Ее великолепный босс - Сьюзен Мейер

– Не думаю, что у вас это хорошо получается.

На этот раз он рассмеялся:

– Только не с вами.

Виви не ответила, и в коридоре стало очень тихо.

Воздух словно наполнился электрическими разрядами. Такер сделал шаг вперед, намереваясь поцеловать ее. Виви подняла взгляд на своего босса, ее голубые глаза при этом были широко раскрыты и полны неуверенности. Такер ощутил дрожь нетерпения.

Он поднял брови. Ему кажется, или она жаждет этого поцелуя не меньше, чем он?

Секунды бежали. Две. Три. Такер мог представить мягкость и сочность ее манящих губ, но все же не предпринимал никаких действий. Его охватило дикое возбуждение, стало нечем дышать. Никто до этого не вызывал в нем таких чувств. Никто раньше не заставлял его так страстно мечтать об одном-единственном поцелуе.

Тишина стала невыносимой, и наконец Виви несмело произнесла: «Спокойной ночи, Такер» – и, повернувшись, взялась за ручку, но ее пальцы дрожали.

Следующим утром они поднимались высоко в горы в одной из машин Констанцо. Такер установил на свой телефон навигатор на итальянском, и Виви не смогла скрыть своего удивления:

– Вы говорите по-итальянски?

Такер бросил на нее нерешительный взгляд. Сегодня Виви была одета в потертые джинсы и розовый топ, который сочетался с тоном ее кожи и идеально подчеркивал фигуру. Несмотря на то что вчера им так и не удалось поцеловаться, он по-прежнему испытывал сумасшедшее желание. Такер попытался успокоиться. Да, она привлекала его, но только в сексуальном плане. Во всех других смыслах они не подходили друг другу, и не стоило об этом забывать.

– Вы не говорите по-итальянски, мисс Прентисс?

– Нет.

Еще одна причина, почему его симпатия к ней была просто смешной.

– Ну что ж, не волнуйтесь. Констанцо упомянул, что его сын вырос в США, помните?

Ветер растрепал волосы Виви. Отбросив их в сторону, она спросила:

– Вы уже решили, что скажете ему, когда мы приедем?

– Я собираюсь как можно скорее сообщить парню все подробности.

Виви изумленно ахнула:

– Думаю, что это ошибка!

– Не согласен. Если бы мой отец нашел меня, я хотел бы, чтобы мне сразу сказали всю правду. Я мог быть зол первое время, но в конце концов я бы успокоился.

– Просто это кажется мне неправильным.

– Разумеется.

– А если вы не понравитесь сыну Констанцо? Он может оказаться застенчивым парнем, далеким от мира бизнеса.

– Ну, если мы не найдем с ним контакт, тогда разговаривайте с ним сами.

– Я?

– Эй, Констанцо настоял на том, чтобы вы приехали сюда. Может, именно поэтому?

Конечно, Констанцо мог притворяться добродушным и открытым человеком, но, как профессионал в мире бизнеса, он прекрасно разбирался в людях. Он увидел в Оливии нечто особенное. И Такер не собирался с ним спорить.

Виви вздохнула и откинулась на сиденье. Остаток пути прошел в молчании, пока, наконец, их взору не предстал уединенный фермерский дом. В отличие от красивой виллы Констанцо, ветхое жилище Антонио явно знавало лучшие времена. Владение окружали поля, заросшие высокой травой и дикими цветами.

– Очевидно, у парня нет газонокосилки.

– Или он любит природу.

Такер фыркнул:

– А что вы себе представляли? Ухоженную лужайку или поле цветов на фоне голубого неба?

Заглушив двигатель, Такер открыл дверцу. Виви быстро последовала его примеру и прошла по узкой дорожке к дому. Дойдя до двери, Такер три раза быстро постучал. Сделав глубокий вдох, он оглянулся вокруг. Природа и в самом деле была тихой, мирной и прекрасной.

Деревянная дверь открылась, и на пороге появился мужчина, одетый лишь в потертые джинсы.

– Да?

– Я Такер Энгл, а это моя ассистентка Оливия Прентисс.

Виви вышла вперед, протягивая руку:

– Приятно познакомиться. Зовите меня Виви.

Мужчина настороженно взял ее за руку, немного прищурив темные глаза.

– Вы Антонио Сигнорелли? – поинтересовалась Виви.

– Да. А вы кто?

– Мы можем на минутку зайти?

Молодой человек попытался закрыть дверь:

– На самом деле я очень занят. Мне некогда разговаривать с торговыми агентами.

Подперев ногой дверь, Такер рассмеялся:

– Мы не агенты. Мы представляем интересы…

В этот момент Оливия ударила его по голени. Он вскрикнул и отпрыгнул назад. Она очаровательно улыбнулась Антонио:

– Мы представляем частного коллекционера, который хочет спонсировать выставку какого-нибудь необычного художника.

Антонио расслабился:

– В самом деле?

– Посмотрите, как он одет. – Виви указала на Такера, облаченного в элегантный костюм. – Его одежда слишком дорога для торгового агента. Как я сказала, мы представляем частного коллекционера.

– И вы хотите показать ему мои работы?

Виви сделала шаг вперед:

– Возможно. Наш клиент меценат, но далеко не простак. Ваши работы должны пройти оценку. – Она улыбнулась. – Мы бы хотели их увидеть.

Пока Антонио обдумывал слова Виви, Такер хмурился. Виви высмеяла его костюм? На Антонио не было рубашки. С черными кудрявыми взъерошенными волосами, парень был словно из рекламы. Такер на его фоне явно проигрывал.

В конце концов Антонио широко открыл дверь, пропуская гостей в дом:

– У меня беспорядок.

Виви положила руку на его плечо:

– Мы здесь не для того, чтобы осматривать ваше жилище. Мы хотим видеть ваши работы. – Она оглянулась.

Они вошли в дом, который явно нуждался в хорошем ремонте. В комнате, куда хозяин проводил гостей, в глаза сразу бросались пятна штукатурки и треснувшее окно. Наполовину законченная картина помещалась на мольберте. Но у стены стояло много полотен. Картины сразу же привлекли Такера: в их цветовой палитре преобладали яркие и насыщенные цвета. Он обернулся и поймал взгляд Антонио:

– У вас особенный взгляд на мир.

Антонио рассмеялся:

– У меня было особенное воспитание.

Такер перевел взгляд на Оливию. Если говорить ему об отце, то именно сейчас. Но Виви покачала головой. Такер согласился с ее решением, подавив молчаливый вздох.

Виви повернулась к Антонио с улыбкой:

– А что особенного в вашем воспитании?

Парень пожал плечами, подошел к картинам, возле которых стоял Такер, и осторожно взял первую попавшуюся.