Корабль мечты - Лука Ди Фульвио

Парень с ребенком на руках повернулся к толпе.

– Этот врач спас меня! – Он махнул культей.

Проститутки решились вновь выглянуть из хлева. Тем временем под гомон толпы вперед вышел еще один человек, на этот раз без ноги. Ему было лет тридцать, и ходил он на костылях. Он встал рядом с безруким, с улыбкой поприветствовав Исаака. Жена взяла его под руку. Еще два бывших пациента, гордо расправив плечи, встали рядом с прежними боевыми товарищами, и к ним тоже присоединились их жены и дети.

– Благодаря ему я еще дышу и даже могу ходить! – крикнул другой. У него была деревянная нога, крепившаяся к культе кожаными ремнями.

Все больше людей выходило вперед, и вскоре между коровником и толпой недовольных стояло уже довольно много калек со своими семьями. У кого-то не было руки или ноги, у иного не хватало лишь пары пальцев. Всех этих людей Исаак лечил по дороге в Венецию, когда повстречал капитана Ланцафама и его войско.

Исаак растроганно оглядывался.

– Ну-ну, будешь мне теперь рассказывать, что ты не врач, – шепнул ему капитан.

Отряд повернулся к своему бывшему командиру.

– Вы можете рассчитывать на нас, капитан, – сказал парень, который вышел первым. Он говорил за всех.

Ланцафам встал рядом с ними.

– Видит бог, еще никогда не было у меня такого чудесного войска! – Его глаза блестели.

Толпа приутихла. Меркурио увидел, как ненависть и злоба тают, точно роса на солнце. И подумалось ему, что хотя бы этим людям удалось вырваться из зыбучих песков неумолимой судьбы.

– Прости меня за вчерашнее… – Он посмотрел на Анну.

– Хорошо жить, если можешь когда-нибудь да увидеть такое, верно? – Женщина сжала его руку.

Меркурио кивнул. На большее он не был способен.

– Вам нужна помощь, доктор? – спросил мужчина на костылях.

– Да, что вам еще нужно сделать? – уточнил другой.

– Ох, черт, да тут работы полно, оглянись, – осадил его парень без руки.

– Так, мужчины, вы принимайтесь-ка за стены, – сказала какая-то девушка. – А мы позаботимся об этих бедных женщинах. Им уж точно не хочется, чтобы их опять мужики лапали, без нашей помощи не обойтись!

Жены солдат рассмеялись и двинулись к хлеву.

– А вы что надумали? Будете нам помогать или нет? – крикнул толпе парень без руки.

Большинство опустили головы и молча пошли прочь, но некоторые присоединились к бывшим солдатам.

Исаак подошел к Меркурио.

– Это все твоя заслуга, знаешь? Спасибо.

Юноша мрачно посмотрел на него.

– Теперь, когда вы уже не боитесь за дочь, можно проявить великодушие, верно, доктор?

– Мальчик, я хочу, чтобы ты знал… – начал Исаак.

– Давайте больше не будем говорить об этом, – перебил его Меркурио. – Вы получили, что хотели. Но мы оба знаем, что вы никогда бы не приняли предложение Анны, если бы знали, что за всем этим стою я. Поэтому не стоит вам теперь тут распинаться.

– Ты прав, – согласился Исаак. – И я хочу попросить у тебя проще…

– Ни о чем меня не просите, доктор! – взвился Меркурио. – Мне на все теперь наплевать!

С этими словами он ушел из хлева. Меркурио больше не мог выносить общество всех этих людей, которым удалось высвободиться из зыбучих песков. Чтобы чем-то себя занять, он направился в центр Местре.

Возле лавки Исайи Сараваля он встретил Скарабелло.

– У тебя моя доля?

Скарабелло выглядел неважно, он казался слабым и едва держался на ногах. Нижняя губа посинела и распухла, на ней виднелся гнойник. Обычно столь изысканный черный наряд поистрепался, на нем проступили пятна грязи, и даже волосы Скарабелло, похоже, поредели и уже не блестели как прежде.

– Да, мальчик… Твоя доля у меня. – Он подал знак Одноглазому.

Тот протянул хозяину увесистый сверток, перетянутый золотистой лентой.

Пока Скарабелло развязывал ленту, Меркурио заметил, что у него трясутся руки. Беловолосый снял перчатку, чтобы отсчитать монеты. На тыльной стороне его ладони гноилась огромная рана.

– Должен признать, бывали у меня времена и получше, – заметив взгляд Меркурио, сказал Скарабелло.

– Да, я вижу, – равнодушно ответил юноша.

Его глаза были, казалось, совершенно пустыми. Этот взгляд привел Скарабелло в изумление.

– Да ты стал мужчиной, – покряхтывая, произнес беловолосый. – Всего за пару дней.

Меркурио протянул ему руку.

– Отдавай деньги.

Скарабелло отсчитал монеты, причитавшиеся Меркурио, и по одной вложил их юноше в ладонь, но, уже зажав в пальцах последнюю, остановился.

– Мужчиной становятся, пережив страшное поражение. Что с тобой случилось?

– Тебя это не касается. – Меркурио грубо вырвал у него монету из руки.

Одноглазый подался вперед, собираясь вмешаться.

– Нет, – остановил его Скарабелло. – Это его деньги.

Меркурио с вызовом уставился на подручного.

– Теперь тебе лучше держаться от этого парня подальше, – улыбнувшись, сказал Одноглазому Скарабелло. – Ему больше нечего терять.

– Ох уж эта твоя любовь к мудрствованию. – Меркурио отвернулся, собираясь уходить, но в последний момент передумал. – А какое поражение стало для тебя самым страшным? – спросил он у Скарабелло.

Альбинос указал на гнойник у себя на губе:

– Это.

И повалился на землю.

Когда Меркурио втащил Скарабелло в хлев, там воцарилась напряженная тишина. Ланцафам обнажил меч.

– Что тебе здесь нужно? – спросил Исаак.

– Он болен… – Меркурио держал беловолосого под руку.

– И что? – Ланцафам покрепче перехватил меч.

– И то, что тут есть врач, – заявил Меркурио.

– Не для всех. – Капитан приставил острие клинка к горлу Скарабелло. – Этим мерзавцем займусь я. Помнишь Доннолу? – спросил он у беловолосого.

Скарабелло слабо улыбнулся.

– Капитан, вам не нужно… мстить… за него… – едва слышно прошептал он. – Доннола… сам об этом позаботился… – Альбинос притронулся к своей губе. – Это его подарочек… мне… Доннола обрек меня на медленную… и мучительную смерть… не столь милосердную, как от вашего клинка… Позвольте Донноле… убить меня… – Скарабелло тяжело дышал. – Не лишайте его… этой заслуги… – И он потерял сознание.

– Уложи его вон туда, на постель, – приказал Исаак.

– Ты что это, черт побери, удумал?! – возмутился Ланцафам. – Эта мразь убила До…

Все проститутки столпились вокруг них, наблюдая за представлением.