Истинная королева - Елена Гринн

— И Искандер, между прочим, правильно сделал, что не рассказал. Иначе бы ты с ума сошла от волнения! — проговорил Ильяс.

— А сейчас я не схожу с ума по-вашему? — крикнула королева.

В ушах зашумел морской прибой, а перед глазами запрыгали черные мушки. Эмма сжала кулаки, впиваясь ногтями в кожу до боли. Но это не помогло. Мир качнулся и все вокруг погрузилось во тьму.

Глава 83

— Эмма, слышишь меня?

Эмма моргнула, пытаясь отогнать стоящий перед глазами туман. Сквозь эту пелену проявилось обеспокоенное лицо Аглаи.

— Ты можешь говорить? — громко и четко проговорила девушка, касаясь прохладной ладонью лба королевы.

— Могу, — с трудом разлепила пересохшие губы Эмма. Она оперлась ладонями в поверхность, на которой лежала, желая сесть, но Аглая замотала головой.

— Нет, милая, лежи! Нельзя так резко подниматься!

— Выпей, — раздался рядом голос Ильяса, и её губ коснулась небольшая пиала. Эмма послушно глотнула и сморщилась: горло обожгло противно сладкой горечью, будто бы полынь смешали с медом. Девушка закашлялась, и тут же получила другой стакан с чистой водой.

Шум в голове постепенно стих, мир прекратил кружиться, и Эмма смогла сесть. Она все еще находилась в кабинете Ильяса — лежала на небольшом диванчике, а братья, Аглая и Мелани сидели вокруг нее. Коснувшись живота, Эмма мысленно пообещала сыну, что папа вернется, и постаралась взять себя в руки.

— Как давно они уехали?

— Утром. Мы снабдили их всем необходимым. Я отправил сокола в Хатар, чтобы они начали двигаться со своей стороны, — проговорил Лекс. — Не волнуйся, Искандера я утеплил.

Девушка кивнула, еле сдерживая слезы. Он даже не зашел за теплыми вещами! С одной стороны, он ей соврал, уехал, ничего не сказав. Но, с другой стороны, Эмма понимала, что он тем самым позаботился о ней, зная, что она начнет переживать. А Аглая и так постоянно ругается, что она слишком много нервничает.

— Сколько рабочих отправилось на прочистку дороги?

— Четырнадцать человек и Ивальд с Искандером.

— Какая там видимость? Есть возможность отправить сокола в Хатар?

— Отправлял два раза, последний раз пару часов назад, но он вернулся ни с чем. Метель не прекращается, поэтому по дороге они могли просто не разглядеть птицу.

— Нужно послать разведчиков, — проговорил Ильяс.

— Чтобы потерялось еще больше людей?! — возразила Эмма. — Что с дорогой к Иридии?

— Два десятка человек дежурят у ворот в полной готовности, на стене дозорные. Мы также зажгли свечи в северной башне, чтобы она служила маяком. Небо заволокло тучами, луны не видно, — отчитался Лекс, внимательно глядя на сестру.

— Пусть начинают движение в сторону Хатара, но далеко от города не отходят. Зажгите у ворот сигнальные костры. Ильяс отправь своих помощников к воротам, прибывшим понадобится помощь. Я переоденусь и приеду.

— Ну уж нет! — воскликнул Лекс.

— Еще чего! — в унисон ему отозвался Ильяс.

Девочки же промолчали, даже Аглая не возразила.

— Я разрешения не спрашивала! — твердо ответила Эмма, поднимаясь на ноги. Она резко развернулась и поторопилась в свою комнату. На душе все холодело от страха, а ноги не слушались. Хотелось сесть прямо на пол и разреветься. Но ей нельзя показывать свою слабость, и нельзя сдаваться. Искандер вернется!

— Он нас не бросит, малыш, — прошептала Эмма, обнимая руками живот.

Вернувшись в комнату, она плотно закрыла двери и присела на диванчик. Глубоко вдохнула, пытаясь унять бешено колотящееся сердце. Сжала кулаки, чувствуя, как начинает щекотать в носу от нахлынувших слез. Не время раскисать!

Поднялась и направилась к шкафу, чтобы взять теплую одежду. За спиной тихо скрипнула дверь. Эмма обернулась, останавливая взгляд на непрошенном госте.

Ева сжалась под строгим взглядом королевы, будто ждала наказания, и виновато отвела взгляд.

— Разрешите Вам помочь, Ваше Величество? — тихо попросила девушка.

— Помоги, — кивнула Эмма.

Ева подошла к шкафу, не поднимая головы. Выудила теплые штаны и вязанную из шерсти кофту, и принялась помогать королеве одеваться. В комнате висела гнетущая тишина, разгоняемая лишь шорохом одежды.

— Простите меня, Ваше Величество, — всхлипнула Ева, не выдерживая первой. — Я Вас предала! Я должна была рассказать Вам, что господин Искандер уехал, но мне велели молчать… ради Вашего блага. Простите меня… пожалуйста, только не выгоняйте.

Эмма развернулась к Еве лицом и крепко обняла ее. Девчушка разревелась, уткнувшись носом в плечо королевы.

— Ну что ты такое говоришь, как же я тебя выгоню! Да и это не твоя вина. Не ты должна была мне это рассказать, а Искандер, — вздохнула Эмма, гладя свою помощницу по худеньким плечикам.

Ева оторвалась от нее.

— Пожалуйста, не злитесь на него. Господин Искандер очень беспокоится о Вас и будущем малыше. Он не хотел Вас пугать! Он Вас любит… очень сильно!

Эмма кивнула, вздохнула и тоже не сдержала слез. Крупные капли покатились по её щекам.

— Если с ним что-то случится… я не знаю, как я буду без него. Не знаю, как я смогу жить дальше… — прошептала Эмма дрожащим голосом, чувствуя, как от этих слов больно сжимается сердце. — Как мы сможем без него?!

В голове тут же вспомнились слова Мэта. Да, вокруг нее всегда будут близкие люди, готовые поддержать в любой ситуации. Но никто из них не сможет заменить Искандера. Даже удивительно — ведь раньше она прекрасно жила без него, но сейчас без него даже дышать трудно. Словно он забрал часть ее души себе и сам стал частью ее.

— Не говорите так, Ваше Величество! Господин Искандер ни за что вас не оставит! — зашептала Ева. — Он вернется!

Эмма кивнула и достала из шкафа длинное теплое пальто с меховым воротником, подарок мужа. Укутавшись в него, девушка уже готова была отправиться к воротам, но тут двери без разрешения распахнулись.

Двое «соколов» втащили в покои Искандера, держа его под руки. За ними торопились и братья королевы.

— Снимайте с него всю одежду! — распорядился Лекс.

— Ева, принеси горячий чай! — крикнул Ильяс.

Ева испуганно ойкнула и со всех ног побежала прочь из комнаты. Парни, придерживая мужчину с двух сторон, принялись снимать с него куртку. Лекс тоже стал помогать, стягивая сапоги и брюки с намерзшим на них снегом. Ильяс у кровати копошился в своем чемоданчике. Эмма же стояла в стороне, с ужасом глядя на мужа. Его лицо было бледным, каким-то неестественно синим, а нос и щеки покраснели и потрескались от мороза. Но самое главное он был практически без сознания, в каком-то полузабытье, лишь иногда приоткрывал глаза и мутным взглядом смотрел куда-то сквозь людей