Запрети любить - Анна Джейн

— Он хотел принести ее в жертву темным богам, когда она достигнет двадцати одного года — местного магического совершеннолетия. А чтобы она не смела его ослушаться, навел морок уродства. Но его молодой помощник, влюбившись в Зарю за добрую душу, помог ей сбежать накануне двадцать первого дня рождения. Заря отправилась в Небесный город искать свою маму. Люди принимали ее за обезображенную нищенку, с ней грубо обращались и издевались, но она не сдавалась. Силы света звезды, что билась в ее груди вместо сердца, было так много, что Заря согревала людей и животных, оказавшихся рядом. Обрела друзей и добралась до Небесного города. Дом, в котором они жили с матерью и отцом, пустовал, и тогда Заря решила встретиться с принцем. Но кто захочет пускать нищенку с обезображенным лицом во дворец? И тогда она с большим трудом устроилась туда второй помощницей кухарки, в надежде увидеть принца. Но когда он увидел ее, то, конечно же, не узнал в ней свою любимую.

Глава 93. Потеря

— Ну и тупой, — хмыкнул Игнат.

— Почему? — захлопала я ресницами. — Как бы он ее узнал, если на ней морок?!

— А фигура? — не отставал он.

— Прошли годы после их последней встречи. Заря поменялась. И вообще, она в лохмотьях!

— Во дворец бы ее в лохмотьях не пустили, ее бы заставили надеть униформу или что там они носят.

— Слушай, отстань! Не узнал он ее и все, — рассердилась я.

— Ладно-ладно, Яся, не нервничай, — погладил меня по лицу Игнат. — Что было дальше?

— А дальше я еще не придумала, — призналась я. — Принц ищет невесту, но… Пока что все.

— Как придумаешь, расскажи. Мне интересно. Нет, правда, интересно! А ты все это записала где-то?

— Да, я пишу в ноутбуке.

— Пришли мне на почту почитать? Из этой истории можно было сделать классную сказку или даже фэнтези-фильм. Если честно, это так круто — то, что ты умеешь придумывать. Ты у меня талантливая девочка, — с нежностью сказал Игнат, и я чуть не растаяла. Кроме Стеши никто никогда не хвалил мое творчество, и для меня это было важно и нужно.

Начав выздоравливать, я стала думать о том, что наши отношения с Игнатом все-таки должны перейти из разряда тайных в явные, потому что мне все больше казалось — это неправильно, нехорошо обманывать маму и Костю, они имеют знать правду. Это слишком на меня давило, и Игнат, видя это, тоже согласился на откровенный разговор — к тому же маме, как мне казалось, стало гораздо лучше, а проблемы в компании Кости начали рассасываться. Я и Игнат договорились, что после моего возвращения в особняк, мы поговорим с родителями и расскажем, что любим друг друга. Мама точно поймет, а вот Костя… Ему тоже придется понять.

В день моего возвращения снега не было — напротив, облака рассеялись, и небо казалось чистым и высоким, зато мороз ударил сильный, такой, что мгновенно пробирало до костей. Я вышла из машины, Игната, который привез меня и, чувствуя одновременно радость и тревогу, направилась к особняку. Только тогда до меня дошло, что я начала считать его свои домом, настоящим домом, а ведь поначалу так не хотела переезжать.

— Все хорошо? — спросил Игнат, идя рядом и словно невзначай касаясь моей руки.

— Да.

— Они тебя очень ждут, — улыбнулся он. — Не бойся. Все будет хорошо.

Я благодарно ему улыбнулась.

Мама и Костя действительно очень обрадовались моему приезду. Мама тотчас бросилась ко мне и обняла, а после неожиданно обнял и Костя.

— Добро пожаловать, Ярослава! Мы соскучились! — провозгласил он. — Как сейчас себя чувствуешь, хорошо?

— Да, все отлично, — кивнула я, не сводя глаз с мамы — ее животик стал более округлым, а вот лицо казалось осунувшимся. — Игнат мне очень помогал, привозил все, что нужно.

— Молоток, сын, — похлопал его по плечу Костя, который явно находился в хорошем настроении. — Сестре нужно помогать. Семья — это главное. Доверять можно только близким.

Мы с Игнатом обменялись выразительными взглядами, но отчим и мама этого не заметили. Они повели нас в столовую, где уже был накрыт стол. Разговаривая, мы сели ужинать, но мама почти ничего не ела — сказала, что немного неважно себя чувствует. А потом, когда мы уже вставали из-за стола, она вдруг вскрикнула и схватилась за живот. Меня будто током ударило от ужаса, я вскочила со стула и кинулась к ней:

— Мама, что с тобой?

Она стала бледной и кусала губы, словно с трудом сдерживаясь от боли. Но попыталась встать. Когда я заметила кровь на ее ноге, мое сердце ухнуло вниз. Даже дышать стало сложно — меня словно душила невидимая рука.

Моей маме плохо. Моей маме плохо!

— Мамочка, что с тобой? — схватила я ее за руку.

— Все хорошо, дочка, — прошептала она и даже попыталась улыбнуться, будто боясь меня напугать, но когда заметила кровь, затряслась.

Костя моментально оценил ситуацию. Быстро связался с кем-то из своих людей и велел:

— Едем в больницу, срочно, у жены кровотечение. Лена, Леночка, все будет хорошо, поняла?

Отчим отодвинул меня в сторону и осторожно подхватил маму на руки. В отличие от меня, он сразу же собрался. Не паниковал, а точно знал, что нужно сделать — такие люди всегда берут все под контроль и действуют, несмотря ни на что.

— Вы оставайтесь дома, — велел он мне и Игнату. — Ты за старшего.

Тот кивнул.

— Может быть, вызвать «скорую»? — спросила я сквозь слезы.

— Долго будет ехать. Быстрее будет, если довезем сами.

— Организуем две машины со спецсигналом, — отрапортовал появившийся в доме один их охранников, и они направились к выходу.

— Я тоже с вами! — воскликнула я с отчаянием, побежав следом. Как я оставлю свою маму? Как?..

Костя повернулся ко мне, все так же легко удерживая маму, словно она была пушинкой.

— Оставайся дома. Я сам со всем разберусь, моя хорошая. Не переживай.

— Яра,