Мое проклятое чудовище - Ольга Владимировна Иванова

— Нет, — я осторожно обошла его стороной. — А противоядие от него есть?

И тут же чуть впереди вспыхнуло знакомым светом невзрачное растеньице.

— Это оно? — догадалась я.

— Оно, — Гризелла уже посмотрела на меня с интересом. — Магия земли хорошо тебе откликается, гляжу. Животных тоже всех понимаешь?

— Пока слышала только котов, — призналась я.

Ведьма кивнула каким-то своим мыслям и пошла дальше.

— Неужели ты так до сих пор ничего не поняла? — спросила она внезапно, останавливаясь и поворачиваясь ко мне. Её взгляд вновь был изучающим.

Я отрицательно помотала головой.

— Ты, как оказалась, владеешь сразу четырьмя стихиями, — медленно, как маленькой, подсказала Гризелла. — Сразу четырьмя. Знаешь, что это может означать?

— Нет, — ответила я уже твёрже. Мне уже стали надоедать эти недомолвки. Да и устала идти по лесу, ещё и так быстро. Когда мы уже придем, наконец?

— Ты действительно странная, — хмыкнула Гризелла будто с недоверием. — Ладно, разберёмся…

Деревья расступились внезапно, точно по чьему-то приказу, явив нам опушку, а на ней — избушку. Не на курьих ножках, конечно, но стоящую на высоких деревянных сваях. К входной двери вела узкая крутая лестница. Я таких всегда побаивалась, потому что поведала на своем веку и сломанные лодыжки, и отбитые копчики, и вывихнутые плечи после подъёма по таким ступенькам. Довелось как-то подрабатывать в аптеке при травмпункте.

Заметив мой беспокойный взгляд, Гризелла пояснила:

— Вынужденная необходимость, а то огги заведутся в доме, не вытравишь.

Огги? Мне не послышалось?

— А вот и один! Вспомнили про них! — вскрикнула вдруг ведьма и схватила палку. — Вот гаденыш, куда лезешь?

И она, размахивая палкой как истинный ниндзя клана Драконов, помчалась к дому, вокруг неё зловещим вихрем закружили сухие листья и травинки.

— Куда полез? — Гризелла ткнула палкой в некое мелкое существо, размером чуть больше жабы.

Приглядевшись, я рассмотрела в нем человечка, с ручками-ножками, в штанишках и даже колпачке, только с серовато-зеленой морщинистой кожей.

— А это разве не гном? — вырвалось у меня.

— Какой гном? — Гризелла вроде как даже возмутилась. — Это разновидность вредоносных пикси! Паразиты! Ещё и с тараканами дружат! Если придут вместе, все — хватай пожитки и переселяйся! Эх, чую, придётся снова всю ночь защиту от них плести вокруг дома… Кыш! — и она пнула огги палкой. Тот же в ответ что-то запищал, зло размахивая малюсенькими кулачками. — Пшел, я сказала! Ох, не было мне печали… — ведьма помрачнела и, продолжая охать и вздыхать, стала взбираться по лестнице.

Я, чуть помедлив, тоже начала свое восхождение на этот Эверест.

Внутри дома все выглядело тоже очень аутентично: много дерева, печка, глиняная посуда, какие-то бочонки-горшочки, под потолком — целый рядок из пучков сушеных трав, на окне — цветастые занавески и вазон с каким-то чахлым деревцем. К нему и направилась сразу ведьма, став обеспокоенной ещё больше.

— Да что ж такое, — бормотала она, рассматривая деревце, — ох не к добру это, не к добру…

Её пальцы осторожно перебирали веточки, и те оживали на глазах, выпрямлялись, листья наливались соком и становились ярче.

— Вы умеете лечить растения? — тихо спросила я, подходя.

— Это магия земли, детка, — ответила Гризелла, наконец улыбнувшись. — Скоро и ты так будешь уметь.

— Даже не верится… — я тоже коснулась листочка, и тот сразу потянулся ко мне.

— Вот видишь, — сказала ведьма и хлопнула в ладоши. — Ладно! Теперь по чайку — и к делу! Садись за стол, в ногах правды нет…

Это точно. Я опустилась на деревянный стул и сложила руки перед собой.

— Значит, ты ничего не знаешь о ведьмах? — уточнила Гризелла, кидая в чайник из красной глины сушеные цветочки и листочки. — Это странно, очень странно… Учитывая, что в твоей семье была своя ведьма…

Я на это лишь пожала плечами. Ну а что я могу сказать?

— И о том, что ведьмы уже триста лет как вырождаются, и скоро не останется ни одной? — Гризелла бросила в котелок нагревательный камень, и вода мгновенно забурлила. — И это чревато нарушением баланса и истончению защиты Предела…

Ведьма взглянула на меня и вздохнула, удрученно покачала головой:

— Видно, Иоганна слишком допекла всех своих родственников, раз они решили забыть о её ведьминской сущности.

Она залила кипятком травы, накрыла чайник полотенцем и поставила его на стол передо мной. Вскоре рядом оказались две таких же глиняных чашки и банка с мёдом.

— Значит, так, — Гризелла уселась напротив. — Если коротко. Когда-то в мире существовало поровну магов и ведьм. Ведьмы были наделены стихийной магией и отвечали за баланс природы. Маги же умели создавать артефакты, аккумулировать магию в предметах, сфера их силы — нематериальная. Это ментальная магия, боевая магия, бытовая магия, магия эфира и также некромантия. Но однажды умерла Великая Мать, это самая сильная ведьма, которая поддерживает своей энергией всех остальных. С тех пор ведьм стало рождаться все меньше и меньше, и сейчас нас совсем мало, счёт идёт на десятки во всем мире. Магов это пока не волнует, они хуже чувствуют перемены, которые происходят в мире. И к ведьмам у них всегда было пренебрежительное отношение, как к чародеям второго сорта. Именно поэтому ведьмы и не спешат сближаться с магами.

— А что за перемены? — поинтересовалась я.

— Дурные перемены. Которые могут привести к концу этот мир.

Гризелла, спохватившись, стала разливать чай по чашкам.

— Если грань Предела истончится, в этот мир хлынут все твари Запределья, и одни маги с ними не справятся, а нас, ведьм, слишком мало, — со вздохом сказала она. — Маги забыли, что только в сплочении с ведьмами они смогут избавится от всех бед…

— И что же делать? — меня действительно взволновала эта история.

— Есть предсказание, что должна появиться новая Великая. Ведьма, которая обладает магией одновременно всех четырёх стихий, — произнесла Гризелла и внимательно посмотрела на меня. — И, кажется,