Соль и серебро - Анна Кэтрин

Он резко переводит взгляд на меня:

— Из другой Двери?

Тоненький голосок говорит: Элли!

— Не обращай внимания, — торопливо отвечаюя. — Плохо, что ты не увидел то, что ожидал?

Райан пристально смотрит на меня и потом переводит взгляд напол. Качает головой:

— Я не знаю… Это… по-другому. Я не люблю, когдапо-другому. — Он снимает шляпу и проводит рукой по волосам.

Дверь очень тихо смеется надо мной.

Мы направляемся наверх, в ресторанный дворик. Я не шутиланасчет картошки фри. Я заказываю гигантскую порцию, пока Райан отбирает у менямобильник. Жир, соль и аромат кетчупа стирают запах разлагающихся тел и ужасныхпарфюмов из того магазина. Когда я возвращаюсь к столу, Райан говорит потелефону. Я ставлю перед ним кока-колу — всегда стандартную, диетическую он непьет. Я же люблю именно диетическую. Мне нравится послевкусие.

Я игнорирую его разговор и прислушиваюсь к болтовнедевочек-подростков за соседним столиком. Они все одеты в слишком тесные джинсыс розовыми поясами и крошечные футболки, которые мне бы и на руку не налезли.

— Понятия не имею, чем, по его мнению, онзанимался, — говорит блондинка. — Он весь как бы навис надо мной, и якак бы: эй, вынь руки из моих трусов.

— О боже! — восклицает брюнетка. — Как бы —что? Полез к тебе в трусы? Какой кошмар!

О, они еще узнают.

Я снова обращаю внимание на Райана, он закрывает крышкутелефона.

— Это Нарния. Только что открылась еще одна Дверь,где-то в Бей-Ридже. Охотник сообщил. Она думает, что это в каком-то итальянскомресторане.

— Это вторая Дверь, которая ее удивила. Разве нестранно? Разве она не должна знать? Это же ее работа ведьмы-экстрасенса — иликак ее там?

Я чавкаю картошкой и предлагаю ему угоститься. Онотрицательно взмахивает рукой. Не знаю, как он еще не умер с голоду; время ужепослеобеденное.

— Странно, но она скоро узнает точно. Ей надопоколдовать.

— А потом ей надо будет вскочить на веник изакудахтать, — глубокомысленно заявляю я.

Райан выглядит раздраженным. Я тычу в него наполовинусъеденной картофельной палочкой.

— Эй, за все это время ты мне ни разу не говорил оведьмах-экстрасенсах. О плохих ведьмах, — да. О девчонках, притворяющихсяведьмами, — да. О детях, которые смотрят фильмы о ведьмах и пытаютсяколдовать, — да. Но о настоящих ведьмах, которые занимаются настоящимиведьмовскими штучками, — нет.

Он вздыхает и закатывает глаза. Я съедаю еще немногокартошки и говорю:

— Ладно, что мы теперь будем делать?

— С Дверью? Мы ничего не можем сделать. Нарния найдетохотника и…

— Почему решать будет Нарния?

Райан пожимает плечами:

— Мы следим за демонами, а она присматривает за нами. Изаменяет нас, когда мы умираем, конечно. — Он произносит это так, словномне следовало бы знать.

— Мне не нравится эта мысль, — говорю со ртом,полным соленой жирной вкуснятины.

— Ну что ж, мне эта мысль тоже не нравится, но этопроисходит постоянно. И кто-то должен знать, где мы, как мы там оказались, ибеспокоиться, если кого-то никто не видел целый месяц.

— Значит, делаем вывод, что Нарния назначает охотниковохранять Двери. — Я хмыкаю. — Так я и думала.

— Ты довольна, что угадала правильно? — Он слегкаухмыляется, это его лучшая улыбка, когда он просто приподнимает один уголокрта. Он так улыбается, когда смеется со мной, а не надо мной.

— Послушай, ты занимаешься этими вещами намного дольше,чем я. Полагаю, что я получаю очки за все, что делаю правильно в последниедни. — Я улыбаюсь ему в ответ. Потом мне приходит в голову отличнаямысль. — Так если по всему Нью-Йорку разбросаны охотники, давай соберем ихвсех вместе. Может быть, кто-то из них понимает, что происходит.

— Как мы их соберем? — Райан смотрит на моюкартошку, берет один ломтик и задумчиво жует. — У нас нет призывногосигнала, как у Бэтмена, или что-то в этом духе, Элли.

— Нет способа собрать всех охотников в одном месте водно время?

— Я никогда не видел, чтобы такое происходило, —ни разу. Охотники не доверяют друг другу, ты это знаешь. Единственный способсвязаться с местной командой — с помощью газеты. Дать объявление в «ВиллиджВойс».

— Вот почему ты читаешь ее каждую неделю? — Врядли его интересует колонка о безумном сексе.

— Да, но я ни разу не видел объявления. Я занимаюсьэтим давно и ни разу не видел объявления. Я не думаю… с тех пор как междусайентологом и лоа случилось это… Действующие охотники не собираются вместе.

Он берет еще ломтик картошки и макает его в кетчуп.

— Может быть, пришло время изменить это. — Я тожемакаю ломтик в кетчуп и рисую им сердечко. — Может быть, есть какие-нибудьчары для призывного сигнала.

— Я не хочу, чтобы ты занималась чарами, — суровозаявляет он.

— Может быть, ты можешь наложить эти чары. Или Нарния.Может быть, можно сделать так, чтобы на письмах, которые приходят охотникам, быладрес нашей закусочной, — предлагаю я.

— Это самая глупая… Ладно, не самая глупая идея,которую я когда-либо слышал, но близко к этому. Но, возможно, Нарния знаетспособ. Или знает кого-то, кто знает способ. — Райан делает большой глотоккока-колы. — Дымовые сигналы или что-то в этом духе.

Я фыркаю:

— Дымовые сигналы? Серьезно? И ты думаешь, что моя идеяглупая? М-да.

Он приподнимает уголок рта и снова улыбается мне.