То свидание в Кембридже... - Розали Эш

Полли ошарашенно уставилась на Марко, затем вскочила и выбежала через стеклянную дверь на террасу.

Спустившись во двор, она побрела, шатаясь, по пыльной дорожке, ведущей через лес в виноградные рощи. Услышав позади голос Марко, она побежала.

— Полли, погоди.

Он быстро догнал ее и, с трудом переводя дыхание, поймал за руку.

— Оставь меня в покое… — Она сердито дернула руку, но он не отпускал.

— Не глупи. Ты не можешь вот так убежать, Полли…

— Бен в полной безопасности с Руфью и Тино. — злобно сказала она.

— Я не за Бена беспокоюсь. Тоскана спокойное место, но я не рекомендовал бы тебе одной прогуливаться ночью.

— Уйди, Марко… — От гнева она вся тряслась.

— Я уважаю твое право на одиночество, — сухо заметил он, — но в чистом поле ночью тебе придется смириться с моей компанией.

Он пошел рядом, не выпуская ее руки. Видимо, у нее нет выбора. Несколько минут они шагали в полном молчании.

— Не могу поверить, — начала она, — что ты ожидаешь моего согласия на брак.

— А наш сын не заслуживает двух любящих родителей вместо одного? С этого дня Бен будет получать нормальное воспитание, с двумя родителями. Лучший способ обеспечить это — пожениться, Полли…

— В какой же обстановке он будет расти, если отец и мать едва выносят друг друга?

— Я тебе противен? — Взяв за плечи, он притянул ее к себе. — Это противоречит твоему вчерашнему поведению…

Полли задержала дыхание; его близость настолько волновала ее, что она затрепетала.

— Это нечестно, Марко…

— Разве? Прошлой ночью у меня сложилось впечатление, что ты была бы счастлива продолжить наши отношения на более… интимном уровне. — Он склонился к ней. Задрожав, она непроизвольно открыла губы; электрические искры желания пробежали по ее венам. — Ну? — требовательно спросил он. — Я ошибся?

Полли молчала. Жестоко с моей стороны, подумал Марко, использовать ее слабость, она и так смущена своей неспособностью скрывать от меня свои чувства и желания.

Он внезапно отпустил ее, стянул куртку и расстелил ее под дубом. Затем потянул девушку вниз, усаживая рядом с собой, и она послушно подчинилась, словно под гипнозом. Рука его обвилась вокруг ее талии, она чувствовала прикосновение упругих мужских мускулов.

— Полли, что бы ты ни говорила, я думаю, ты прекрасно знаешь, как я к тебе отношусь, — сказал он мягко. — Сага, с того момента, как ты приехала сюда, я одержим одной мыслью — заняться с тобой любовью.

Она вдруг подумала о Софи, уютно устроившейся в комнате для гостей. Это придало ей сил. Она внезапно поняла, что´ поможет ей выпутаться…

— Вожделение трудно назвать надежной опорой для брака, Марко. Пожалуй, не стоит лгать, что мне противен твой вид… — Признание далось ей с трудом. — Но то, что ты возбуждаешься… сексуально из-за кого-то, — этого недостаточно… неужели ты думаешь, что мы можем дойти до заключения брака, если никто из нас не свободен?

Она почувствовала, как жесткое мужское тело напряглось с ней рядом, и прикусила губу, пытаясь не выдать своего страдания.

— Ты говоришь о Поле, насколько я понимаю, — произнес Марко. — И ты спишь с ним?

— Я не обязана тебе рассказывать обо всем. Как и ты не обязан докладывать, спишь ли ты с моей сводной сестрой…

Он изогнулся, вглядываясь в нее из-под полуопущенных ресниц.

— Basta! Достаточно, Полли! Меня уже тошнит от Софи. Надоело слышать ее имя, связанное с моим.

Она видела его лицо, неясно вырисовывающееся в лунном свете, и смаргивала сердитые слезы.

— Как я могу убедить тебя, что между нами ничего нет? — проговорил он мрачно.

Чтобы спрятать смущение, она прикрыла глаза.

— С большим трудом, — прозвучал наконец ответ, — поскольку поступки говорят громче слов.

— Какие бы поступки ты ни имела в виду, — отчетливо выговорил он, — но твоя сводная сестра и я — просто друзья. Есть такое понятие, как выводы, основанные на ложных предпосылках, Полли…

— В этом ты специалист по роду своей деятельности. Похоже, что ты эксперт по вопросам превращения доказательств обвинения в оправдательные?

Мысли беспорядочно кружились в голове. Ей отчаянно хотелось ему поверить.

— Так ты твердо решила выставить лжецом именно меня? — настаивал Марко. — Не стоит ли обсудить то, как ты обманывала меня на протяжении последних четырех лет? Если бы не фотография, я бы до сих пор не узнал о сыне. Верно?

Лицо ее вспыхнуло и побледнело опять. Она уставилась в землю.

— Да если бы для лжецов было предусмотрено наказание, ты давно получила бы по высшей мере. — Горечь его голоса болью отдавалась в ней.

Сейчас она чувствовала себя настоящей преступницей.

— Ясное дело. Ты просто мечтаешь упечь меня за решетку. Но, раз не получается, собрался на мне жениться, — произнесла она. — Как романтично.

— Мальчику нужен отец, Полли. — Мягкость тона скрывала сталь. — Я не хочу разлучать его с тобой, а следовательно…

— Но если потребуется, то попытаешься? — прервала она. Слезы подступали к горлу, душа ее, злые, колючие слезы, которые она уже не могла сдержать. — Наверняка ты думаешь, что твое юридическое образование поможет тебе в этом. Так вот учти: я буду бороться с тобой до последнего, Марко…

— Полли… — Он повернулся к ней. И, заметив слезы, пробормотал проклятие и обхватил ее, прижимая к себе. — Вы только послушайте нас! — У него вырвался короткий смешок. — Угрожаем друг другу разными немыслимыми карами, как заклятые враги. Солнышко мое, давай перестанем сражаться и подумаем о Бене…

— Пусти меня…

— Не раньше, чем ты сдашься. Бену требуется узнать отцовскую любовь, но ему нужны мы оба, Полли. Выходи за меня… Пожалуйста!

— Нет…

Его поцелуй прекратил их спор, лишив ее способности логически мыслить, погрузив в горячее, темное забвение. Она сопротивлялась его объятиям столько, насколько хватило силы воли, потом это стало бесполезным. От его настойчивых и жадных рук и губ не было спасения.

— Полли… — Голос Марко стал низким от желания; он разбередил в ней все тщательно залечиваемые раны памяти. Тело ее изогнулось от нестерпимой жажды, руки сплелись у него на шее, слепо нащупывая опору. — Сердце мое… — прошептал Марко. — Полли, родная, ты так прекрасна… Как я хочу тебя…