Любовь по расписанию - Луиза Фуллер

Ласло быстро поравнялся с ней:

– Почему ты со мной не разговариваешь?

Она резко повернулась:

– Потому что мне нечего тебе сказать.

Один уголок его рта поднялся.

– О, я думаю, что ты можешь многое мне сказать, – мягко произнес он.

Пруденс вздохнула и демонстративно отвернулась.

– Наверное, ты права, – пробормотал Ласло. – Я всегда считал разговоры пустой тратой времени. Я могу придумать более интересное применение для твоего рта.

Чувствуя, что ситуация усложняется, Пруденс быстро пошла по тропинке, ведущей к коттеджу. После ночного дождя тропинка все еще была мокрой. Она поскользнулась и непременно упала бы, если бы Ласло не схватил ее за руку.

– Осторожнее, Пруденс. Неужели мое присутствие так сильно на тебя действует, что тебя не держат ноги?

– Все дело в туфлях. Их подошвы скользят, – пролепетала она, чувствуя, как кровь в ее жилах превращается в электрический ток.

– Все хорошо. Я тебя поймал.

Пруденс почувствовала, как на ее лицо упали первые капли дождя. Они с Ласло добежали до коттеджа и остановились на крыльце.

– Думаю, я обойдусь без воды, – хрипло произнес он.

Сердце Пруденс бешено стучало в груди. Она понимала, что он дает ей выбор. Но разве сейчас возможен какой-то выбор? Поддавшись внутреннему импульсу, Пруденс подошла ближе к нему, обвила рукой его шею и прижалась губами к его губам.

Застонав, он открыл плечом дверь, шагнул вместе с Пруденс внутрь и закрыл дверь ногой. Затем он распустил ей волосы и погрузил пальцы в их струящийся шелк. Пруденс схватилась за его рубашку, и он поцеловал ее крепче. Когда его язык ворвался в глубь ее рта и скользнул по ее языку, Пруденс выгнулась дугой в его объятиях, и он так сильно возбудился, что испугался, что швы на его джинсах вот-вот лопнут. Он понимал, что если ему придется остановиться, то он сможет сделать это только сейчас. Потом уже будет поздно.

– Пруденс, – пробормотал он, оторвавшись от ее губ. – Ты правда этого хочешь? Ты хочешь меня?

Их взгляды встретились, и он понял, что в ее душе идет такая же борьба, как и в его. Наконец она кивнула, и он больше не стал тратить драгоценное время.

– Я хочу увидеть тебя всю, – прошептал он, проведя подушечкой большого пальца по ее нижней губе. Ее серые глаза потемнели, и он, восприняв это как приглашение, расстегнул ей брюки, спустил их и поочередно освободил ее ноги от штанин. Пруденс тем временем расстегнула дрожащими пальцами свою блузку и сняла ее. Когда он увидел ее в бледно-розовых трусиках и таком же бюстгальтере, у него пересохло во рту. Все его тело горело, словно кто-то разжег огонь в каждой его клеточке.

– Продолжай раздеваться, – сказал он, когда ожидание стало невыносимым.

Пруденс медленно расстегнула бюстгальтер, сняла его и бросила на пол. При виде ее высокой упругой груди у него захватило дух. Накрыв ее ладонями, он потер большими пальцами бутоны ее сосков, отчего из ее горла начали вырываться тихие стоны удовольствия.

Затем он повел ее к софе, избавляясь на ходу от одежды. Толкнув ее на софу, он стянул с нее трусики, опустился поверх нее и продолжил ласкать ее соски, только на этот раз губами и языком. Пруденс выгибалась и извивалась под ним. Каждое ее движение, каждый ее стон говорили ему, что она хочет того же, что и он. Когда она в очередной раз приподняла бедра, он, не в силах больше сдерживать свое либидо, вошел в нее мощным рывком. Немного помедлив, он задвигался, и она, вцепившись ногтями в его плечи, быстро подхватила его ритм. Ее внутренние мышцы смыкались и размыкались, принимая его, и с каждым толчком заветная цель становилась все ближе.

Волна экстаза накрыла их почти одновременно, и Ласло показалось, что он перенесся в другое измерение, где не существовало семи лет разлуки. Пруденс, его нежная английская роза, снова принадлежала ему. Прижавшись лбом к ее лбу, он, застыв, наслаждался каждой секундой их долгожданного воссоединения.