Шум дождя - Тори Ру

Погрузившись в раздумья и однообразное перекладывание бумаг из стопки в стопку, я не сразу замечаю, что в проеме стоит румяная, довольная Лиза.

— Ну как, выспалась? — она плюхается на кровать, забирает у меня пару фоток и с интересом рассматривает. — Это Женечка? Надо же, а когда-то он бы симпатичным.

— Он почти не изменился! — протестую я, но она, усмехнувшись, тут же перескакивает на другую тему:

— Как же здорово мы сегодня провели время!.. В который раз убеждаюсь: Саша в компании и Саша наедине со мной — два разных человека. Кстати, а Шарк, кажется, сильно расстроился из-за твоего отказа. Сидел на скамейке один и страдал. Бедняга… Не слишком ли резко ты его продинамила?

Меня опять терзают сожаления и вина — напрасно я поступила с ним так. Но, если бы он сам мне позвонил, я бы прибежала к нему в любое время суток.

— Лиза… — я со вздохом убираю коробку назад. — Иногда мне кажется, что я не просекаю правил игры. Если анализировать его поведение разумом, у меня нет и не может быть к нему претензий. Но к этому постоянно примешиваются мои эмоции, и с ними что-то не так. Мне не понравился один его вчерашний поступок. Да ты и сама говорила, что мне стоит быть с ним поосторожнее.

Лиза озадаченно моргает, прищуривается и качает головой:

— Я так говорила? Брось. Главное, не какую роль он играет на людях. Главное — какой он с тобой. Все ошибаются, но ты же не будешь спорить — Шарк умеет быть милашкой.

***

Я рано ухожу спать, и, словно сквозь слои ваты, слышу, как Лиза на кухне уплетает картошку, болтает по телефону с Фантомом и пеняет ему, что его страдающий дружок передо мной накосячил и не додумался извиниться лично. А потом за окном начинается тихий дождь, и во мраке маленькой, давно знакомой комнаты появляется силуэт.

«Не бойся, Юша, дождь не страшный…»

Я действительно не боюсь, потому что это видение прекрасно, и я наконец четко различаю лицо, которое много раз силилась рассмотреть… Смеющиеся синие глаза похожи на звезды. А сияющая улыбка прогоняет кошмары и до рассвета оберегает мои сны.

Утреннюю тишину сотрясают басы любимой песни Лизы и мелодичное гитарное соло. Вздрагиваю и, выругавшись, разлепляю веки, но злость мгновенно улетучивается — сестра протирает со стеллажей пыль, пританцовывает и красивым, поставленным голосом подпевает вокалисту.

— Тебя кто-то вчера укусил? Что за приступ бурной деятельности? — бурчу я, потягиваясь, и Лиза, явно жаждущая моих расспросов, откладывает тряпку и обрушивает на меня поток информации:

— Саша был таким хорошим! Сначала мы долго бродили по центру — только вдвоем, потом он ответил на звонок своей мамы и сказал, что гуляет с любимой девушкой, а потом, когда нас запалили ребята из тусовки, подвел меня к ним и объявил, что очень сильно меня любит. Представляешь? И это — Фантом, из которого лишний раз реакции ни на что не вытянешь!

Я улыбаюсь, но душный скептик во мне не дает в полной мере порадоваться за сестру. Неужели Фантом, отстраненный, надменный и ставящий свою репутацию превыше всего, способен на чувства и романтику?

Как по наитию, у подушки оживает телефон, и у меня перехватывает дыхание. Шарк. Да что сегодня с ними со всеми?

Я прислоняю палец к губам, и Лиза, понимающе кивнув, уносит колонку в прихожую.

— Алло? — хриплю и краснею до кончиков ушей, и из трубки раздается бархатный, до мурашек приятный голос:

— Малыш, доброе утро. Говорят, ты на меня обиделась? А я ведь весь извелся из-за того, что ты не пришла. Прости, действительно вышло не очень. У меня не все гладко в семье, и голова настолько этим забита, что я не сразу догнал, насколько некрасиво поступил. Обещаю, такое больше не повторится. Простишь меня? Встретимся сегодня?

Во мне взвивается иррациональное желание сказать ему нет, но проблемы бывают у всех и все ошибаются. Он попросил прощения и, если я хочу продолжать с ним общаться, пора повзрослеть и научиться входить в положение.

— Хорошо! — соглашаюсь я. — И нисколько я не обиделась…

— Уф. Спасибо! — в тоне Шарка слышится облегчение. — Я заеду за тобой в три часа. Буду заглаживать свой проступок. Сделаю все, что скажешь!

13

Вместо того, чтобы волноваться и судорожно прихорашиваться перед встречей, я раскрываю свой старый ноутбук и включаю «Ходячий замок».

Не помню, когда впервые его посмотрела — это точно было в очень раннем детстве. Некоторые его кадры меня пугали, некоторые — завораживали и вызывали страстное желание рисовать, но главный герой всегда притягивал внимание, и в груди теплело, когда он улыбался. Я и сейчас с открытым ртом на него смотрю, и странная ассоциация с незнакомцем из заброшенного музея крепнет все сильнее… Но Лиза, намеренно создавая шум, вламывается в комнату, бросает в меня привезенной курьером шаурмой и банкой колы и спрашивает, не забыла ли я про время.

А ведь предстоящая прогулка с Шарком действительно вылетела у меня из головы.

Ровно в три Шарк звонит и мурлычет в трубку, что ждет меня у подъезда.

Влезаю в первое, что попало под руку — штаны и футболку — и, как есть, — без макияжа и с хвостиком на затылке, заваливаюсь в лифт.

Июнь встречает меня первой в этом году жарой — во дворе плавится асфальт, страшное пекло и ни души, лишь в тени детской горки сидят три девчонки чуть младше меня и пялятся на низкую, дорогущую черную тачку, притаившуюся у клумбы.

Растерянно осматриваюсь, губы дрожат от разочарования и обиды.

Но зеленоватое стекло с водительской стороны медленно опускается, в окне показывается невероятной красоты парень с рыжей шевелюрой и в черных очках, и у меня подкашиваются коленки.

— Привет! — машет он, и я, под стук упавших челюстей бедных девчонок, ныряю в прохладный, комфортабельный салон и аккуратно пристегиваюсь.

— Привет! — я пытаюсь не выдавать замешательства. К тому же, Лиза рассказывала, кем работает его отец, и вопрос, откуда у Шарка такая тачка, отпадает сам собой.

— Куда держим путь? — он широко и радостно скалится, но в отражении черных стекол я вижу только свою бледную физиономию.

— Сам решай. Я пока не знаю город. Только, пусть это будет не клуб и не ресторан, ладно? Может,