Виноделы. Терпкий аромат любви - Ян Моран

Ава сжала ее руку.

– Ты должна мне сказать! – Голос Авы понизился до еле слышного шепота. Катерина прежде такого не слышала. – Это ведь не Санто?

– А что, если и он?! – Катерина не могла отвернуться: лицо Авы было исполнено такой боли, которой она раньше не видела.

– Тогда ты будешь уничтожена… Кто угодно… только не он!

«Почему?» Что-то в голосе Авы пугало Катерину. «Почему все так драматично? И почему мать испытывает такое отвращение к Санто?»

Катерина медленно покачала головой. Ава выдохнула с облегчением, явно предположив, что дочь дала отрицательный ответ.

– Слава Богу! А кто тогда? – требовательно спросила мать. – Парень из университета?

Катерина пожала плечами: и не солгала и правду не сказала. Она научилась этому, наблюдая за матерью.

– И он тебя бросил. Он хотя бы знает?

– Нет.

– Тогда поступи правильно! Избавься от ребенка!

Катерина наблюдала, как эмоции матери отражаются на ее облике.

– Нет. Этот ребенок, как ты ее называешь, – моя дочь! Я скорее руку себе отрежу. Уверена, тебе это понятно.

– Нахалка! – Ава потрясла пальцем у лица дочери и дрожащим голосом продолжила: – Она погубит твою жизнь! Не смей приносить сюда ребенка. Я не желаю ее видеть.

– Отлично! Тем более что я не позволю тебе обижать ее! – Катерина быстро проглотила охватившую ее боль. Затем вырвалась из материнской хватки, намереваясь уйти.

– И не возвращайся, пока не избавишься от нее!

Катерина остановилась и резко повернулась к матери.

– Я уеду утром. – Она стиснула зубы, покинула гостиную и поднялась наверх, чувствуя как слезы жгут глаза. Ей казалось, что сердце разрывается на части, впрочем, как она и ожидала.

«Где же Санто?»

В спальне у Катерины подкосились ноги, и она в темноте опустилась на пол, всхлипывая и сотрясаясь всем телом. Все это время она цеплялась за крошечную надежду но то, что, услышав новость, мать вскрикнет, заключит ее в объятия и простит. Разве не прощению учит их религия?

Девушка просидела в темной комнате так долго, что это время показалось ей вечностью. На ночном небе плыла оранжевая луна, и Катерина, глядя на нее, молилась, чтобы они с дочкой выжили. Без Авы и без Санто.

* * *

В одиночестве Ава сидела в своей комнате. Вечеринка закончилась, гости разъехались. Рафаэль и Нина пошли спать. А Катерина, возможно, больше никогда с ней не заговорит.

Ава все прокручивала в голове образовавшуюся дилемму. Она с трудом могла припомнить то время, когда ей еще не нужно было скрывать правду. Еще подростком она практически разрушила свою жизнь и сейчас скорее умрет, чем позволит Катерине совершить аналогичную ошибку. Ава знала, что вспышки гнева непродуктивны, но сдержаться не могла.

Она была страстной женщиной, а для успешного ведения бизнеса необходимо было держать эмоции под контролем – на это уходили все силы. Часто женщина чувствовала себя уставшей, истощенной. К сожалению, сейчас все свое раздражение она выплеснула на Катерину.

Но ведь ее дочь больше не ребенок. Она превратилась в прекрасную молодую женщину с изящной фигурой балерины и блестящими зелеными глазами, умными, полными любопытства, похожими на турмалины с золотистыми вкраплениями.

И у нее есть ребенок! Ава закрыла лицо руками. Как она могла подвести дочь? Она не защитила ее так, как следовало! Но почему Катерина поступила столь безответственно?!

Чему, ради всего святого, учат в этих университетах? Ава провела руками по лицу, вытирая слезы.

По крайней мере, отец ребенка не Санто! Этого Ава уже не вынесла бы.

«Катерина должна подняться выше ран, нанесенных нашей семье в Италии».

Но как? И что теперь делать?