Входя в дом, оглянись - Виктор Мережко

— А почему нет?

Артур резко сошел с веранды.

— Все, базар окончен. Собираю шмотье, и пишите письма родным и близким.

— Сядь.

— Пошла ты.

Он направился прочь, Антонина окликнула его резко, повелительно:

— Эй! Слышь? Давай сюда.

Артур приостановился, какое-то время колебался, но все-таки подошел к ней.

— «Эй» знаешь кого зовут?

— Знаю. Извини. Сядь.

Артур сел.

— Ну?

— Задала такие вопросы знаешь почему?

— Потому что дура.

— Наверное. Но главное, чтоб ты жил тут без резких движений.

— Каких, например?

— Не бегал по девкам, не заводил романы, не крутил всяким акошевкам головы.

— Боишься, что вырулю из-под тебя?

— Во-первых, ты еще не подо мной. Во-вторых, захочу — никогда не вырулишь, — спокойно ответила Антонина. — А в-третьих, у меня есть муж. И то, что я поиграла с тобой, вовсе ничего не значит. Нужно знать баб, дорогой. Сегодня она вернее верного, а завтра большей стервы не найдешь. — Антонина допила из чашки остатки кофе. — Все, как ты выражаешься, базар окончен. Трудись.

Артур направился своей дорогой, Антонина сошла с веранды и направилась было в кафе, но увидела спешащего навстречу мужа.

Михаил был радостно возбужден, взволнован.

— Только что разговаривал с сестрой. Завтра после обеда привезет Наташку.

— И что я по этому поводу должна делать? — недовольно спросила Антонина.

— Накрыть стол, дорогая. Хороший, богатый, гостеприимный. И сама приоденься. А то живем — никаких праздников.

— Считаешь, это праздник?

— А то как? Считай, сватовство. Вдруг приглянутся друг другу. — Он приобнял Антонину. — А ты что? Недовольная чем-то?

— Наоборот, рада. Может, и правда приглянутся.

Сестра со своей дочкой приехали ближе к вечеру. Подкатили к воротам, посигналили. За рулем новенького «Пежо» сидела дочка — яркая молодая блондинка.

Михаил бегом бросился открывать, затем помог сестре выйти из машины, расцеловался с обеими.

— С приездом, дорогие. Живем вроде в одном городе, а видимся в год по чайной ложке.

— Приглашай чаще, чаще будем наведываться, — ответила сестра, высокая худощавая женщина в круглых очечках. — Наташку сколько не видел?

— Год, наверное.

— Почти два. И то заскочил всего на пятнадцать минут.

— Извини, Надя. Буду исправляться.

Наташа была высокого роста, почти модельной внешности, на каблучищах. Подошла к Антонине, неподвижно стоявшей у накрытого во дворе стола, довольно манерно протянула руку.

— Здрасте, теть Тоня.

— Здравствуй, Наташа.

— У вас все хорошо?

— Лучше не бывает.

— А у вас почти ничего не изменилось. Даже вы не постарели.

— Ты тоже. Волосы разве что чуть поредели. Или мне так показалось.

— Да нет, вроде такие же, как и раньше, — смутилась Наташа. — Наверное, вам показалось.

— Конечно. Плохо вижу.

Подошел Михаил с сестрой, широким жестом показал на племянницу:

— А я что говорил? Красавица! Загляденье!

— Сказала, что у меня волосы стали редкие, — пожаловалась Наташа.

— Кто сказал такую глупость?

— Тетя Антонина.

— Это она пошутила. С ней такое бывает. — Савостин огляделся. — Ну, что? Сразу к столу?

— Мы ждем еще одного человека, — заметила Антонина.

— Это кого ж? — повернулась к ней с деланым удивлением Надежда.

— Жениха.

— Какого жениха?

— Для вашей красавицы.

Возникла неловкая пауза, Наташа возмущенно воскликнула.

— Мам, это что еще за мансы?! Какого жениха? Ты что, привезла меня на случку?

— Наташа, ты что?

— То самое.

— Девочки, спокойно, — вмешался Михаил. — Это наш работник. Родственник, можно сказать. Посидит за столом, поест, пригубит винца, оглядится, посмотрит. А там, чем черт не шутит, вдруг сразу прилипнете друг к дружке. Влюбитесь.

— У меня уже есть к кому прилипнуть, — бросила Наташа.

— Он, что ли, машину презентовал?

— Сама купила. А остальное вас не касается.

— Наташа, ну, чего ты такая? — развела руками мать. — Приехали к дяде, погостим, поразговариваем, увидишь их родственника, а не понравится, сразу уедем. Сколько лет-то родственнику?

— А вот сами увидите, — ответил Савостин и показал на спускающегося с веранды Артура. — Во какой! Шварценеггер!

Артур приоделся так, что хоть сразу на картинку — в облегающих джинсиках, в яркой футболочке, с аккуратной прической.

Подошел, поклонился:

— Здравствуйте, с приездом.

Наташа просто кивнула, а мать приблизилась, протянула руку.

— Надежда Ивановна. Сестра Михаила. — С приятной улыбкой заметила: — А вы и правда ничего. Молодой, симпатичный.

— Стараюсь, Надежда Ивановна.

— Все, закончили! — громко сообщил Савостин. — За стол. Всех прошу за стол!

Стали рассаживаться. Антонина, проходя мимо Артура, вскользь заметила:

— Вырядился. И впрямь как на свадьбу.

Михаил помог жене расположиться рядом, зачем-то постучал ножом по графину.

— Минуточку внимания и уважения! — Он дождался тишины и продолжил: — Так жизнь складывается, что подобные встречи у нас редкость. Бегаем, суетимся, заботимся, хватаемся за все подряд, а жизнь в это время проходит мимо. Но вот сегодня жизнь остановилась, и мы можем ни о чем не думать, окромя того, что сидящие за столом — родня. Все близкие, все дорогие, все долгожданные. Поэтому выпьем за то, что мы не имеем права забывать друг друга. За это, дорогие мои!

Все вяло чокнулись, вяло выпили.

Сидевший рядом с Наташей Артур наклонился к ней:

— Почему даже вино не пригубим?

— За рулем.

— Что за марка автомобиля?

— Не о чем больше спросить?

— Есть о чем. Например, ваше имя.

— Наталья.

— Артур. У вас, Наталья, сегодня плохое настроение?

— У меня всегда оно такое.

Михаил снова постучал по графину:

— Чтоб слаще кушалось и веселее пилось, нужно слегка растрясти животы! Поэтому мужчины приглашают дам, а дамы не отказывают, пляшут радостно и с удовольствием.