Мой малыш миллионера - Анастасия Сова

– Погоди! Какую подработку? – это заявленьице с порога повергает меня в шок. Она на часы смотрела вообще?

– Обычную. Прибыльную, – улыбается подруга. Катя уже все за меня решила.

– Ты можешь по-человечески объяснить, какая подработка может быть в такое время? – не отстаю, потому что это важно.

– Короче! – девушка начинает рассказывать, пока моет руки. – У меня есть знакомая. Так вот, она официанткой работает в одном пафосном клубе.

Меня потряхивать начинает. Катя же даже не намекает, прямо говорит о том, чем надо будет заниматься.

– И вот у нее там какие-то обстоятельства непредвиденные нарисовались, и она меня попросила выйти за нее на одну смену. С начальством договорилась, форму вот принесла, – Катюха кивком указывает на кофр, что сбросила возле двери. – Но я решила, что тебе деньги нужнее, а я с ребенком лучше посижу.

– Ты с ума сошла? – возмущаюсь изо всех сил.

Конечно, деньги мне нужны, но как-то более легально, что ли. Я официанткой не работала никогда. А тут, по словам Кати, так просто все. Попросили – пошла поработала.

К тому же, завтра мне снова в офис. Молоко еще надо приготовить. Да и вообще. Нет. Мне такая подработка не подходит.

Уже сейчас все внутренности ходят ходуном, хотя я даже не согласилась еще.

– Ты чего такая трусиха? – удивляется Катя. – Там делов-то! Че ты напитки что ли не разнесешь? Или название блюд в блокноте не запишешь? Скажи еще, что деньги тебе больше не требуются, – она победно хмыкает, потому что знает: мое сопротивление бесполезно.

– Могла бы спросить сначала, хочу ли я!

– А тебе хотеть и не надо, – подруга забирает из моих рук ребенка. Тот начинает кряхтеть, а потом все же успокаивается. – Главное, что там нормально платят, и чаевые хорошие. Хочешь не хочешь – идти придется.  Это отличный шанс! Так что собирайся, там смена через два часа, а тебе еще доехать надо.

Понимаю, что подруга права. Только вот во мне сейчас говорят страх и неуверенность в своих силах. Мне всегда трудно начинать что-то новое, нужно время, чтобы втянуться, а тут надо будет влиться в незнакомую работу мгновенно.

Рациональное мышление все же берет верх над эмоциями. Да и как Кате отказать? Она и тетя Наташа столько сделали для меня! Будет просто свинство, если я сейчас плюну в лицо их стараниям сделать как лучше.

Катя ведь сама могла заработать, но предоставила эту возможность мне.

– Форма хоть приличная? – спрашиваю в итоге, взвесив все.

– Лосины, фартук длинный, майка блестящая. В принципе – ничего особенного. И на ноги балетки. А то ходить много.

Распаковываю кофр, чтобы проверить слова подруги. Увиденное меня более чем устраивает. Вырез у маечки великоват, но на этом пошлость наряда заканчивается. К моему счастью.

– Катя, блин! – напоследок все-таки журю я. Подруга разводит руками, мол, ничего не могу с собой поделать.

Нехорошее предчувствие бушует внутри всю дорогу. И особенно сильно начинает бурлить, когда я оказываюсь на месте.

Весь путь уверяла себя, что в будни вряд ли в подобных места будет много народу, но я ошиблась. Жестоко ошиблась. Так жестоко, как только возможно.

Яркое мерцание ламп, духота и табачный дым. Отличное сочетание. Это в купе с количеством людей, создающих суматоху.

Я переодеваюсь в какой-то каморке вместе с другими девочками, что тоже пришли на смену.

– Ты за Юльку? – спрашивают они меня.

– Ага, – огорченно бурчу. Что я тут делаю вообще?

– Да не переживай! Посетители бухло в основном заказывают. Столиков немного. И сегодня даже загруженность неполная.

Ага. Я заметила. Если эта неполная, то в полную я, скорее всего, отказалась бы от бредовой затеи еще на входе.

– Главное, улыбайся побольше, – добавляет другая. – Они это любят. За флирт на чай хорошо оставляют.

В горле собирается здоровенный комок. Флирт? Они сейчас серьезно?

Стараюсь взять себя в руки. Сбежать я не могу – слишком ответственная. Не подставлять же Катю, что обещала помощь своей знакомой.

– Ну, флиртовать не обязательно, – включается в беседу третья. – Вы человека то не пугайте. Просто, Ань, чем шире улыбка, тем толще будет потом карман твоего фартука. А там сама решай – надо тебе это или нет.

ГЛАВА 9

Мирон

Жена уходит из офиса недовольной. Но она сама виновата. Иногда у Оли случаются закидоны. Но я быстро давлю их. Не терплю такого поведения.

Мне хотелось осадить ее еще в самом начале, когда она заявила про мой роман с секретаршей, да вовремя вспомнил про беременность.

Потом она вообще разошлась и попросила меня уволить Аню. Только вот я не выношу, когда лезут в мои рабочие дела. Особенно ничего не смыслящие в этом женщины.

Даже Лена, будучи отличной секретаршей, нет-нет, да вызывает у меня приступы ярости.

Нервно постукиваю пальцами по столу. День невозможно испорчен. Все же, зря я пригласил Аню, пошел на какой-то дурацкий принцип. Надо было просто прогнать. И охране распорядиться, чтобы девчонку в здание больше не пускали.

Пусть ищет себе другой источник дохода.

С самого начала все пошло не так.

Вспомнив о беременности жены, решаю позвонить другу, узнать, как там с изъятием его ребенка.

Оказалось, что девица без проблем рассталась с сыном за кругленькую сумму. Даже опеку подключать не пришлось. И теперь счастливый отец был занят подготовкой дома к новому жильцу.

Даже зависть взяла.

Если бы Аня забеременела тогда, сколько бы было нашему ребенку? Мысленно прикидываю в голове. Месяца три, наверное. Около того.

Я быстро сбрасываю с себя идиотские мысли. Хорошо, что все обошлось. Теперь у меня будет малыш от Оли, рожденный в законном браке, а не ребенок, нагулянный на стороне от девицы легкого поведения.

– Оля беременна, – сообщаю воодушевленному Славе в надежде, что его позитивный настрой передастся и мне.

– О, Мирон, поздравляю! Это надо отметить! – восклицает друг невероятно довольно.

– Наверное, – пожимаю плечами, откидываясь в кресле.

Возможно, это выход. Мне просто нужно расслабиться. Отвлечься.

Да я со свадьбы не могу эту девку из головы выкинуть! Один только взгляд на нее распечатал все замки, за которыми я держал чувства. И я, мать вашу, не могу их теперь задвинуть обратно!

– А, что так неуверенно? – настроением Славы хочется заразиться. Никогда