Дни и ночи отеля "Бельведер" - Айрис Денбери

— Ничего. А в чем дело?

— Ты что-то сказал Джорджу, когда тот брал поднос с чаем.

Портье подмигнул Андреа:

— Да, мисс. Фаворит скачек потерпел поражение.

— Вздор! Что случилось на самом деле?

— У кого-то обнаружили сыпь. — Он ткнул пальцем в ее сторону. — Теперь вам придется делать прививку.

Она рассмеялась. Это была обычная «страшилка», условное обозначение того, что в гостинице происходят какие-то таинственные события.

— Что-то стряслось у мисс Дженсен, — прошептал портье.

— Она заболела?

— С ней все в порядке. Вот характер у нее подгулял.

— И все же?

— Не знаю. Миссис Мейфилд выясняет.

Андреа не удалось ничего узнать, пока одна из девушек контрольного отдела не принесла ей на подносе чай.

— Какие новости? — осторожно спросила Андреа.

— Ты имеешь в виду мисс Дженсен? Там, наверху, ужасная суматоха. Мисс Дженсен говорит, что у нее украли ожерелье.

Андреа поперхнулась чаем.

— Да она же только вчера въехала. — Андреа говорила спокойно, но сердце у нее бешено колотилось. Югет прислуживала мисс Дженсен, и у нее был сегодня выходной. Неужели она опять «одолжила»?

— Мисс Дженсен уверена, что вчера вечером ожерелье было на месте, — подхватила вторая девушка.

— Скажите на милость, почему она не держит свои ценности в сейфе управляющего, а бросает их где попало?

Андреа была возмущена до глубины души тем, что богатые постояльцы, вроде мисс Дженсен, вводят в искушение таких девушек, как Югет.

Через несколько минут телефонистка попросила Андреа срочно подняться в кабинет миссис Мейфилд.

— Но я не могу, я одна в отделе регистрации.

— Подожди минутку, я соединю тебя.

Голос тети Кэтрин прозвучал почти в ту же секунду:

— Андреа, попроси портье присмотреть за регистрацией на несколько минут, и я пришлю вниз кого-нибудь.

В кабинете миссис Мейфилд Андреа увидела не только ее и помощника управляющего, но и мисс Дженсен.

— Мисс Дженсен потеряла ценное ожерелье — бриллианты и сапфиры.

— А также аквамарины. И жемчужная застежка, — кивнула мисс Дженсен.

Андреа переводила взгляд с одной на другую:

— Очень жаль, что оно потерялось, но я не понимаю…

— Ты не возражаешь, если мы обыщем твою комнату? — спросила тетя Кэтрин.

Девушка вспыхнула:

— Меня подозревают в краже ожерелья?

— Необязательно. Мы уже обыскали другие комнаты.

Мисс Дженсен вскочила со стула:

— Какой смысл обыскивать комнаты? Сначала украли мой мех. — Она повернулась к миссис Мейфилд. — Как будто я поверила в вашу историю, что мех затерялся в одеялах! А теперь ожерелье! В следующий раз это будут кольца, браслеты, норковое манто. Но я сегодня же подыщу другой отель и съеду отсюда.

— Нет, нет, мисс Дженсен, — умоляюще заговорил помощник управляющего. — Пожалуйста, дайте нам возможность спасти доброе имя нашего отеля.

— Позвоните в полицию, — резко оборвала его датчанка.

— Не сейчас. — Спокойный, авторитетный голос миссис Мейфилд оказался убедительнее протестов помощника управляющего. — Дайте нам время опросить наших служащих, прежде чем в дело вмешается полиция. — Она повернулась к Андреа. — Вы видели ожерелье?

— Нет, мадам.

— Вы входили в апартаменты мисс Дженсен?

— Нет, мадам. — Андреа решила, что тот случай, когда мистер Холт занимал эти апартаменты, не считается. Ее удивило, почему тетя не опрашивает горничных, помощницу сестры-хозяйки по этому этажу, даже официанта, который мог подавать еду или коктейли в гостиную мисс Дженсен. Этому было только одно объяснение: миссис Мейфилд связала с Андреа временное исчезновение меха мисс Дженсен. Поэтому теперь, при настоящей краже, Андреа, видимо, вызвала наиболее сильные подозрения.

Мисс Уиверн ждала у лестницы, ведущей в крыло обслуживающего персонала, и Андреа почувствовала себя чуть ли не заключенной, находящейся под охраной двух надзирательниц, когда под предводительством миссис Мейфилд две ее помощницы вошли в комнату Андреа.

Лаура Уиверн открывала ящики туалетного столика, рылась в носовых платках, перетряхивала одежду, обследовала карманы платьев и пальто в гардеробе, ощупывала носки ботинок. Поскольку Андреа занимала комнату вместе с Югет, все вещи француженки были также тщательно обысканы. Затем помощница сестры-хозяйки переворошила и осмотрела кровати и занавески, перевернула ковер.

Поскольку совесть Андреа была чиста, в ней поднимался протест, но она понимала, что ее тетя находила такую процедуру необходимой, хотя и неприятной формальностью. А вот Лауру Уиверн переполняла злобная радость.

— Все сделано, мисс Уиверн, — сказала миссис Мейфилд и направилась к двери.

— Разве вы не хотите, чтобы я обыскала саму Ланздейл?

Андреа вздернула подбородок.

— Я готова, — гордо сказала она, ее вызывающий взгляд был устремлен на мисс Уиверн.

Миссис Мейфилд вздохнула:

— Нет, не вижу необходимости.

Андреа показалось, что мисс Уиверн от разочарования скрипнула зубами.

— Извини, Андреа, это вынужденная мера, — продолжала ее тетя. — Возвращайся в отдел регистрации, но когда освободишься, зайди ко мне и, пожалуйста, не болтай об этом.

Когда Андреа сменилась, мысли ее были взбудоражены. Существовало так много вариантов, и их ни с кем нельзя было обсуждать. Конечно, была Югет, которая могла «одолжить» ожерелье. Затем, мисс Дженсен могла вовсе не терять его. Возможно, она его куда-то положила. Или вся эта шумиха была рассчитана на публичный резонанс. Фальшивая кража для броского газетного заголовка.

Составляя план размещения на следующую неделю, Андреа думала о мисс Дженсен. Почему красивая датчанка, как говорят, дочь одного из самых богатых людей в Дании, так часто останавливается в таком провинциальном городе, как Миллбридж? Логичнее если бы мисс Дженсен захотелось жить в роскошном отеле в Лондоне или снять там квартиру. Даже дорогая квартира, снятая на длительный срок, обошлась бы дешевле, чем лучшие частные апартаменты в «Бельведере».

К тому же Андреа не понимала, какое удовольствие получает мисс Дженсен от пребывания в Миллбридже. Или она избегает круговорота приемов и развлечений, которые ожидали бы ее в Лондоне? Однако она ездит в Париж, Копенгаген, Брюссель — в города, которые могут предложить гораздо больше развлечений, чем Миллбридж.

— Привет, солнышко! — донесся до нее голос от стойки администратора. — Перестань хмуриться, а то превратишься в маленькую сморщенную старушку раньше времени.