Сердцу не прикажешь - Френсин Паскаль

– Два билета в Бай-сайд! – радостно воскликнула мама. – Лиз, какая замечательная идея! Мы не были там сто лет. Нед, ты помнишь тот замечательный обед под театрализованное действо, которое там устраивали?

– Но в этот вечер я хотела удивить вас изысканными блюдами дома! – взвилась Джессика.

Родители посмотрели друг на друга.

– Возможно, это здорово. – Мистер Уэйкфилд ухмыльнулся. – То есть ужасно мило с твоей стороны, Джес, но я не уверен, что оклемаюсь к началу рабочей недели.

Нижняя губа Джессики задрожала.

«У меня не семья, а скопище ничтожеств», – страдала она. – «Как вообще они могут обвинять ее в том глупейшем случае? А она еще трудилась, как раб, составляя меню к пятничному вечеру!»

– Это должно было быть так здорово! – мрачно воскликнула она, вряд ли сознавая, что говорит вслух.

– Может быть, ты приготовишь обед вечером в субботу? – предложила миссис Уэйкфилд, подмигнув мужу.

– Забудьте об этом, – проворчала Джессика. – Это будет совсем не то.

Вся привлекательность идеи исчезла. Как всегда, сестра поступила по-королевски. А Джессика…

«Ну а я, кажется, не тяну даже на пажа», – с грустью признала она.

– Смотрите, а вот и еда, – весело проговорила Элизабет, надеясь сменить тему разговора.

Но Джессика продолжала неподвижно сгорбившись сидеть на стуле с грустной миной на милом лице.

– Еда, – бормотала она, – это последнее, о чем я хочу думать.

Она даже не могла себе представить, что ее так огорчит изменение планов на вечер в пятницу. А остальные вроде бы и не задумывались над этим!

Джессика не могла припомнить, когда ей последний раз было столь тоскливо и ее настолько не понимали.

«Я что-нибудь придумаю, – пообещала она себе. – Я как-нибудь смогу затмить Лиз!»

Но как?

– Робин, – Элизабет опустила на стол поднос с ленчем, – ты не возражаешь, если я присяду к тебе?

Та озадаченно посмотрела на Элизабет, и в ее голубых глазах читалось удивление.

– Конечно, садись, – пригласила она, взмахнув рукой.

Кафетерий гудел, но Элизабет вряд ли замечала этот шум вокруг.

– Я много думала о тебе в последнее время, – начала она, – и поняла, что обязательно должна извиниться перед тобой за свое поведение тогда в «Кейзи». Конечно, я перегнула палку. Но ведь я была уверена, что вы встречаетесь с Джорджем после аварии.

– О, все в порядке, – рассеянно произнесла Робин. – Я не могу обвинять тебя за то, что ты так страшно разозлилась. Но теперь ты же знаешь, что была не права, – добавила она. – Я разговаривала с Джорджем на танцах впервые после того, как он позвонил мне вечером после аварии. И это был единственный раз, когда я его видела.

Элизабет твердо решила, что пора прояснить ситуацию и добиться всей правды.

– Но моя сестра говорила, что они с Лилой видели машину Джорджа у твоего дома на следующий день после крушения самолета.

Робин грустно рассмеялась:

– Джордж признался мне в этом только на танцах. Он приезжал, чтобы сказать мне лично то, что сообщил потом по телефону – что мы не должны больше встречаться. Но тогда меня не было дома, а он просто забыл об этом случае!

Элизабет открыла рот от изумления.

– О, Робин, я чувствую себя такой дурой! Может быть, ты сможешь простить меня за то ужасное поведение?

Робин улыбнулась:

– Ты вела себя не как дура, а просто как защитница своей лучшей подруги. Поверь мне, Лиззи, я бы поступила так же. И ничуть не обвиняю тебя за то, что ты так меня ненавидела. Я действительно влюбилась в Джорджа и ничего не могу с этим поделать.

– Ты все еще любишь его? – мягко уточнила Элизабет.

Робин вздохнула.

– Да, – тихо произнесла она. – Но мне не на что надеяться. Пока он будет нужен Инид, он обязан быть с ней. А мне кажется, что дела будут обстоять так долгое, долгое время. Ты знаешь, Лиз, – добавила она, – я очень люблю Джорджа, но слишком уж уважаю себя, чтобы сделать что-то безнравственное даже ради него.

– А как Джордж относится к этому? – поинтересовалась Элизабет.

На глазах Робин появились слезы, и она прикусила губу.

– Джордж хочет снова встречаться со мной, – призналась она. – Он сыт Инид но горло. Ему кажется, что она отказывается поправляться, чтобы удержать его. Но я ответила, что не желаю его видеть до тех пор, пока Инид не встанет и не пойдет. Не могу же я иметь ее недуг на своей совести!

– Ты – прекрасный человек, – проникновенно произнесла Элизабет. – Не уверена, что была бы такой великодушной, как ты.

Девушка пожала плечами:

– По-моему, это не имеет ничего общего с великодушием. Это всего лишь необходимо, чтобы спокойно спать по ночам!

– Я очень хочу, чтобы ты меня простила и мы снова стали друзьями, – серьезно произнесла Элизабет. – Хоть я и наговорила много лишнего и сделала много поспешных выводов.

– Просто ты – верный друг, – повторила Робин. – И конечно, я прощаю тебя, Лиззи. Мне бы очень хотелось быть похожей на тебя, – неожиданно добавила она. – Я так уважаю тебя, поэтому рада, что мы снова стали друзьями!

– Спасибо, – сердечно поблагодарила Элизабет. – Не знаю, как ты, но я буду лучше спать сегодня, когда мы во всем разобрались.

– Я тоже чувствую себя спокойнее, – кивнула Робин.

«А теперь, – решительно повторила себе Элизабет, – я просто обязана поднять Инид с инвалидного кресла! Ведь если я этого не сделаю, то навряд ли долго смогу наслаждаться спокойствием».

Вечером Элизабет набрала номер телефона Инид.

– Привет, это я, – произнесла она в трубку. – Как ты?

– Хорошо, – без энтузиазма ответила та. – Примерно также. Что случилось?

– Мне надо поговорить с тобой по очень важному делу, – сообщила Элизабет. – Ты можешь приехать ко мне завтра днем?

Подруга с минуту помолчала.

– А ты не можешь рассказать мне об этом сейчас?

Элизабет понизила голос:

– Это чрезвычайно личная проблема.

– А-а… – Инид снова примолкла. – А как насчет встречи завтра в школе?

– Инид, это личное, – настаивала Элизабет. – Умоляю, приезжай!

– Ну, ладно. – Та вздохнула. – Я попрошу маму, чтобы она меня привезла. Но я обещала ей пойти в больницу на прием к новому врачу, и поэтому смогу приехать не раньше половины пятого.

– Отлично. Тогда до встречи!

Через минуту Элизабет уже набирала номер мистера Коллинза.