Страстная и сладкая - Энн Оливер

Клео посмотрела на часы и направилась в дом с твердым намерением разбудить Джека и посмотреть, как же он будет себя вести с ней после того, что произошло вчера.

Девушка закрыла глаза и сосчитала до десяти. Она снова и снова мысленно возвращалась во вчерашний день, когда Джек целовал ее… Страстно и сладко…

Но если Клео хочет довести свой план до конца, ей необходимо оставаться холодной и спокойной. Только бы Джек не посмотрел на нее так, как смотрел прошлой ночью. Жарко и жадно.

Но ведь он не позволил себе зайти слишком далеко. Разве это ни о чем не говорит? Джек не хотел, чтобы она, Клео, стала частью его жизни.

С минуту Клео постояла на пороге комнаты Джека, чтобы ее глаза привыкли к полумраку. Она старалась не вдыхать такой знакомый запах его тела.

Джек лежал на животе. Одна мускулистая рука свисала с кровати. Одеяло валялось на полу. Мурашки пробежали по телу Клео, когда она осознала, что Джек Девлин спал в чем мать родила.

Клео захотелось прикоснуться к нему. Ее взгляд скользил по его обнаженному телу. Губы пересохли. В голове застучало. Девушка дрожала, а сердце колотилось так, будто она увидела что-то запретное…

Она облизала губы. Интересно, а какова на вкус его кожа? И как теперь сохранять спокойствие? Каждый раз, когда Клео будет смотреть на него, она будет вспоминать это зрелище.

С трудом отведя взгляд от мускулистой спины Джека, девушка покосилась на его лицо. Он был похож на грешного ангела, спустившегося на землю. И эти губы… Она до сих пор помнит их прикосновение…

Клео тряхнула головой, засунула руки в карманы и произнесла:

— Я постучалась. — (Джек не пошевелился.) — Проснись, Спящая Красавица, пора вставать.

Клео отдернула шторы. Сквозь открытое окно в комнату ворвался свежий воздух и она наполнилась солнечным светом.

— Боже, — раздался голос из постели.

— Нет, боюсь, что это всего лишь я, Клео.

— Я не просил меня будить, — пробормотал Джек.

— Просыпайся. У нас есть дела.

Джек начал переворачиваться и замер.

— Эй, я вообще-то голый.

— Значит, ты все-таки смущаешься, — усмехнулась Клео. — Будь внизу через десять минут, если хочешь позавтракать.

По дороге к выходу Клео включила радио на полную громкость. Если Джек и выругался, она не услышала.

Он появился в кухне через двадцать минут. Кажется, он не был настроен на разговоры. Джек осторожно делал каждый шаг, как будто ему больно двигаться.

— Я не буду завтракать, — жалобно сказал он, налив себе стакан воды.

— Ах! — Клео подошла к холодильнику. — Томатный сок помогает от похмелья.

— Мне это не нужно.

— Рада это слышать, потому что у нас есть работа. — Клео поманила его пальцем. — Возьми чашку с чаем и иди за мной.

Через минуту они стояли в саду, где Клео сделала первые приготовления.

— Клумба? Или ты планируешь выкопать пруд?

И зачем тебе я? — было написано у него на лице.

— Это будет небольшой мемориал с солнечными часами, — пояснила Клео.

Джек помрачнел. Еще вчера Клео положила бы руку ему на плечо, чтобы приободрить и успокоить, но сегодня она просто подбоченилась.

— У тебя есть идея получше?

— Ты же знаешь, как сложно делать солнечные часы. Нужно найти север, знать широту, мы же не можем…

— Уже готово. — Клео скрестила руки на груди. — Все, что от тебя требуется, — это помочь мне с цветами.

— Хмм… — Джек обозрел круг.

— Знаю, у тебя до сих пор болит плечо. Я могу сменить…

— Я не инвалид, — отрезал Джек. Он стоял так близко, что…

— Хорошо. Я принесу удобрения и разрыхлю землю.

Клео отодвинулась и направилась в сторону гаража, но Джек перехватил ее руку, другой вылив свой чай на землю.

— Не так быстро. — Вырываться было бесполезно. — Сначала нам нужно кое-что прояснить.

— Прояснить? — прошептала Клео, заглянув в его темные глаза.

— Я не должен был целовать тебя так.

— Как?

— В таком состоянии. Я был пьян, когда вернулся домой вчера ночью.

— Нехорошо, — вздохнула Клео. Помни правила, сказала она себе и слегка притянула его за футболку. — Я тоже была немного не в себе.

Что-то странное мелькнуло в его глазах. Она пыталась отстраниться, но Джек держал ее железной хваткой.

— Играешь во взрослые игры, как и шесть лет назад, и страдаешь от последствий?

— Я действительно взрослая, Джек.

— Осторожнее с заявлениями, Клео…

Бог мой! Да он, кажется, ревнует! Она чуть не рассмеялась. Ревнует к несуществующей личной жизни!..

— Ты не так понял, Джек.

— Меня не обманешь, Клео. Я все видел в свой двадцать первый день рождения.

— Я тоже видела тебя «в действии», помнишь? — спросила девушка, хотя предпочла бы забыть об этом. Фотография обнаженных моделей и Джека… Лучше бы она никогда не попадалась ей на глаза.

— Это было давно. Сегодня новый день. И я трезв. — Он погладил ее запястье.

Его губы оказались едва ли в сантиметре от ее губ. Теплое дыхание согревало ее кожу. Джек взял ее руку и прижал к своим губам. Мурашки пробежали по спине девушки. Они случайно задели газонокосилку, и воздух наполнился ароматом свежескошенной травы.

— Джек… — выдохнула она, когда он коснулся губами ее губ.

Он спустился ниже. У Клео закружилась голова, а потом… Джек вдруг отстранился.

— Проклятье, — выругался он и отвернулся.

— Ты целовал меня вчера ночью, Джек. Возможно, ты был пьян, но ты хотел меня.

Джек провел рукой по волосам.

— Клео… — Было что-то трагичное в том, как он произнес ее имя. Что-то, что предвещало конец. Она заметила, как он напрягся.

Да, он хотел ее. Хотел, но не любил. А Клео много лет ждала, чтобы он обратил на нее внимание. Слезы застыли в глазах. Она не желала видеть Джека, не желала, чтобы он заметил ее унижение.

Джек подошел к ней и положил руку на плечо.

— Я не хочу начинать то, что не смогу закончить. Ты слишком много для меня значишь, Златовласка. А я вернулся, только чтобы разобраться с делами отца.

Клео знала это. Всегда.

Отчаянно не желая, чтобы он заметил, насколько ее ранили эти слова, она высвободилась и отошла в сторону.

— Верно, Джек. Ты просто не можешь позволить девчонке из детства изменить твою жизнь.

— Не нужно принижать себя и то, что было…