно его кровь постепенно насыщается кристалликами льда. Неужели он мог так чудовищно ошибаться?

Он не помнил, когда за последнее время кому-то удавалось его смутить, и то, что это оказалась именно Карли, вызвало странную смесь ощущений. Он покосился на ее запястье, затем вновь перевел взгляд на лицо.

— А денежные переводы родителям? Откуда…

— Не желаю объяснять, — отрезала Карли.

Рикардо снова нахмурился. Обычно женщины, наоборот, спешат рассказать о помощи близким, чтобы выглядеть в глазах окружающих бескорыстными и благородными. Но Карли всем своим видом показывала, что эта тема причиняет ей боль.

Почему? Рикардо не мог понять. И откуда в глазах девушки столько враждебности и затаенного страдания?

Она двинулась прочь, но он вновь нагнал ее, хватая за запястье и рывком разворачивая к себе.

Сальваторе всегда доверял своей интуиции, и сейчас шестое чувство подсказывало ему, что Карли — порядочная девушка. Значит, он виноват. Вел себя слишком предвзято. И еще… Он по-прежнему хотел ее.

Рикардо сжал девушку в объятиях.

Карли напряглась и попыталась вырваться.

— Отпусти меня!

— Не сейчас. Сначала я должен попросить у тебя прощения.

Миллиардер хотел извиниться перед ней? Да. Пусть сделает это, сердито сказала себе она. Но вслух произнесла совершенно другое:

— Мне твои извинения не нужны. Ведь я ни в чем не провинилась.

Изумление на лице мужчины сменилось злостью: его гордость была уязвлена.

— Хорошо. Тогда поговорим о другом. Ты же хочешь меня, не так ли? — негромким голосом поддразнил Рикардо.

— Нет… — начала она, но было слишком поздно. Он привлек девушку к себе и впился в нее властным, жадным поцелуем. И стоило их губам соприкоснуться, как собственное тело в тот же миг предало Карли. Она сделала робкую попытку отстраниться, но все было тщетно, и в ее глазах вспыхнуло то же пламя желания, что и у мужчины, сжимавшего ее в своих руках.

Негромко застонав, девушка, наконец, уступила. Ее губы разомкнулись.

Все повторялось, как прошлой ночью, только теперь им мешала одежда, и Карли отчаянно мечтала о том мгновении, когда опять окажется обнаженной перед ним. Ей хотелось, чтобы он ласкал ее, хотелось ощутить его руки на своем теле, а его самого — внутри себя… Хотелось, чтобы он был жесток и нежен с ней одновременно…

Он продолжал целовать ее, и Карли выгнулась, запрокинув голову, позволив мужчине стянуть с себя топик и обнажить тяжелые груди. Рикардо сжал губами сосок, и она вскрикнула, как будто ее пронзило током.

Девушке хотелось, чтобы он овладел ею прямо сейчас, резко, по-животному грубо, чтобы он утолил невероятный голод, терзающий ее внутри.

Рикардо начал избавлять ее от одежды, затем вновь принялся целовать. Карли стонала и плавилась в его объятиях, чувствуя возбуждение мужчины…

И вдруг поспешила отстраниться, охваченная ненавистью к самой себе.

— Я этого не хочу.

— Нет, хочешь. Ты хочешь меня, и не смей отрицать! — Рикардо пытался восстановить дыхание. И понять, что произошло… если это вообще можно было понять.

Девушка с трудом втянула в себя воздух.

— Мы не должны…

— Что именно? — потребовал ответа Рикардо. — Желать друг друга?

Карли отвернулась, растерянно встряхивая головой.

— Это не должно повториться, — проговорила она торопливо.

Ошеломленный и раздосадованный, Рикардо отпустил ее. Она хотела его, и он ее хотел, так почему девушка так странно себя ведет? Но что бы там ни было, Сальваторе не сомневался: он овладеет ею. И чем скорее, тем лучше.

Слава богу, Рикардо не пошел за ней в спальню, иначе Карли не устояла бы точно. Но она не могла себе такого позволить: их отношения становились слишком серьезными.

Однако почему она тянется к этому мужчине? Почему так сильно хочет его?

Потому что в глубине души признает: в чем-то они с Рикардо очень похожи.

Оба много страдали в детстве, познали голод и нищету, лишились любви и защиты близких. Пережитое навсегда осталось в памяти обоих.

Даже Люси и Джулия, которые знали о Карли почти все, не подозревали, что малышкой ее в каком-то тряпье выбросила на улицу собственная, родная мать. А приемная так и не смогла полюбить.