Девочка из прошлого - Адалинда Морриган

— Как ты узнал, что я поеду с тобой? — Я улыбнулась сама себе — Я ведь могла не согласиться.

Макс наклонил голову.

— Я знал что ты поедешь.

Я ждала дальнейшего объяснения.

Не получила.

Я нахмурилась и махнула рукой, побуждая его продолжить.

Он приподнял брови.

— Вот и все. Добавить нечего.

Я фыркнула:

— Почему я всегда с тобой соглашусь? Это не по моим правилам.

Он долго молчал, и на мгновение, я даже подумала, что он не будет разговаривать, но затем Макс открыл рот и заговорил:

— Потому что я хочу, а что хочу я обычно получаю.

— Что ждёт нас в будущем? — мой вопрос видимо удивил его.

Он сорвал пожелтевшую травинку и сморщил лоб.

— Я не могу ответить на этот вопрос. Я живу настоящим — пробормотал он, и я пришла в замешательство, потому что это не тот ответ, что я хотела услышать.

Я развернула сэндвич и подала половинку ему. Он молча взял его, и мы тихо ели.

— Прости, я не могу не спросить — я попыталась улыбнуться, понимая, что вопрос будет звучать не очень. — Чем именно вы занимаетесь с моим отцом?

Его взгляд замер на мне, а затем в глазах появились искорки смеха.

— В мире есть такие плохие люди, где закон бессилен, и чтобы их наказать, вступаем в игру мы. Твой отец говорит их имена, мы истребляем.

— Кто бы мог подумать? — Жизнь любит так подбираться к тебе. Ты сидишь, потерявшись в моменте, а потом внезапно по позвоночнику бежит холодок, и ты задаешься вопросом, а жил ли ты на самом деле хоть день в своей жизни?

Долгое время он просто моргал, смотря на меня, а затем повернул голову и уставился в горизонт. На его лице застыло хмурое выражение. Затем он пробормотал:

— Виктор дал мне время, я не занимаюсь этим делом, пока. Доверие нужно заслужить.

Это прозвучало так, будто он убеждал себя, и мое сердце кольнуло.

— Расскажи о своей семье — я решила сменить для него эту тему.

Он сделала глубокий вдох и начал говорить на выдохе:

— Мама умерла когда я был маленьким, отца никогда не видел, ни братьев ни систер у меня нет — он немного задумался — но у меня опекун, с ним я добился много чего, но к сожалению и его болезнь забрала.

Сердце обливалось кровь за эту семью. Я не знала что он совсем один, кто был рядом покинули его.

Наш разговор был легким. Даже слишком. Я начала познавать, что Максим был открытой книгой. Мне только нужно было распознать язык, на котором написаны его страницы.

Наш импровизированный пикник подошел к концу. Максим сказал, что сегодня единственная ночь, пока нет снега, поэтому мы решили заначевать в палатке, он очень хорошо подготовился к свиданию, такой поступок мне понравился.

Я собрала все продукты обратно в контейнер, а он в свою очередь расправил палатку.

Я заползаю внутрь, встаю на колени на самый край мотраса и тянусь к его руке:

— А если я замёрзну?

Он позволяет мне потянуть его к себе, ладонями проводит по моим бедрам, а я своими по его бицепсам. Его брови сведены вместе, и я хочу разгладить их своими губами. Он выдыхает и утыкается лбом мне в плечо, обвивая руками мою талию. Я привлекаю его как можно ближе к себе, но мои руки не могут обнять его полностью.

— Я рядом.

Наши взгляды до такой степени тонут друг в друге, что мне кажется, его глаза способны поглотить меня полностью.

Максим придвинулся ко мне и провёл языком по сомкнутой линии моих губ. Я слегка раскрыла их, так, чтобы он мог проникнуть внутрь. Звук одобрительного урчания прошёл через его горло, и он прижался ко мне своим пахом. Я не смогла сдержать потрясённого вздоха, вырвавшегося из моего рта.

— Я не собираюсь заниматься с тобой сексом! Давай спать — улыбнулся он.

— Ну, я подумала… и ты целовал меня, ты… у нас свидание, отчего я решила… — я заикалась, мои щёки пылали.

Он подарил мне полу-усмешку, как будто знал какую-то шутку, которую не знала я.

— Это твои слова, никакого секса. Я держу свое слово.

— Я не понимаю тебя, — ехидно парировала я.

— Прекрасно. Я и не хочу, чтобы ты понимала меня.

— Я и не понимаю.

Он откинулся назад, а я скрестила руки на груди, надувшись, как ребёнок. Мои эмоции били через край.

У меня не было слов. Как получилось, что от такой ярости и желания убить кого-то я дошла до похоти такой силы, что подумала, взорвусь? Сейчас я совершенно запуталась.

— Спокойной ночи, дорогая — он крепко меня обнял, его тепло согревало меня.