Мой единственный - Шерри Крейн

Ли подошла к столу, чтобы налить себе кофе, и Камерон тут же оказался у нее за спиной.

— Ты не получишь контракт, сука, — прошептал он. — Тебе не работать со мной, тебе конец. — Он хотел сказать еще что-то, но внезапно Макс положил руку на плечо негодяя и нанес ему такой удар в лицо, что Камерон упал.

— Ты, что, с ума сошел, парень? — заорал Камерон, из носа которого хлестала кровь. — Кто-нибудь, позовите охрану! — Он пытался остановить кровь, приложив к лицу носовой платок.

— Вы назвали леди сукой. Думаю, вы принесете ей свои извинения, Камерон, — произнес Макс холодным и твердым как сталь голосом. — Я жду. — Он встал над Камероном, сжав кулаки.

Никто из окружающих не двинулся с места.

Макс потер костяшки пальцев.

— Не слышу извинений. Вам известно, что мисс Мэлоун записала ваши вчерашние угрозы на пленку? Своим звонком вы нарушили закон, по которому вполне достаточно улик, чтобы отправить вас за решетку.

Макс развернулся и обратился к президенту «Медикал продактс»:

— Вчера вечером он угрожал мисс Мэлоун по телефону. Думаю, вам и вашим акционерам стоит приготовиться к дорогостоящему судебному процессу, так как мы намерены выдвинуть обвинение против вашей компании и Камерона. Она сможет завладеть всей вашей компанией еще до того, как мы разберемся с вами.

— Она никогда ничего не докажет, — огрызнулся Камерон.

— О, будьте спокойны, докажет. Ведь вы позволили себе некоторые замечания в ее адрес, которые я слышал и о которых расскажу в суде. Вам грозит иск в полмиллиона долларов и тюремное заключение.

Макс бросил на Камерона взгляд, полный отвращения, и дотронулся до руки Ли.

— Соберите свои вещи, мисс Мэлоун. Мы не заинтересованы в сотрудничестве с такой компанией. Нам придется начать судебный процесс. — Макс достал из портфеля Ли диктофон. — Кассета все еще здесь? — После того как Ли кивнула, Макс протянул диктофон мистеру Мэдисону. — Я провожу мисс Мэлоун, а вы разберитесь тут, Мэдисон.

Макс взял Ли под руку и оглядел зал заседаний.

— Приятного вам дня, джентльмены. Полмиллиона — это в лучшем случае.

Макс провел Ли к выходу и закрыл за собой дверь, однако она успела заметить, как мистер Мэдисон улыбнулся Максу и поднял вверх большой палец.

Когда двери лифта закрылись, Ли вновь обрела способность говорить. Голос ее вдруг стал каким-то писклявым:

— Какого черта ты делаешь здесь, Макс Кендрик? И куда, черт тебя дери, ты меня тащишь?

— Хочу уйти отсюда побыстрее, иначе я убью сукина сына своими собственными руками, — процедил Макс сквозь зубы.

— Я… я… я… — забормотала Ли.

Внезапно Макс улыбнулся и обнял ее.

— Да, я себя чувствую точно так же. У меня нет слов. С тобой все в порядке? Должно быть, нет, потому что ты кричала на меня.

Двери лифта открылись, и Макс снова схватил Ли за руку, не давая ей никакой возможности что-либо ответить.

— Ты брала машину напрокат?

Ли кивнула.

— Где она?

Все еще ошарашенная произошедшим, Ли молча указала на парковку.

— Я спросила, куда мы идем? Я не разобралась со сделкой, — попыталась выдавить из себя Ли, пока Макс поспешно тащил ее к машине.

— Конечно, разобралась. Больше ноги твоей не будет в этой компании. Мэдисон уже отказывается от своего предложения. Он не собирается иметь с ней никаких дел. Мы привлечем адвокатов компании к обвинению в течение недели.

— Мы?

— Да. Дай мне ключи, я поведу. Тогда сможешь кричать сколько угодно.

Ли, сама того не желая, протянула Максу ключи.

Макс открыл дверь, помог Ли сесть и, прежде чем занять место шофера, положил чемоданы в багажник.

Когда он сел в машину, Ли спокойно спросила:

— Ты хотя бы представляешь, как я зла на тебя?

— Да, если у меня есть хоть немного здравого смысла, я бы проверил твою сумочку на предмет чего-нибудь острого в ней, прежде чем отвернуться, — ответил Макс. — Прости, я немного вышел из себя, но нашему делу такое поведение не повредит. Я все объясню по дороге.

В аэропорту Ли оформила документы, связанные с возвратом машины, и вернулась к Максу, ожидающему ее у входа. Он взял Ли под руку и поднял с земли ее сумку.

— Нужно узнать, сможем ли мы поменять билеты на более ранний рейс. Дай мне свой билет, и я его поменяю вместе с моим. — Макс потащил Ли к кассам.

Внезапно Ли схватила Макса за галстук, потащила его в угол и с силой усадила в кресло.

Держа его за галстук, она угрожающе проговорила:

— А теперь послушай меня, Макс Кендрик. Я не знаю, как тебе удалось получить согласие мистера Мэдисона, чтобы приехать сюда. И я даже не хочу знать, что ты ему наврал, потому что твоя миссия телохранителя закончена. Я ценю твою поддержку, но теперь я вполне могу позаботиться о себе сама. Я сама могу поменять свой билет. И в самолет я сяду тоже без твоей помощи. Если у тебя есть чувство самосохранения, то ты не станешь пытаться заговорить со мной сегодня. Если ты попытаешься завязать со мной разговор в самолете, я позову кого-нибудь из обслуживающего персонала и скажу, что ты угрожаешь угнать самолет. Тебе понятно? Можешь кивнуть.

Макс согласно кивнул головой, насколько ему позволял зажатый мертвой хваткой галстук.

— Хорошо. — Ли резко развернулась на каблуках и удалилась. Уходя, она услышала за своей спиной смех Макса, но не обернулась.

— Нам нужно поговорить, — спокойно произнесла Ли, когда они вернулись домой. И хотя у нее подламывались колени при виде Макса, в костюме и галстуке, такого делового и преуспевающего, она решила довести до его сведения несколько основных правил, иначе он попытается взять под контроль всю ее жизнь.

— Итак? — произнес Макс.

— Итак. Давай пройдем в гостиную. И не дотрагивайся до меня, — добавила Ли, заметив, что Макс собирается ее обнять.

Он опустил руку и подошел к столу с напитками.

— Хочешь стаканчик хереса?

— Нет, я хочу поговорить.

Макс налил себе в стакан напиток и сел на диван. Ли же опустилась в кресло.

— Ну, начинай, — заговорил Макс, ослабляя галстук. — Что теперь тебе во мне не нравится? Похоже, сейчас ты начнешь читать мне нотации.

— Во-первых, мне не нравится, что ты позвонил моему начальнику и вмешался в мои дела. Я ведь сказала тебе по телефону, что со своими проблемами я справлюсь сама.

— Неужели ты готова терпеть подобное обращение, чтобы заполучить контракт и кресло вице-президента? Не могу поверить, что Ли, которую я люблю, способна на такое. И я не могу отойти в сторону и спокойно смотреть, как оскорбляют мою женщину.