Хочу замуж - Редли Честер

— Я уже делал это и раньше, без ваших подсказок, — сообщил Джек и строго взглянул на нее.

— Вот и отлично. Спасибо. Вы очень милый молодой человек, мистер Брэннер.

Джек озадаченно посмотрел ей вслед. Вот тебе и беспомощная пожилая леди…

Кэтрин стояла перед зеркалом и смотрела на свое отражение. Она провела в таком состоянии больше получаса и теперь ощущала только крайнее отчаяние. Ей никак не удавалось решить, какую же их двух пар туфель надеть, и она совершенно не понимала, как другим женщинам удается справляться с такими проблемами каждый день.

Наконец Кэтрин остановилась на золотистых босоножках. Раз она потратила столько времени и денег на педикюр, то не стоит прятать его в черных туфлях. К тому же на этих каблуках она чувствовала себя увереннее. Да и цвет больше подходил к ее новым блузке и жакету.

Кэтрин надела юбку и снова посмотрела в зеркало. Никогда в жизни ей еще не доводилось так внимательно рассматривать свои ноги, и вот сегодня впервые она заметила, что они у нее длинные и стройные, с красивыми ступнями. И короткая юбка, казалось, делала их еще длиннее, А золотистые ремешки подчеркивали изящность пальцев с красными ногтями.

Что же касается лица, то тут надо отдать должное Салли и ее вкусу. Она отнеслась к Кэтрин крайне внимательно и с косметикой не переусердствовала. Только подчеркнула румянами высокие скулы, наложила светлые тени, изумительно увеличившие серые глаза, да накрасила ресницы. И показала, как правильно красить губы. И все же результат был потрясающий.

Все изменилось будто по мановению волшебной палочки. Кэтрин тряхнула головой, и ее ныне пепельные волосы заструились по спине крупными волнами. Совсем как на рекламе.

В этот день ей так и не удалось вернуться на работу. Макияж, массаж, окраска волос, маникюр, педикюр… Когда все закончилось, Кэтрин обнаружила, что уже половина пятого. Счастье еще, что ей достаточно позвонить и предупредить, чтобы полдня списали за счет многочисленных сверхурочных. Как же другие женщины заботятся о своей внешности и успевают еще заниматься работой и другими делами?

О состоянии своего счета Кэтрин даже не думала. В конце концов, она никогда не была в салоне красоты. Да и купленные вещи прослужат не один вечер. Молодая женщина так разошлась, что даже купила новое белье, о чем мадам Зельда, к счастью, не упоминала. Бюстгальтер с поролоновыми чашечками увеличил грудь и изменил ее форму. Кэтрин не могла решить, хорошо это или нет. Но если что-то в ее облике не соответствует имиджу кокетливой девушки, испускающей те самые флюиды, которых ей так не хватает, то Джек, конечно, скажет об этом.

Все, приготовления окончены! Кэтрин выглянула в окно, увидела, как сгибаются деревья под порывами яростного ветра — и это в июне! схватила ветровку и вышла. Мадам Зельда стояла в холле на первом этаже и наблюдала, как она спускается по ступенькам.

— Ну, что скажете? — смущенно улыбаясь, спросила Кэтрин.

— Мадемуазель, вы сегодня просто очаровательны и сами знаете это, ответила пожилая дама. — Плохо только одно…

— Нет! — воскликнула Кэтрин, моментально поняв, о чем идет речь, и плотнее запахнула ветровку. — Там жуткий ветер, я замерзну.

Обе прекрасно понимали, что дело вовсе не в ветре и не в холоде. Прозрачная блузка без рукавов смущала Кэтрин больше, чем она готова была признаться. А легкий жакет никак не помогал делу, потому что на нем не было ни одной пуговицы.

— Мистер Брэннер позаботится, чтобы вам не было холодно. Мадемуазель, давайте вашу куртку. — И мадам Зельда требовательно протянула руку. Кэтрин неохотно подчинилась. — Кстати, дорогая, что вы знаете о нем?

— Что он владелец «Авто-Брэннер» и очень приятный человек.

Мадам Зельда тяжело вздохнула.

— Немного. Боюсь, вы довольно легкомысленны, мадемуазель. Но считайте, что вам повезло. Он действительно человек приличный во всех отношениях.

— Вы что, занимались расследованием? — недоверчиво спросила Кэтрин.

— Конечно. Это только вполне оправданная предосторожность в наши дни.

— Но послушайте, мадам Зельда, мы же не в Чикаго тридцатых! — запротестовала Кэтрин.

— Нет, мы в Лондоне начала семидесятых, — строго, очень строго ответила хозяйка. В ее тоне не слышалось ни капли раскаяния. — Вам еще надо научиться быть осторожной. Но в случае мистера Брэннера опасности нет никакой. На самом деле вы оба на редкость добропорядочные члены общества. Кстати, сколько вы сегодня потратили?

— О, целое состояние, — беззаботно махнула рукой Кэтрин. — Но оно того стоило.

— Это уж точно, — согласилась мадам Зельда. — Итак, подготовьтесь, вон он идет. Распрямите плечи, втяните живот, грудь вперед.

Кэтрин подчинилась, выставила вперед одну ногу и пошевелила пальцами с красными ногтями.

— Я готова, — заявила она.

Когда Джек остановил машину у края тротуара, то сквозь стеклянные входные двери увидел, что Кэтрин уже стоит внизу около лестницы и разговаривает с хозяйкой. И почувствовал облегчение, что не придется ждать в запрещенном для парковки месте, рискуя нарваться на штраф. Прошлый опыт научил его, что это не самый лучший способ начать приятный вечер.

Он распахнул двери и крикнул:

— Привет! Мне нравятся девушки, которые не заставляют мужчин дожи…

В этот момент Кэтрин повернулась, и он замолчал. Створка двери с силой ударила его по спине, и он закрыл открытый от изумления рот.

Это должна быть Кэтрин. Вон мадам Зельда держит ее ветровку. И все же это не она. Блестящие волосы мягкими волнами стекают по спине, короткая юбка открывает длиннющие ноги, а огромные серые глаза светятся кокетством и весельем. А губы, нежные полные розовые губы… Потрясающе, просто потрясающе!

Он и был потрясен, оглушен, сокрушен.

— Привет, Джек, — мягко произнесла Кэтрин.

Брэннер молчал. Он еще не мог собраться с мыслями и связать несколько слов в разумное предложение. Она была ошеломительна, просто ошеломительна. В ней есть все, о чем только можно мечтать. Удивительная кокетливо-прилично-чопорно-возбуждающая смесь. Это слишком хорошо, чтобы быть правдой.

— Он потерял дар речи от восхищения, — прокомментировала мадам Зельда.

Чем дольше Джек смотрел, тем все более подозрительным ему это казалось.

— Это что, шутка какая-то? Вы что, близнец Кэтрин?

— Изумительно, — насмешливо откликнулась мадам Зельда.

Джек обернулся к ней и спросил:

— Что все это значит, а?

— Я бы сказала, что мадемуазель Катрин находится в процессе проявления своего женственного потенциала.

— А я бы сказал, что она достигла вершины и вот-вот перевалит через нее. Еще раз спрашиваю: что происходит?!

— Ого, какой бешеный темперамент. Не уверена, что могу отпустить мадемуазель Катрин с вами, молодой человек.