Песни дождей - Лора Эллиот

— Конечно, — улыбнулся он. — Я присутствовал на нескольких из них в Голландии. Это забавно, но показалось мне глупым ребячеством.

— И мне, со временем, тоже. Так что это увлечение через пару лет прошло. За этими юношескими забавами стояла либо ужасающая пустота, либо разрушительная бессмысленность, либо болезненная интеллектуальность, — продолжала она. — Я стала искать чего-то, сама не зная чего. Много читала и, наконец, увлеклась восточными религиями и искусством. Посвятить свою жизнь изображению божественного показалось мне благородным и созидательным делом. Я стала писать картины, пытаясь зарядить их радостью, светом, надеждой, любовью. Я видела, что в нашем европейском обществе не хватает позитивных энергий. Поэтому три года назад я впервые приехала в Норбулингку, чтобы ознакомиться с техникой живописи тангка. Это мой третий приезд, и я до сих пор не разочарована. Надеюсь, что не только научусь профессионально писать традиционную тангку, но и буду использовать эту технику для своих свободных картин.

— Ты настоящая, Кристина, — после короткой паузы, задумчиво сказал он.

От неожиданности такого заключения она рассмеялась.

— Что ты имеешь в виду, Риши? — спросила она.

— А то, что ты живая, ищущая душа, а не кукла, созданная обществом и живущая по его указам, — твердо ответил он.

— Но ведь и ты такой же. Ты ведь тоже стремишься жить своими ценностями.

— Пытаюсь. И я очень рад, что познакомился с человеком, с женщиной, которая сумела найти свой смысл в жизни. Это поддерживает, вдохновляет. Надеюсь, что и я смогу выстоять под натиском своей традиционной сестры и найти то, что ищу.

Или, может, уже нашел? — мелькнула обнадеживающая мысль в его голове. Может, эта женщина и есть воплощение его мечты? Она такая смелая, честная, умная и… безумно красивая. Если бы он умел рисовать, он изобразил бы ее богиней Сарасвати — хранительницей знаний, покровительницей искусств, символом мудрости.

Их стаканы давно опустели. Дождь, на удивление, тоже иссяк, и лучи солнца местами простреливали толщу облаков горящими копьями. Деревья, дома и дорога полыхали в оранжевом пламени.

Наконец Кристина прервала молчание.

— Думаю, что нам обоим пора возвращаться к своим делам, — сказала она с неохотой.

— Да, — согласился он. — Ты права. — Он достал из кармана мобильный телефон. — Пора включить эту игрушку и проверить, есть ли послания.

Пока он читал послания, она думала о том, как ей сейчас не хочется расставаться с этим мужчиной. Но завтра они снова встретятся и снова целый день проведут вместе.

По дороге к ее дому она все время весело, как птичка перед заходом солнца, щебетала. Она рассказывала ему о своей последней выставке в Париже, о том, что заслужила похвалу даже от суровых французских критиков, о своих творческих планах. Он периодически дарил ей теплые, одобряющие улыбки. Наконец он остановил машину у ее дома, и она притихла.

— Мне очень интересно с тобой, Кристина, — сказал он и, повернувшись к ней, взял за руку.

— Мне тоже, — ответила она.

— Правда? Ты не обманываешь? — На его лице появилось сомнение. — Я ведь человек совсем не из твоего круга.

— И это мне нравится, — сказала она со вздохом. — От экстравагантных умников без души, которые чаще всего окружали меня в моей жизни, я очень устала. Мне с тобой легко, Риши. Ты умный, добрый и заботливый.

— Хочется верить, что я именно такой, — усмехнулся он. — Итак, жду тебя завтра в два.

— Завтра в два, — повторила она и в подтверждение своих слов легонько пожала его руку.

А потом быстро наклонилась и поцеловала его в щеку. Он тут же импульсивно отреагировал: его свободная ладонь нежно коснулась ее щеки. Был момент, когда Кристине показалось, что он вот-вот снова склонится к ее губам и поцелует. Но он не осмелился.

От неловкости они оба рассмеялись и, не говоря больше ни слова, Кристина открыла дверцу джипа и выпрыгнула. Она шла к дому, не оборачиваясь, все еще чувствуя теплое прикосновение его ладони к своей щеке, словно боялась упустить это тепло, растерять, забыть. Такого с ней никогда еще не было.

Войдя в дом, она плюхнулась в кресло. От счастья у нее кружилась голова. Ей хотелось петь и танцевать! Она знала, что снова влюблена, и готова была поделиться своим счастьем со всем миром! Ей не хотелось думать о том, что это первое опьянение любовью может скоро пройти.

Она стояла под теплым душем в ванной, когда, сквозь шум воды, до нее донесся стук. Стучали во входную дверь, и по интенсивности стука можно было догадаться, что стучат давно.

Она выключила душ и, высунув голову в приоткрытую дверь ванной, прокричала:

— Я сейчас! Подождите минутку!

Интересно, кто это решил навестить ее? Может, вернулся Риши? Ее сердце при этой мысли радостно дрогнуло. Он вернулся, потому что решился сказать, что полюбил ее? И чтобы поцеловать ее…

А может, это любопытная лиса Жозефин пришла выведать, чем они с Риши сегодня занимались? Но ей не придется много объяснять, потому что проницательная Жозефин сама обо всем догадается по ее лицу.

Кристина набросила банный халат и, запахивая его на ходу, подошла к двери.

— Кто там? — спросила она, решив заранее узнать, кому так не терпится увидеть ее в девятом часу вечера.

— Это Тензин!

Меньше всего Кристина ожидала услышать голос Тензина у своей двери. Что заставило этого деликатного тибетца прийти к ней в этот час? Наверняка, что-то важное…

Не успев додумать, она открыла дверь.

— Привет. Извини, что побеспокоил в такое время, — сказал Тензин, неловко переминаясь с ноги на ногу.

— Привет. Заходи, — ответила Кристина. — У тебя что-то случилось?

Ей показалось, что он чем-то встревожен. Он пожал плечами и робко улыбнулся.

— В общем, ничего особенного. Я пришел сказать, что завтра приезжает моя сестра и поэтому я не приду на занятия. А еще, что приглашаю тебя завтра к себе на обед.

— Это так мило с твоей стороны, Тензин, — сказала она с улыбкой. — Но, к сожалению, я прийти не смогу. Завтра после занятий я еду в Кангру.

— Со своим индийским другом? — спросил он, и на его лице появилась пренебрежительная усмешка.

— Да, — ответила она.

Тензин сжал губы и кивнул.

— Понятно. Только я посоветовал бы тебе быть с ним осторожнее. Ты почти не знаешь его. Индийцы — обманщики и хитрецы. Их интересы сводятся только к деньгам и сексу.

Кристина усмехнулась.

— Мой опыт показал обратное.

— У тебя еще мало опыта, чтобы увидеть правду. Тебе не следует ехать с ним завтра в Кангру, Кристина. Подумай, чем это может закончиться, — проговорил он роковым голосом.