Сокровенное желание - Андреа Кейн

Обед подали довольно поздно. Изрядно проголодавшись, капитан сидел за столом, уставившись в тарелку с мясом. В голове у него вертелся один-единственный вопрос.

– Что это такое, черт возьми?

Смитти удивленно поднял голову, оторвавшись от кружки с ромом.

– Как что? По-моему, это тушенка, капитан.

– Тушенка? С каких это пор кок подает на обед тушенку? Сию же минуту вызвать его ко мне!

Через несколько минут кругленького Луиса ввели в каюту капитана.

– Ви хотеть меня видеть, капитан?

– Именно так! – Дрейк поднял вилку с мясом. – Как вы это объясните?

Кок просиял.

– Ви заметить мой тушенка! Я так радостный, капитан! Вся команда хвалить мне за тушенка. Хотя по правде, это биль не мой идея, а леди Александрии. Я таким образом суметь сэкономить, использовать половина количество мясо и накормить вся команда. И даже остаться мясо на добавки! – Он выглядел огорченным. – Конечно, потому что почти все просить добавка, для вас добавка уже не оставаться! Я знать, что вам понравиться, так же как и всем остальным...

– Я ненавижу тушенку! – перебил Дрейк ошеломленного кока. Его гнев усилился, как только тот упомянул о причастности к делу Александрины. – И впредь – никаких изменений в меню без моего ведома!

– Да, капитан! – Луис легкими шажками попятился к двери.

Дрейк жестом приказал ему удалиться. Он швырнул вилку на стол и запустил пальцы в свою шевелюру.

– Сначала эта женщина пыталась руководить кораблем вместо капитана, теперь она принялась за камбуз. А что будет потом? – Дрейк покачал головой. – Просто в голове не укладывается. Подумать только! А я-то, отправляясь в плавание, наивно считал, что главную опасность для меня представляет Наполеон!

Оставив Смитти внизу, Дрейк отправился на палубу. Он хотел постоять за штурвалом, что делал регулярно в целях контроля. В четыре часа дня обычно происходила смена вахты. К своему удивлению, вместо отдохнувших матросов, только что заступивших на смену, он увидел тех же самых уставших моряков, которые стояли там за час до того.

– Кокран! – сердитым голосом прогремел капитан. – Где ваша смена?

Долговязому матросу стало явно не по себе.

– Уверен, они сейчас придут, капитан.

Дрейк побагровел от ярости. Он ненавидел расхлябанность и отсутствие пунктуальности. Быстро спустившись вниз, он направился в кубрик.

В помещении для команды он обнаружил, что все остальные моряки, склонив головы, сидели за большим деревянным столом.

Первой мыслью Дрейка было, что они заболели.

– Джеймисон! Маннингз! Уорнер! Парсонс! – Он бросился к ним, намереваясь оказать помощь.

Услышав свои имена, матросы вскочили на ноги. На пол полетели игральные карты.

– Так точно, капитан! – Все, как один, встали по стройке «смирно».

Дрейк изумленно перевел взгляд с их виноватых лиц на карты, валявшиеся на полу.

– Что все это значит? Восемь ударов корабельного колокола прозвучали десять минут назад!

Моряки недоуменно переглядывались, а потом Эзра Джеймисон ответил:

– Мы ничего не слышали, капитан.

– Никак нет, сэр!

– Мы как раз заканчивали последний кон.

– Последнее что?

Понимая, что хуже уже некуда, Джеймисон объяснил:

– Леди Александрина научила нас играть в вист, капитан. Игра довольно трудная, и, боюсь, мы слишком сильно сосредоточили на ней свое внимание, так что...

– Ничего. – От возмущения Дрейк не сразу нашелся что сказать. – Я займусь с каждым из вас позже. А сейчас всем немедленно на палубу! Ваши товарищи из команды валятся с ног от усталости!

Отдав честь, четверо матросов пулей вылетели из кубрика.

Дрейк сжал пальцами пульсирующие виски. У него внезапно началась сильная мигрень.

Меньше чем за двадцать четыре часа эта женщина ввергла его корабль в хаос и к тому же пропала неизвестно куда. Но он найдет ее! О да, он непременно найдет Александрину! А когда он найдет ее... ей не поздоровится! «Ну только попадитесь мне, леди Александрина!»

Вдруг Дрейк услышал с палубы какие-то звуки. Проклятие, что на этот раз? Он поспешил наверх. Прекрасно начавшийся день стремительно перерастал в кошмар.

И этот кошмар продолжался. На главной палубе пять членов его команды дрались между собой, а рядом с мачтой стоял молодой Томас, жалкий и несчастный.

– Томас! Что все это значит? – сердито спросил Дрейк. Когда он ринулся разнимать участников потасовки, на шее у него бешено забилась жилка.

Томас обрадовался, увидев капитана.

– Это из-за леди Александрины, сэр.

– Разумеется! Что она натворила на этот раз?

– Ах, ничего такого, капитан. Она просто хотела узнать, как у нас получается забираться вверх к брам-стеньгам и бом-брам-стеньгам...

– И эти болваны спорят и дерутся за право продемонстрировать ей свое мастерство? – изумленно спросил Дрейк.

– Не совсем так, сэр. Леди Александрина не хотела, чтобы мы показывали ей, как забираться наверх. Она думала, что сумеет это сделать сама.

– Ну и как, сделала? – Дрейк так разозлился, что готов был убить эту несносную возмутительницу спокойствия.

– Ну... да, сэр, сделала.

– Так из-за чего же ругаются и дерутся эти люди, черт их побери?

– Из-за того, кто будет ее оттуда снимать, сэр.

– Из-за того, кто будет... – Дрейк замолчал, переведя взгляд туда, куда смотрел Томас – на верхушку мачты. Одолев три четверти пути к верхней площадке, Александрина висит на веревке, глядя полными ужаса глазами вниз на палубу, которая была так далеко.

Дрейк похолодел от страха.

– Александрина, не волнуйтесь! – вырвалось у него. Его голос был хриплым. Он молниеносно взобрался на мачту, на которой висела эта несносная любительница приключений Александрина. Дрейк протянул ей руку и сказал: – Хватайтесь за руку.

Девушка не могла пошевелиться – парализованная страхом, она только молча таращила на него глаза.

– Не волнуйтесь, все в порядке, – успокаивал ее капитан, – просто держитесь крепче. – Он подтянулся к ней ближе и сильной рукой обнял ее за талию. – А теперь можете отпускать руки, Александрина. Я держу вас.

Она колебалась некоторое время, а затем медленно отцепила руки, которые мертвой хваткой держали веревку. Веревка врезалась в ее нежные руки, оставив на них красные следы. Дрейк осторожно прислонил Алекс к себе, благодаря Бога, что она не тяжелая.

– А теперь обхватите меня руками, – сказал он ей таким же спокойным голосом. – Правильно, вот так. Молодец. Просто держитесь покрепче, принцесса. – Продолжая бормотать слова ободрения, Дрейк медленно и осторожно спускался вниз.