Ночь решает все - Кейтлин Крюс

Глаза Селесты вдруг потемнели и стали похожи на глубокие горные озера. Он был очарован.

– А что, если так? – Ее голос был полон ярости, это лишь распаляло Рахима. – Тебе нужно прекратить заигрывать со мной потому, что я тебя не хочу.

Мужчина немного помолчал, и предчувствие его не обмануло. Лицо Селесты вспыхнуло с новой силой, стало еще более румяным, чем прежде.

– Это просто возмутительная ложь, – едва слышно прошелестел он.

Селеста отвернулась, потому что шейх ни на секунду не засомневался в своей правоте. Как же она ненавидела его! Рахим был доволен тем, что теперь мог читать ее так же легко, как тот вздорный текст на планшете.

– Ты заставишь меня?

Взгляд Селесты был прикован к бассейну неподалеку. Ее тело, казалось, вступило в сговор с Рахимом, каждое движение выдавало волнение.

Когда он рассмеялся, она подпрыгнула от удивления. Селеста подняла на Рахима глаза, он не знал, о чем она думала, но решение принял незамедлительно.

Фаза дружбы в их отношениях была закончена. Она длилась почти два месяца – достаточно для того, чтобы женщина примирилась с утратой близкого человека и освоилась с новой ролью матери. Тем не менее настала пора двигаться дальше.

Рахим поднялся с места. Она сопровождала глазами каждое его движение. Бесспорно, Селеста желала его не меньше, чем он.

– Думаю, что пришло время нам отправиться в медовый месяц. – Селеста беспокойно заерзала на месте, ее щеки порозовели. – Что скажешь? Две недели в пустыне наедине друг с другом? Думаю, это поможет нам… стать по-настоящему близкими людьми.

– Что?! – Селеста испугалась, и Рахим почувствовал, как возбуждается. – О какой близости ты говоришь? Зачем это вообще нужно?

– Общественное мнение. – Мужчина пожал плечами. – Хотя все наверняка подумают, что ты просто уступила мне. Все мужчины – животные, не так ли? Я ничуть не лучше моего брата, так что к чему мне противиться твоим чарам?

– Нет же! – Селеста выглядела не на шутку встревоженной. – Ты никогда не питал ко мне слабости. Пусть так оно и остается…

– Слабости мне незнакомы. – Рахим говорил правду, и его не интересовало, если эти слова заденут ее самолюбие. – Но в данном случае я готов позволить себе слабость и поддаться умелой соблазнительнице. Цель – подбросить людям тему, которую они смогут препарировать на досуге. Мы поступаем так же, как твои друзья – поклонники таблоидов.

Селеста смотрела на мужа с нескрываемым ужасом. Когда же она вновь смогла говорить, ее голос звучал хрипло:

– Какая невероятная гнусность!

– Почему ты не спросишь меня о главном?

Мужчина встал напротив и запустил руки в карманы. Селеста едва ли оценит, если он начнет домогаться ее прямо за завтраком.

– Почему ты так жесток? – Ее глаза теперь метали молнии. – Но я уже знаю ответ на этот вопрос. Ты можешь позволить себе любое проявление жестокости и прекрасно пользуешься этим.

– Но ведь ты хотела спросить меня о другом.

Селеста метнула на Рахима злой взгляд. Легкий бриз разгонял облака над их головой, шелестел между сочными листьями растений, пел песни в падающей воде. Со своего места он мог хорошо видеть голубую бьющуюся жилку у нее на шее. Он захотел прижаться к ней губами, чтобы унять ее волнение. Ладони Селесты, похожие на тугие бутоны невиданных цветов, невольно разжимались и снова собирались в кулак, словно она не могла контролировать свое тело.

Затем Селеста села прямо, расправила плечи и устремила свой взор на горизонт.

– Итак, мы собираемся провести время наедине подальше от людских глаз, чтобы потом о нас могли всласть сплетничать. Хочешь назвать это медовым месяцем? Хочешь заставить всех думать, что мы настоящая семья?

– Именно.

Селеста шумно перевела дыхание:

– Мы же не…

– У меня нет желания принуждать тебя к выполнению супружеских обязанностей. – Рахим старался выглядеть не заинтересованным в том, что могло произойти во время их добровольной ссылки в пустыне. Селеста с заметным облегчением опустилась на стул. – Неужели у тебя сложилось обратное впечатление?

– Хотела бы напомнить, что ты похитил меня, – пылко сказала Селеста. – А затем женился. Извини, если не вижу границ твоего сумасбродства.

Рахим задумчиво обошел стол, по-прежнему пристально смотря на жену. Лейла проснулась и теперь радостно гулила, стараясь привлечь к себе внимание. Рахим опустился перед коляской на колени так, чтобы их с Лейлой лица оказались на одном уровне. Малышка была такой хорошенькой!

– Привезти тебя сюда и сделать своей женой до того, как ты родишь ребенка, было моим долгом. – Рахим все еще любовался девочкой. Я был обязан взять ответственность за вас двоих. Но то, что случится между нами дальше…

– Между нами ничего нет! Нас нет.

Рахим игнорировал Селесту.

– Это уже не будет иметь ничего общего с чувством долга. Селеста, не отрицай, мы с тобой – мужчина и женщина, и иногда у нас появляются вполне конкретные желания.

– У меня нет никаких желаний!

Селеста нервничала, Рахима забавляла такая реакция.

– Селеста, не тревожься, – вкрадчиво сказал он. – Мне даже не придется тебя ни к чему принуждать.

После этого она замолчала. У нее не осталось сил на хлесткие выпады в его сторону. Сейчас он хотел ее так сильно, как ни одну женщину в своей жизни. Дикая кошка, распутная женщина, проблема, которую нужно решить, – Рахим принимал Селесту любой.

– Но сначала мы поговорим об Омаре.