Три нарушенные клятвы - Моника Мерфи

– Тебе повезло, что я промахнулась. Ты полный придурок. – Она уперлась сжатыми кулаками в бедра, заводясь все сильнее. – Мне плевать, что ты мой босс, мы ведь еще и друзья, не так ли?

– Да, но сейчас я официально твой босс, ведь ты на работе и все такое. – Как только слова слетели с губ, я понял, что говорить этого не следовало.

Фэйбл поджала губы так сильно, что они практически исчезли.

– Эй, смотри-ка, ты снова становишься придурком.

Схватив ее за руку, я молча вывожу девушку на улицу, в переулок позади ресторана, где сотрудники болтаются во время перерывов; где они едят, курят и, конечно же, сплетничают. К счастью, кроме нас здесь никого нет. Я не могу позволить Фэйбл отчитывать меня там, где любой может увидеть и услышать нас – как будто ей это позволено.

Будь я полным мерзавцем, то мог бы тут же уволить ее. По крайней мере, сделать выговор и отстранить на несколько дней. Она заслуживает этого за свою выходку. Это чистой воды неподчинение!

Но я знаю, что заслужил все то, что она хочет мне сказать, поэтому я выслушаю ее. Мне это неприятно, но, возможно, Фэйбл удастся вбить немного здравого смысла в мою голову. Видит бог, мне это нужно.

– Если хочешь наорать на меня, делай это здесь, – говорю ей, когда за нами плотно закрывается дверь. Я слышу музыку, доносящуюся из бара, и то, что становится шумно, по мере того как ресторан наполняется клиентами. Так это и работает: сперва пусто, затем густо.

– Хочешь совсем честно?

Боже, если она не была честна до этого, чего же мне ждать еще?

– Пожалуйста, сделай милость, – со смешком говорю я, подготавливая себя к удару.

– Она влюблена в тебя.

Черт. Этого я не ожидал. И вздрогнул, как будто слова Фэйбл ударили меня по-настоящему.

– Ничего не говори, а то все испортишь; или я окончательно выйду из себя. Я всегда предупреждаю Дрю ничего не говорить, когда вот так разговариваю с ним, потому что будет только хуже. Мужчины. – Фэйбл качает головой, но на самом деле не выглядит сердитой. Она любит Дрю Каллахана больше жизни. Счастливый малый. – Разве ты не видишь, как она смотрит на тебя? Она молча принимает удар на себя, когда все, и я подчеркиваю все, не стесняясь, говорят ей в лицо, что она спит с боссом. Она всегда защищает тебя.

Я молчу. А что я могу сказать?

Фэйбл так напирает, что я в любом случае не смог бы вставить ни слова.

– Я не знаю, что происходит между вами, да и кто я такая, чтобы судить? Но я не уверена, что она сама это понимает. Я только знаю, что она думает, что ее чувства безответны, именно поэтому она уходит. Она больше не может мириться с этим.

– Больше не может мириться с чем? – наконец, спрашиваю я надломленным голосом. Звучит так, словно не выдержу и заплачу.

– Джен не может любить тебя безответно. – Фэйбл смотрит на меня таким проницательным взглядом, что не понимаю, как Дрю порой выдерживает это. Ее безудержная любовь к нему не знает границ, но ее взгляд проникает прямо в душу, так что невольно начинаешь ерзать на месте, словно маленький нашкодивший ребенок. – Итак. Ты чувствуешь к ней то же самое или просто дурачишь ее?

– Я…

– Если ты скажешь «не знаю», клянусь богом, я врежу тебе.

Нервно сглотнув, я понимаю, что мой голос меня не слушается. В угрозе Фэйбл я ничуть не сомневаюсь. Она кого угодно схватит за яйца.

– Знаю, я пересекла черту «начальник – подчиненный», но ты должен услышать это, Колин, и я думаю, ты сам это понимаешь. Именно поэтому ты молчишь и не злишься на меня за то, что я маленькая грубая стерва, которая лезет не в свое дело. – Фэйбл подходит ближе, пугая меня до чертиков, но я не двигаюсь с места, подбадривая себя и настраиваясь на следующую серию ударов.

Но она атакует словами.

– Если не хочешь, чтобы Джен ушла, то тебе нужно найти яйца, над которыми ты так трясешься, стать уже мужиком и поговорить с ней. Не позволяй ей уйти. Расскажи ей о своих чувствах.

Ага, на словах все звучит так просто, хотя… это не так.

– Она уже ищет другую работу, – пытаюсь я протестовать. – На неделе она хочет заняться поисками квартиры: совместной арендой жилья.

– Отговорки. – Она машет рукой, отметая мои слова. – Но если ты готов так легко ее отпустить, то пожалуйста, поддержи ее в этой затее. Упрости ей задачу – выкинь ее из своей жизни раз и навсегда. – Фэйбл закатывает глаза и смеется, хотя я не слышу ни намека на юмор. – Разве ты не задумываешься, почему не можешь отпустить ее? Разве не понимаешь, что все равно преследуешь ее, где бы она ни была и что бы ни делала? Постоянно пытаешься заманить ее в свои сети? Если хочешь дать ей свободу, которую она так отчаянно ищет, то уважай, черт возьми, ее право уйти отсюда.

Прежде чем я, наконец, смог придумать, что сказать в свою защиту, она уходит, хлопнув дверью с такой силой, что звук сотрясает все здание, а заодно и мои кости.

Она оставила меня наедине со своими мыслями и чувствами, и теперь они взрываются во мне, изводят меня; и я знаю, что мне никак не смириться со всем этим дерьмом.

Поэтому я тоже захожу внутрь и скрываюсь в своем кабинете.

Прячусь от Джен.