Мои сводные монстры - Дана Блэк

Тянет коснуться, погладить, я так рада, что мне стыдно становится. Такое красивое лицо, а я шврынула в него стеклом.

- Прощаешь? - слабо, измученно улыбаюсь.

- Нет.

Быстро моргаю.

Как это нет?

- Я же извинилась.

- Не так, Алиса, - он улыбается, настолько обаятельно, что у меня дыхание перехватывает. За волосы подтягивает меня ближе к себе, и я снова встаю на носочки. Наши лица на одном уровне, нос к носу, глаза в глаза. - Так не извиняются красивые женщины. Мне нужно другое.

- Что?

- Для начала отсосешь мне.

Он говорит это так просто, будто речь о чашке кофе идет.

Сглатываю.

Его брату двадцать пять оргазмов подавай, ему для начала…отсосать, это все дико бессовестно, в груди у меня встревоженно бухает сердце.

- Свои извинения ты получил, - говорю сдержанно, от его потемневшего взгляда прячусь за полуопущенными ресницами. - Других не будет.

- Ты только за деньги со мной переспишь? - он смотрит серьезно, от его невозможного, густого голоса внутри все переворачивается.

Вспыхиваю и вырываюсь, опять мне напоминают, что я проститутка, я слышать уже этого не могу.

Хлопает дверь, стучат каблуки.

Боковым зрением вижу рыжие кудри, слипшиеся от пены - Вика, справила свои нужды.

Перехватываю мужскую руку и с трудом выдираю волосы из его пальцев.

- Мы с Викой уезжаем домой, - говорю с угрозой, готовая дать отпор.

- Вряд ли, - он поворачивается на замедлившую шаг Вику. Снова смотрит на меня. Его взгляд жесткий, как у охотника, что в дичь целится. Он цедит. - Я не отпущу тебя никуда, Алиса, пока ты не извинишься. Что тут неясно? Вы с Викой сейчас пойдете на кухню. Мыть посуду.

- В смысле? - подруга быстро стучит каблуками к нам.

- Без смысла. Тарелки, губка, крошка “Сорти” или что там у них, - он сует руки в карманы, внушительный и расслабленный - До утра поработаете. А там посмотрим. Может, созреешь, - кивает он мне. - И захочешь загладить свое поведение.

- Арон, - порывисто шагаю ему навстречу, когда он отступает. Мысленно повторяю его имя еще раз - такое звучное, приятное. - Что мне сделать? Кроме…еще варианты есть?

- Идти мыть посуду, Алиса, - повторяет он. Проходит сквозь арку, рукой обводит зал. - Этот клуб открылся недавно, девочки. И хозяин здесь - друг моего младшего брата.

- Но…- семеню за ним.

- Никто тебя отсюда не выпустит, - отрезает Арон. - Поэтому бери подругу. И шагай на кухню. Как надумаешь извиниться, - с интимным нажимом выделяет он это слово, - позовешь меня.

Арон

- Вот за этими девочками следи, - говорю охраннику и показываю на Алису с подружкой. - Они на кухне поработают. Из клуба не выпускать.

Тот мрачно кивает. Возвращается к дверям и встает, широко расставив ноги.

Провожаю взглядом Алису.

Идет и недоверчиво оборачивается, никак поверить не может, что я посуду ее мыть заставил.

На ней рубашка Ника. Влажная, очерчивает грудь.

Сквозь зубы втягиваю воздух.

Я свое получу, я знаю.

Она еще легко отделается. За длинный язык, бутылку и выбитое стекло.

По лестнице взбегаю на второй этаж. Шагаю к столику и смотрю на часы.

Почти утро. А у меня режим, я давно должен быть в кровати. Это Ник богема, до рассвета то работа, то презентации, чаще второе.

Шикарно живет брат.

- Где лапушка? - встречает он меня вопросом, когда я плюхаюсь на диван рядом с ним.

- Сквородки на кухне драит, - беру свой стакан, отпиваю виски.

Морщусь, я сегодня достаточно намешал, завтра голова по швам будет трещать. А еще и эта помолвка вечером, знакомство с новыми членами семьи.

Мне в лом.

- Ты не жестко с ней? - Ник ловит на шпажку оливку, забрасывает в рот.

- Виктор, я с ней жестко? - спрашиваю другого брата, когда он толкает меня, двигая, и падает на диван.

Он не отвечает, достает телефон из кармана. Экран светится. Виктор морщится.

- Тина.

- К ней поедешь? - пью виски, с балкона смотрю вниз, на танцпол.

- Уже нет, - он отключает звук и растирает ладонями лицо. - Рассчитывал раньше осовбодиться. Поздно. Завтра на работу.

- Антох, уронишь, - зовет жениха Ник и смеется, когда тот пытается выпить из рюмки, поставив ее на локоть. - Так, братья, - Ник хлопает себя по брюкам и встает. - Пойду гляну. Как она там. Я же ей телефон обещал, помочь. Заманил зайку.

- Я тебя умоляю, Николас, - хмыкаю в стакан. - Совесть проснулась?

- Девочка мне понравилась, - признается Ник. - Я влюбился.

Переглядываемся с Виктором. Тот гасит ухмылку.

Ник это всерьез сейчас, мы оба знаем, он влюбчивый, но не в проститутку же?

- Сядь, - командую.

- Нет, - он пробирается между столом и диваном.

- Эй, - изгибаю бровь.

- Арон, вот только лечить меня не надо, ладно? - Ник оборачивается. - Она твоя, я понял. Я просто проверю. Может, ты ее зашугал там, плачет.

- Серьезно, плачет? - Виктор кивает. - Ты мой Бентли видел? Она же чокнутая.

Ник улыбается.

Улыбаюсь в ответ.

На тачку Виктора я у входа наткнулся - печальное зрелище.

- Ща я приду, - Ник сует руки в карманы, развинченной походочкой шпарит по залу.

Откидываюсь на диване.

Смотрю на часы.

Когда брат вернется, уверен - скажет, что Алиса готова извиниться.

Потому, что не будет она с жирными сковородками у раковины возиться, нет.

Она выберет приятную альтернативу. Попросит, чтобы я ее трахнул.

Глава 9

Железной губкой тру жирный лист.

Сдуваю волосы со лба.

И слушаю причитания Вики у соседней раковины.

- Супер просто. Капец маникюру. Почему нам даже перчаток не дали?

- Спроси, - глазами показываю на безразмерную повариху в белом фартуке и колпаке.

Поваров здесь несколько, и все крупные, больше похоже на санитарок из психиатрии, силы в них немеренно, чтобы буйных удерживать.

Но мы-то с Викой.

Они нас пальцем тронут, и мы упадем. Особенно Вика с каблуков навернется.

- Тебе что, - голос подруги прорывается сквозь шум воды. - Извиниться сложно? Что ты ему сделала?

- Нагрубила. И стеклом кинула, - капаю крошку “Сорти” на лист. И продолжаю оттирать