Рыжик в капкане - Агния Арро

— Воздухом дышу. А его можно погладить? Подпустит? — так хочется потискать что-то доброе, теплое и живое. Ладошки нетерпеливо зудят.

— Рай, свои, — обращается к собаке Дамир. — Ко мне, — дает еще одну команду. Я, не двигаясь, жду, когда собака пройдет мимо меня и встанет возле хозяина. — Сидеть, — звучит еще одна команда. — Давай поприветствуем гостью, как мы умеем?

Рай смешно дергает большими лохматыми ушами, смотрит на хозяина.

— Ну, — кивает ему Дамир, — вперед. Девочка ждет.

Немец подходит ко мне, садится в паре шагов и… протягивает лапу.

— Пожми, — смеется Дамир.

— Здравствуй, Рай, — присаживаюсь на корточки, ставлю кружку с чаем на тротуар и жму холодную, мокрую лапку собаки. — Я Соня, — улыбаюсь ему. — Хочешь чай? — двигаю к нему кружку.

— Афф, — звонко отвечает немец.

Отпускаю его лапу, он наклоняется и пьет мятный напиток, довольно виляя хвостом и дергая ушком.

— Уиии… — тихо повизгивая от восторга, осторожно запускаю пальцы в его чёрную, с коричневыми подпалинами шерсть. — Какой ты классный. Большой такой, мягкий, — урчу от удовольствия.

Рай отрывается от кружки и терпеливо выдерживает дорвавшуюся до него меня.

— Давай с тобой дружить, — шепчу ему.

Он толкает меня мордой, ласкаясь в ответ. Затекшие на корточках ноги не выдерживают, и я со смехом плюхаюсь попой прямо в лужу.

— Эй! — раздается крик откуда-то сбоку. — Пошел от нее! Дамир, убрал свою псину отсюда! Какого хрена он не вольере?! — к нам подлетает Платон и в недоумении смотрит, как я все еще сижу в луже и смеюсь, обнимая за шею своего нового друга.

Глава 14. Мучительные фантазии

Платон

Рай встаёт перед кошкой и скалится на меня. Замираю на месте. Соня заливается смехом, сидя в луже, а я чувствую себя идиотом.

Изметелив до одурения грушу в спортивном зале, принял душ и уже намеревался забраться в кровать с каким-нибудь фильмом, чтобы наконец выкинуть из головы мысли о том, что этой рыжей заразе оказался так противен мой поцелуй.

Ещё никто и никогда меня так не опускал! Она все время умудряется удивлять и давить на уязвимости.

В окно случайно периферийным зрением зацепил движение, увидел Соню и Дамира с собакой. Стало интересно, как кошка найдет общий язык с псом.

Пока спускался, пока дошел...

Мне издалека показалось, что Рай кинулся на нее. Внутри знатно дернуло, рванул к ней. Этому псу не свойственно просто так бросаться на людей, но то люди, а тут кошка...

А она смеется! Звонко, немного истерично. Рай защищает ее без приказа. Вот сейчас узнаю его.

— Не трогаю я, — стараюсь говорить спокойно, попутно выравнивая дыхалку. — Не трогаю, — поднимаю вверх руки, демонстрируя ладони. — Отойди, Рай.

В ответ только глухой рык на мою попытку подойти немного ближе.

— Дамир, убери его! — нервно и громче, чем надо бы.

— Рай чувствует от тебя агрессию, — спокойно отвечает Дамир. — Соня, — протягивает руку кошке. Она цепляется покрасневшими, заледеневшими пальцами за нее. Поднимается. — Платон, я же учил тебя, наши собаки надрессированы на защиту, а Рай будет защищать того, кто слабее, — я даже знаю, почему он так его дрессировал. —Смертельно он тебя не покалечит, потому что свой, но накажет за то, что хочешь обидеть. Агрессию надо гасить, тем более к хрупкой девочке. Ты, кстати, совсем перестал ходить ко мне на занятия. Почему?

— Некогда.

— Угу, я так и понял, — усмехается он. — Рай, да отпусти ты его уже. Не тронет он твою новую подружку.

Немец тут же расслабляется и виляя хвостом подходит ко мне.

— Ну ты и скот, — треплю его между ушей. — Я думал, ты на моей стороне. Погуляю с ним? — спрашиваю у Дамира.

— Не вопрос. А завтра все же загляни, я тебя по курсу уличного боя погоняю. Расслабишься маленько.

— Постараюсь. Пойдем, предатель, — цепляю Рая за ошейник, ухожу с ним подальше от кошки. — И нет во мне агрессии, — говорю с ним. — Просто бесит меня эта девчонка, — он дергает ухом, прислушиваясь к моим душевным излияниям. — А ты вот тоже на ее сторону встал, — умный пес разворачивается и поскуливая толкается носом мне в ладонь. — Да ладно, — присаживаюсь, глажу его. Рай довольно хвостом виляет. — На тебя я не обижаюсь. Побегаем? Надо слить остатки адреналина, а то я вообще не усну сегодня.

Получив в ответ довольное «Ррраф», срываемся с ним на первый круг по блестящей дорожке между деревьев. На втором круге сбавляем темп до умеренного и держим его до упора.

Дамир встречает нас на крыльце с кружкой кофе.

— Полегчало?

— Да. Спасибо, Рай, — благодарно провожу ладонью по мохнатой холке и отпускаю собаку.

— Ты чего так на девочку кидаешься? — интересуется Дамир.

— Не лезь в это, ладно? — прошу его. — Мне от Арины нравоучений хватает.

Захожу в дом и быстро поднимаюсь к себе, пока не наткнулся на отца. Я сказал, что не пойду на его чертов ужин и я туда не пошел. Пусть хоть оборется потом, меня воротит от происходящего. Не хочу в этом участвовать.

После душа с паром тело приятно расслабляется. Мысли утекают совсем в другом направлении. Сейчас бы с девочкой какой-нить запутаться в одеяле до утра. Ммм… Машинально облизываю губы. Есть тут у меня поблизости одна вкусная, кусачая девочка. Если бы не раздражала, я бы ее…

Черт!

Фантазии становятся слишком реальными. Меня аж сводит всего и пульс опять разгоняется, теперь только не от адреналина в страхе за рыжую кошку, а совсем от другого. Ее сегодняшний красноречивый отказ разгоняет жар по венам. Пойти что ли и прямо сейчас доказать ей, что я нормально целуюсь!

Прикасаюсь подушечками пальцев к маленькой ранке на губе.

Маленькая, рыжая зараза! Что ж ты так плотно засела в моей башке?

Скатываюсь с кровати на пол, яростно отжимаюсь, чтобы хоть немного отпустило!

— Помогает? — стебется вошедший в комнату брат.

— Отвали, — падаю на пол, уперев в него потный лоб.

— Я даже догадываюсь, кто стал причиной столь рьяной тяги к спорту, — Гордей ложится на живот поперек кровати и смотрит