Возможно все - Салли Уилбрик

Роджер почесал в затылке, с возмущенным видом хотел что-то возразить, но затем исчез.

Через минуту он появился с двумя парами новеньких, звонко бренчащих ведер, встал у окна, дал команду:

- Зачерпывай и подавай ведра мне!

- О'кей, командир!

Час или два пролетели совершенно незаметно, воды в комнатах значительно поубавилось. Но истощились и силы у спасателей гостевых комнат.

Миллисент шатало от усталости, а что уж говорить о Роджере? Ему приходилось поднимать каждое ведро над своей головой, чтобы дотянуться до проема мансардного окна. Девушка, как могла, старалась помогать ему, подавала очередное ведро с водой как можно выше. И вдруг поскользнулась на мокром полу.

Вода из ведра окатила ее с головы до ног. Это показалось вначале даже весело, хотя вода была страшно холодная, пока...

Пока Миллисент не обратила внимания на глаза Роджера. Как они смотрели, в них буквально полыхала животная сила! Но она все поняла сразу же, лишь только опустила взгляд и посмотрела на блузку.

Белый шелк, намокнув, стал совершенно прозрачен и больше не скрывал того, что должен был тщательно прятать от посторонних глаз. Высокая, полная грудь несчастной Миллисент, казалось, была обнажена и выставлена напоказ, на посмешище всему свету! Торчали темные, сморщившиеся соски чересчур вытянутой формы... Миллисент считала их ужасно некрасивыми. У ее подруг они были более плоскими, изящнее, что ли... И вот считай, что теперь ее груди были обнажены, каждое движение, колыхание их просматривалось как на ладони. А тут еще и живот, покрывшийся от холода гусиной кожей.

Но все это безобразие сильнее магнита приковывало внимание серых глаз. Они взирали на нее, как на вещь, как на картинку в журнале, которую можно скомкать, порвать, испачкать!

И она еще взяла деньги у этого бессовестного человека! Он, подлец, рассматривает ее, словно товар в витрине универмага!

- Ненавижу! - закричала Миллисент, швырнула в воду ведро и бросилась прочь. - Ненавижу вас всех!

Проклятые, мало вы принесли бед и несчастий маме, теперь подошла моя очередь?

Когда же лопнут ваши ненасытные глаза, когда вы узнаете и поймете, каково житье у честных девушек, не помешанных как вы на сексе? - негодовала в сердцах Милли. И вдвойне, втройне обидно, что так, по-звериному, на нее смотрел вчерашний ночной незнакомец. Она ведь сегодня ему почти поверила, стала думать, что Роджер не такой, как все остальные.

Выходит, они одинаковые, это и есть страшная истина. Стало быть, идти некуда. Вот теперь нога у Миллисент по-настоящему подкосились. Девушка села на холодную спину каменного льва, караулящего первую ступеньку мраморной лестницы, и...крепко уснула.

Очнулась Миллисент от приятного прикосновения согретой перед пламенем камина верблюжьей шерсти роскошного банного халата.

- Не сердись на меня, милая домоправительница! - Над самым ухом раздался низкий вкрадчивый голос. - Что с того, что я смотрел на тебя? Что тут особенного? Ау, Миллисент!

Хочешь, и ты на меня посмотри!

Девушка подняла голову. Перед ней стоял голый по пояс Роджер и протягивал чашку с горячим бульоном. Его серые глаза смеялись.

Но все же в них чувствовалось присутствие вины.

- Прости меня, Милли. Но мне, правда, нечего стыдиться!

Миллисент собралась с силами и улыбнулась. Нашел, что сравнивать! Она ведь девушка. Какие мужчины, в сущности, глупые...

- Пойдем со мной, - позвал тихо Роджер.

Миллисент покорно спустилась со спины каменного царя зверей. Ей было все равно, куда и за кем идти. Все, она вновь сломалась, поскольку страшно устала повсюду отслеживать надвигающуюся опасность. А как бы хотелось бездумно опереться на поданную руку помощи, прожить жизнь так, чтобы вера в людей была непоколебимой. Ах, мечты, мечты...

Равнодушно она наблюдала за тем, как Роджер притащил в кухню подушки, как положил в догорающий камин обломки дубовых стропил, выбирая самые сухие из них.

Жар от огня и верблюжий халат сделали свое дело: к ней вернулся румянец, кожа порозовела.

Миллисент стало обидно, что все складывается как-то по-идиотски. Она получила работу, ее никто пальцем не тронул в этом доме, а она... Действительно, с нервами у нее не совсем в порядке. Кричит, сердится. Дважды устраивала истерику из-за блузки! И чего эти чертовы пуговицы стреляют, как ненормальные? Да и разве стоит эта тряпка того, чтобы портить отношения с людьми?

Девушка посмотрела на Роджера, во взгляде ее повис мучительный вопрос: "Почему?

Что со мной? Ты можешь мне ответить?"

Роджер пристально следил за пламенем, танцующим в камине, затем вздохнул и тихо проговорил:

- Не знаю, почему ты такая. Расскажи мне все, Миллисент.

- Что вы хотите услышать? - Девушка смотрела в огонь и внезапно удивилась, словно увидела и услышала себя со стороны: она тоже, как Роджер, говорила негромким голосом.

В следующее мгновение ей захотелось признаться этому человеку, что таких спокойных минут у нее в жизни было совсем мало. Разве только давным-давно, в детстве. Какой тогда безмятежной и легкой казалась жизнь, все люди вокруг были дружелюбны и по-настоящему добры. Родители любили ее, баловали.

Отец дарил игрушки, шутил и играл с маленькой Милли. Будущее чудилось интересным, светлым, прекрасным - утренняя заря, а не будущее...

Незаметно для себя она рассказала о своем детстве, о печальной истории второго маминого замужества, об отчиме и Джордже...

За высокими распахнутыми окнами полыхал закат, кухня наполнилась ароматом луговых трав, полыни, легким запахом дыма. Громко потрескивали в огне дубовые обломки.

- Хочу услышать, как ты оказалась в Волчьем логу, что привело тебя в дом Хоггвардса, что ты делала там, ну, и все такое прочее.

Миллисент усмехнулась.

- Роджер, вы спрашиваете как заправский детектив. А, может быть, вы и судья? Осудите меня за мои преступления?

- У тебя короткая память, Миллисент, - терпеливо возразил он. - Ты должна помнить, я - финансист. И, уверяю тебя, вполне способен понять и принять все жизненные варианты. Так что, смело рассказывай о своих похождениях!

- Не было никаких похождений, просто я узнала адрес господина Хоггвардса из газеты...

Я тогда переживала трудный период в жизни, и искала любую работу, а еще лучше такую, за которою хорошо платят. Моя мама как раз вышла третий раз замуж. За Франклина Баума.

Они поехали путешествовать, а меня оставили дома одну.

- Узнала адрес, и что? Ты была знакома с этим человеком прежде, или хотя бы разговаривала с ним по телефону? Рассказывай, Миллисент! - В голосе Роджера звучало непонятное нетерпение, как будто он заранее знал ответы на свои вопросы.