Ты и я - Натали Старк

Алекс позвонил в ее дверь через два часа, которые Нора провела в томительном ожидании, балансируя между отчаянием и надеждой. Она, то тосковала по прежним непринужденным, дружеским отношениям, то в ее голове вдруг вспыхивали яркие картинки возможных счастливых мгновений с Алексом, но потом на нее снова наваливалось тяжелое осознание невозможности того, чего ей так хотелось.

Услышав звонок, она вскочила, подбежала к зеркалу (чего никогда не делала прежде перед встречей с Алексом), поправила волосы и улыбнулась своему отражению. Улыбка получилась какой-то вымученной и неестественной. Она должна выглядеть и вести себя так, как будто ничего не случилось. Как будто все как всегда.

— Привет, — сказал Алекс.

Нора посмотрела на него и сразу отвела взгляд. Ну почему у нее подкашиваются коленки от его пронзительных голубых глаз, а сердце куда-то проваливается от одного взгляда на его непринужденную, ленивую позу?

Алекс стоял, облокотившись о дверной проем, держал руки в карманах и что-то тихонько насвистывал.

— Что, даже не пригласишь войти? — спросил он, растягивая слова.

— С каких это пор тебе нужно приглашение? — Нора уже взяла себя в руки и отвечала в привычной тональности.

— А некоторые меня приглашают, — многозначительно сказал Алекс. — Угощают чаем с вишневым тортом и пытаются напоить вином. Даже и не знаю, с какой целью.

Алекс уже удобно расположился в любимом кресле Норы, за которое у них всегда шла отчаянная борьба.

Нора слушала его с необыкновенно теплым чувством. Раз он так шутливо говорит о визите к Лиз, то, наверное, это для него ничего не значит? Как мало нужно, чтобы надежда вспыхнула с новой силой…

— Ну и как там Лиз? — спросила Нора и тут же поняла, что более дурацкий вопрос трудно придумать, ведь они почти целый день провели вместе на работе.

— Квартирка у нее ничего, — заявил Алекс, — но слишком много розового и всяких там финтифлюшек. Я, конечно, прямо ей об этом не сказал, но намекнул.

— А что за вино вы пили? — осторожно продолжала свои вопросы Нора.

— Не знаю. То есть мы его не пили. Я сказал, что на работе не пью. Она, по-моему, немного огорчилась. Ну, не хотелось мне вина. Абсолютно.

Нора поймала себя на том, что смотрит на Алекса восторженным взглядом. Еще немного — и она начнет строить ему глазки. Надо держать себя в руках!

— И что ты ей насоветовал? — спросила уже осмелевшая Нора.

— Да всякого там, — Алекс махнул рукой. — Думаю, она тебе потом расскажет. А я сегодня уже устал от умных рассуждений о том, как следует создавать интерьер, соответствующий вашему индивидуальному стилю. — Последнюю фразу он произнес специальным дизайнерским голосом, как это называла Нора.

— Пойду, включу чайник, — сказала Нора и вышла на кухню. На лице ее сияла улыбка, и ей вдруг показалось, что все вокруг наполнилось ярким радужным светом, как будто после долгого холодного дождя неожиданно выглянуло солнце.

— А ты сегодня какая-то не такая, — сказал Алекс, когда Нора появилась в дверях. — Вялая, что ли. Даже не выгнала меня из своего любимого кресла, не побила, не покусала.

Нора вспомнила, как еще совсем недавно они не на жизнь, а на смерть бились за право сидеть в большом уютном кресле, вытаскивали друг друга из него за руки и за ноги, а однажды в пылу борьбы Нора даже слегка укусила Алекса за палец. Он потом всем жаловался, что придется делать сорок уколов от бешенства, но вид у него почему-то был довольный. Она гордилась тем, что почти всегда побеждала в этой схватке. Конечно, он ей поддавался. А борьба за кресло стала своеобразным шутливым ритуалом.

Было так легко и весело, а теперь… Она не представляет, как можно взять и вот так запросто, по-дружески, дотронуться до него, взять за руку и уж, тем более, чмокнуть в щеку. Она ощущала непонятную, совершенно несвойственную ей робость в присутствии этого знакомого незнакомца.

— Какой чай заварить, черный или зеленый? — спросила Нора.

— Знаешь, подруга, ты явно заболела или переутомилась, — задумчиво сказал Алекс. — По-моему, ты в первый раз спрашиваешь меня о том, какой чай я хочу. Обычно ты просто заявляла, что сегодня день зеленого чая или черного — в зависимости от твоего настроения.

— Второй, — сказала Нора.

— Точно, второй, — вспомнил Алекс. — Первый был, когда ты только переехала и еще не освоилась.

— Я поняла, — сказала Нора.

— Что?

— Сегодня день зеленого чая. — И она снова пошла на кухню.

— Вот так-то лучше, — сказал Алекс.

Чаепитие получилось почти совсем обычным, за тем исключением, что Нора смогла съесть всего одну шоколадную конфету.

— Ну и звери эти ваши начальники, — сказал Алекс, внимательно глядя на Нору.

— Почему это? — спросила она.

— Не берегут свои лучшие кадры. До чего довели человека. Человек шоколад есть не может! Это, уже ни в какие ворота не лезет.

Нора улыбнулась.

— Или дело не в работе? — тихо спросил Алекс. — Что-то ты про Мориса ничего не рассказываешь… Все в порядке?

— Как-то не хочется сейчас об этом говорить, — сказала Нора.

— Понятно, — сочувственно вздохнул Алекс. Ничего тебе не понятно! — воскликнула Нора.

Правда, только мысленно.

Как выяснилось, версия Лиз о вечере, проведенном с Алексом, несколько отличалась от версии самого Алекса.

— Он такой милый, — без умолку щебетала Лиз, когда они с Норой неторопливо поглощали ланч, расположившись за самым дальним столиком кафе.

— Милый? — переспросила Нора. Интересно, что Лиз имеет в виду?

— Он все время меня смешил. Не знаю, как у него, получается говорить самым серьезным голосом ужасно смешные вещи.

Нора хорошо понимала, о чем говорит Лиз. Она тоже так умеет, но до Алекса ей, конечно, далеко. Они иногда соревновались в произнесении нелепых диалогов с абсолютно невозмутимыми лицами. Долго это не продолжалось, обычно Нора не выдерживала первой, и они хохотали как сумасшедшие, передразнивая друг друга. А теперь он демонстрирует свои умения Лиз…

Девушкам всегда нравятся парни, которые могут их рассмешить. А Алекс… он такой обаятельный, непосредственный и всегда может создать непринужденную, свободную атмосферу. С ним никогда не бывает скучно. Ей бы хотелось провести с ним всю свою жизнь.

— И что он тебе посоветовал? — спросила Нора, усилием вернув себя к реальности.

— Он говорит, что моя квартира должна отражать мою индивидуальность. Интерьер должен быть солнечным, ярким и в то же время спокойным и расслабляющим. Как я. — Она скромно опустила глаза. — Он сказал, что мне должен понравиться новоанглийский стиль. Только использовать, его нужно в упрощенном варианте, не перегружая пространство деталями. — Она наморщила лоб. — Потом он еще много чего говорил о цветовых доминантах и григорианской эпохе… я почти ничего не поняла.