Мое сердце - Бертрис Смолл

Ботвелл ухмыльнулся.

— Да уж больно Джемми соблазнительная мишень, — ответил он. Потом слегка тронул лошадь, чтобы их взору открылся стоявший за ним всадник. Алекс и Велвет удивились, обнаружив, что это женщина.

— Это Кэт Лесли, — просто сказал Ботвелл. — Надеюсь, в один прекрасный день она станет моей женой.

— О, Фрэнсис! — не выдержала Велвет — Вы наконец-то счастливы! Я так рада! Так рада!

Ботвелл даже покраснел, обрадованный ее словами, а прелестная леди Лесли хрипловато рассмеялась.

— Не будь она женой твоего кузена, Фрэнсис, я, наверное, приревновала бы, — поддразнила она его.

— Велвет — самая чудесная из всех девушек на свете, — сказал Ботвелл, — но для меня-то во всем мире существует только одна женщина, Кэт, и эта женщина — ты, моя дорогая.

Теперь пришел черед покраснеть леди Лесли, и Велвет подумала, что она очень хороша. Высокая, стройная, с великолепной грудью, с такой же белой кожей, как у Велвет, зелеными глазами и темными, цвета густого меда, волосами. Лицо у нее имело форму сердечка с маленьким упрямым подбородком. Одета она была в замшевые бриджи для верховой езды, шелковую блузку с открытым воротом и кожаную куртку с оправленными в серебро костяными пуговицами. Сапоги достигали ей почти до колен, а ее длинные тяжелые волосы разметались по плечам.

— Нам не совсем безопасно долго оставаться за стенами замка, Фрэнсис, — напомнил графу его брат Геркулес Стюарт.

Ботвелл кивнул и, развернув коня, поехал к Хэрмитейдж. Когда они спешились, он сказал:

— Кэт, проводи леди Гордон в апартаменты, которые ты приготовила для нее. Она, по-моему, здорово устала.

— Вы правы, — призналась Велвет. — Я уже давно так подолгу не ездила верхом.

— Почти три года? — спросил он. Велвет на какое-то время задумалась, и улыбка опять осветила ее черты.

— Да, Фрэнсис, прошло почти три года, надо же! Он улыбнулся:

— Вроде бы вы стали теперь гораздо послушнее.

— Просто мне надо восстановить силы, — озорно ответила Велвет и неожиданно почувствовала себя гораздо лучше. Кэт Лесли взяла Велвет под руку.

— Пойдемте, леди Гордон. Могу поклясться, что вы не откажетесь от ванны, а если воду не принесут прямо сейчас, вам не повезет, так как близится время обеда.

Две женщины ушли в дом, а Фрэнсис провел Алекса в главный зал, приказав лакею, чтобы тот принес им вина. Удобно устроив своего гостя, Ботвелл сказал:

— Ты здорово рискуешь, заехав в Хэрмитейдж, Алекс. Я под колпаком и вне закона. Если наш кузен Джемми узнает о твоем визите, тебе придется нелегко.

— Мне пришлось рискнуть, Фрэнсис. У Велвет не хватило бы сил ехать дальше. А вообще-то я не прочь побыть с тобой несколько дней, прежде чем отправляться дальше на север.

— Ты заедешь в Эдинбург?

— Собирался.

— Тогда скажи Джемми, что был здесь, и объясни почему. Тогда никто, и в особенности Мэйтланд, не сможет обвинить тебя в двуличии. Он хочет расправиться со всеми эрлами, Алекс. Начал с меня, но будь настороже, ибо я подозреваю, что следующей жертвой окажется Хентли. Он очень амбициозный человек, этот господин Мэйтланд. Если ему удастся сломить силу эрлов, он сможет вертеть Джеймсом, не боясь никого.

— Это правда, что я слышал, когда ехал на юг? Что Джеймс отказал леди Лесли в разводе с Гленкирком?

— Ага. Подонок! Он пытался затащить ее в свою постель, но она сбежала от него и приехала ко мне. Я ее уже давно люблю, но она даже и не подозревала об этом, пока не нашла у меня убежища. Королева пыталась удержать Джемми от вмешательства в это дело с разводом, и ей это удавалось, пока Мэйтланд не выяснил, что Кэт здесь со мной, и не доложил ему. Королева, конечно, не имела ни малейшего понятия, что ее муж и король сам домогается Кэт. Ей тяжело было бы узнать об этом, а Кэт ее любит, о чем Джемми прекрасно знает.

— А что будет с тобой, Фрэнсис?

— Понятия не имею, Алекс, но, возможно, в один прекрасный день мне придется искать убежища в Дан-Броке. — Он улыбнулся. — Примешь меня?

— Конечно!

Появился слуга с вином, и мужчины, стоя у камина, отдали ему должное, пока в другом крыле замка Кэт провела Велвет в отведенные ей просторные, полные воздуха апартаменты.

Пэнси и Дагалд уже были там. При виде слуг Кэт сказала:

— Я распоряжусь, чтобы вам приготовили ванну, леди Гордон. Встретимся за обедом.

— Пожалуйста, зовите меня Велвет!

— Если вы будете звать меня Кэт, — согласилась другая женщина и вышла из комнаты.

— До чего же она красива! — сказала Велвет Пэнси.

— Дагалд говорит, что из-за нее здесь, в Шотландии, разразился целый скандал. Она сбежала от мужа, чтобы быть с лордом Ботвеллом, — поведала Пэнси своей госпоже.

— Я вполне могу понять женщину, которая влюбится во Фрэнсиса, — сказала Велвет. — Он чертовски привлекателен, и не только внешне.

— Да уж, — согласилась Пэнси, — что-то такое есть в нем особенное. Говорят, ни одна женщина не может устоять против него.

— Хорош разговорчик для двух внешне респектабельных замужних женщин! — фыркнул Дагалд, а Пэнси с Велвет захихикали.

— Смейтесь сколько угодно, но упорно говорят, что граф Ботвеллский — колдун и чародей.

— Он может наложить на меня заклятье, — рассмеялась Пэнси.

— Закрой рот, женщина, или я вобью в него кляп! — пригрозил муж. — Такие разговоры, и от кого, от моей жены?

— Только дотронься до меня хотя бы пальцем, Дагалд Геддес. Я развернусь и тут же уеду назад в Англию и заберу с собой сына! — набросилась Пэнси на своего супруга. — Я его родила без тебя и два года без тебя растила.

— Ну-ну, девочка, — начал подлизываться к ней Дагалд. — Просто я чуть-чуть приревновал, когда ты заговорила о лорде Ботвелле. Ничего такого я не думал.

Пэнси фыркнула, а Велвет спрятала улыбку. Ее камеристка явно прибрала к рукам своего мужа. Дагалд обожал жену и сына, и Пэнси знала это.

Через несколько минут появилась дубовая ванна, которую установили перед камином в спальне. Слуги, облаченные в килты, долго носили кувшины с горячей водой, чтобы наполнить ее до краев. Велвет с удовольствием плескалась, слыша, как в соседней комнате появился Алекс, сопровождаемый Дагалдом, и тоже принялся за мытье. Он вошел в спальню, обернув полотенце вокруг чресел, еще до того как Велвет закончила купание и вылезла из ванны. Пэнси покраснела, а он рассмеялся.

— Беги, дорогая, проведай своего наследника, который уже, наверное, заждался свою мамочку и ужина. Я помогу твоей госпоже, пока ты не вернешься.

Он мягко выпроводил Пэнси из комнаты, закрыв за ней дверь. Затем, сняв с вешалки перед камином согревавшееся там полотенце, развернул его и, держа перед собой, сказал: