Граф ищет жену - Амелия Грей

– Бабуля, я сделала огромную ошибку, – прошептала девушка.

– О господи, неужели все так плохо? А впрочем… Я сразу это поняла, когда вы с лордом Торнуиком не стали танцевать. Так что же случилось?

«Меня перехитрили», – хотела ответить Анджелина, но вместо этого сказала:

– Я подвела папу.

Танец, который она должна была танцевать с графом, в этот момент закончился, и весело переговаривавшиеся пары стали расходиться по своим местам. Некоторые танцоры приветствовали их с бабушкой, другие же просто улыбались и кивали, проходя мимо.

Когда толпа немного уменьшилась, леди Рейлбридж предложила:

– Давай отойдем в более тихое место, где мы сможем спокойно поговорить.

Прежде чем они успели удалиться в укромный уголок, подруга Анджелины представила им застенчивого, но славного джентльмена, и девушке пришлось пообещать ему танец.

Наконец они отошли к дальней стене и стали около большой вазы, наполненной яркими цветами и зеленью.

– А теперь расскажи, что произошло, – потребовала баронесса.

Глядя в ее светло-карие глаза, Анджелина прошептала:

– Граф не собирается жениться на мне.

– О боже! – воскликнула баронесса. – Откуда ты это знаешь?

– Он сам сказал.

– Не понимаю… У тебя ведь прекрасное происхождение. Ты умна и красива. В чем проблема?

Анджелине очень не хотелось говорить правду, но она все же сказала:

– Я совершила глупость, признавшись, что мое сердце принадлежит другому.

– О боже… – со вздохом произнесла Рейлбридж, и уголки ее губ скорбно опустились.

– И лорд ясно дал понять, что не заинтересован в женитьбе на молодой леди, которая любит другого.

– Должна признать, Анджелина, что ты совсем не вовремя заговорила об этом, – проворчала пожилая леди. – Такого не потерпит ни поклонник, ни возможный жених.

– Ах, бабушка, неужели ты думаешь, будто я не знаю, какую ужасную ошибку совершила? Так что не стоит об этом напоминать… – пробормотала Анджелина, крепко сжав в руке веер.

– Я должна быть честна с тобой, дорогая. Иначе вообще не смогу помочь. Мужчины, особенно титулованные джентльмены, обычно весьма высокого мнения о себе. И в принципе ни один из них не захочет быть вторым как в сердце жены, так и в постели.

Анджелина тяжело вздохнула.

– Ты, безусловно, права, бабушка. Мне следовало молча слушать его и мило улыбаться. Ох, почему я никогда не умею вовремя замолчать?

Леди Рейлбридж тихо рассмеялась.

– Потому что ты вся в мать. Не внешностью, конечно, а характером. Она была готова спорить со всеми, хоть с фонарным столбом, и всегда стремилась сделать так, чтобы последнее слово осталось за ней, с кем бы ни говорила!

– Мне бы не хотелось походить на нее сегодня.

– Не говори так, – сказала баронесса. – Поверь, не очень-то легко измениться… к тому же ей нравился твой мятежный дух.

– Просто граф так уверен в себе и дьявольски красив, что я не выдержала и высказалась, не думая о последствиях, – пробормотала Анджелина. – Но что же теперь делать? Я не могу допустить, чтобы папа отправился в тюрьму.

Леди Рейлбридж в задумчивости прошептала:

– Пока что не знаю…

– Но ведь это из-за меня папа влез в долги! Хотел, чтобы у меня было приданое побольше! Поэтому именно я должна помочь ему!

– Ты ни в чем не виновата, Анджелина. Ни в чем. Все это затеял твой отец. Ты бы нашла прекрасную партию и без впечатляющего приданого. Я не позволю тебе винить себя за все беды и неудачи твоего отца. Кроме того… Полагаю, всегда есть какой-то шанс. Что, если капитан Максуэлл захочет жениться на тебе? Вероятно, у него найдутся средства, чтобы помочь твоему отцу. Не исключено, что и принц поможет, даже без твоего венчания с лордом Торнуиком.

Капитан Максуэлл… Анджелина почти не думала о капитане с той минуты, как встретила графа. Находясь рядом с ним, она могла думать только о нем – просто не было сил на что-либо другое…

– Я не видела сегодня ни его, ни его тетушку, – ответила девушка. – А ты?…

– Нет, не видела. Прошло несколько недель с тех пор, как я в последний раз говорила с ней. Она ожидала скорого прибытия племянника и обещала, что сегодня они будут на балу.

– Может, он просто не успел вернуться из Индии… – в задумчивости пробормотала Анджелина.

– Вполне возможно. Путешествие морем – очень долгое, дорогая. И для задержек может быть много причин.

Анджелина взглянула на веер в своей руке. Раскрыв его, поглядела на роспись. Она и впрямь прекрасна. Пруд с водяными лилиями, цветами по берегам и яркими бабочками…

Девушка вдруг вспомнила о просьбе герцогини. Ах, следовало бы сказать ее светлости, что художник – она.

– Герцогиня хочет, чтобы художник, расписавший этот веер, отправил ей свои работы, – сказала Анджелина.

Пожилая леди с любопытством посмотрела на внучку.

– Какая герцогиня?

– Вдовствующая герцогиня Дрейкстоун проходила мимо и увидела мой раскрытый веер. Она знает лорда Торнуика, поэтому остановилась и пожелала узнать, кто расписал мой веер, чтобы купить несколько штук.

Леди Рейлбридж вскинула брови.

– Она говорила с тобой?

– Да.

– Хм… странно. Но я довольна, что ты привлекла ее внимание. Что она сказала, узнав, что это ты расписала веер?

– Я не успела сказать ей об этом.

Леди Рейлбридж неодобрительно покачала головой.

– Анджелина, это обязательно следовало сделать. И что значит «не успела»?

– Ее светлость постоянно перебивает собеседников, очень быстро говорит, к тому же сама отвечает на собственные вопросы. – Анджелина провела кончиками пальцев по вееру, и тут в голову ей пришла прекрасная мысль. – Знаешь, бабушка, лорд Торнуик сказал, что она, возможно, захочет приобрести веера для всех платьев, которые у нее есть.

– Вздор! Уверена, что у нее и так множество вееров для каждого платья и на каждый случай.

– Герцогиня Дрейкстоун вполне может купить еще несколько.

Леди Рейлбридж рассмеялась.

– Ну уж нет! Придется ей найти собственного художника, если захочет новые веера.

Но девушка упрямо продолжила:

– Если герцогиня купит у меня несколько вееров, все ее знакомые леди тоже захотят такие.

– Помолчи, Анджелина! – строго произнесла леди Рейлбридж, что случалось крайне редко.

– Бабушка, ты же знаешь, что у меня есть несколько уже расписанных вееров.

– И что же? – насторожилась пожилая леди.