Ты только попроси - Меган Максвелл

Я сплю как убитая, но вдруг слышу, что открывается входная дверь. Вскакиваю с постели. Который час? Смотрю на часы: 11.07. Снова падаю на кровать. Мне совсем не хочется знать, кто пришел. Внезапно на меня падает маленькая бомбочка и кричит:

— Тетя, приве-е-е-е-е-е-е-е-е-е-т!

Это моя племянница Лус.

Мысленно ругаюсь, но затем сжимаю малышку в объятиях и с любовью целую.

Я обожаю свою племяшку. Но когда я смотрю на сестру, мой взгляд не такой уж приветливый. Через двадцать минут, приняв душ, захожу в кухню в одной пижаме. Сестра готовит завтрак, а моя маленькая Лус, расплющив в объятиях бедняжку Курро, смотрит мультфильмы.

Сажусь на столешницу и спрашиваю:

— Могу ли я знать, что ты делаешь у меня в субботу в одиннадцать часов утра?

Сестра ставит передо мной кофе.

— Он мне изменяет, — шепчет она.

Удивленная, я собираюсь ответить, но она понижает голос так, чтобы Лус ее не услышала, и продолжает:

— Я только что обнаружила, что мой бессовестный муж мне изменяет! Я полжизни сижу на диете, хожу в спортзал, слежу за собой, чтобы безупречно выглядеть, а этот неблагодарный мне изменяет! Но я это так не оставлю. Клянусь, я найму самого лучшего адвоката и выведу на чистую воду этого подонка. Клянусь тебе, что я…

Мне нужна одна секунда. Тайм-аут. Поднимаю руку и спрашиваю:

— Откуда ты знаешь, что он тебе изменяет?

— Знаю, и все.

— Это не ответ, — настаиваю я.

В кухню забегает малышка.

— Мамуля, я в туалет.

Ракель кивает:

— Эй, не забудь вытереть свое сокровище, хорошо?

Малышка исчезает из виду.

— Вчера Пили, мать подружки Лус, призналась мне, что догадалась об измене мужа, когда тот начал сам покупать себе одежду. А два дня назад он купил себе рубашку и трусы!

Я ошеломлена. Не знаю, что и сказать. И вправду, говорят, что именно так проявляются первые признаки мужской измены. Но, конечно же, нельзя утверждать, что у всех это происходит одинаково. Тем более речь идет о моем зяте. Я просто не могу себе это представить.

— Но, Ракель, это ни о чем не говорит…

— Наоборот. Это говорит о многом.

— Да ладно тебе, ты преувеличиваешь! — смеюсь, чтобы снять напряжение.

— Ничего я не преувеличиваю, Булочка. — Она как-то странно на меня смотрит, словно желая что-то сказать… — А когда мы занимаемся любовью, он…

— Я больше не хочу ничего знать, — прерываю ее. У меня вовсе нет желания представлять своего зятя в порыве страсти.

И тут в кухню врывается племянница и спрашивает:

— Тетя… а почему эта помада не красит, а дрожит?

Я чуть не проваливаюсь сквозь землю. Малышка держит подаренный Эриком вибратор в форме губной помады. Спрыгиваю со стола и молниеносно выхватываю его у Лус из рук. Сестра, занятая своими мыслями, ничего не замечает. Тем лучше. И тогда я прячу эту чертову помаду в первом попавшемся месте: в трусики.

— Это испорченная помада, кнопочка. Разве ты не видишь?

Девочка хохочет, и я вместе с ней. Сама невинность. Сестра смотрит на нас, а племянница говорит:

— Тетушка, не забудь, что во вторник у нас праздник.

— Ни за что, милая, — шепчу, ласково гладя ее по голове.

Племянница кривит губки и говорит:

— Я поссорилась с Алисией. Она глупая, и я больше не хочу с ней дружить.

Алисия — лучшая подруга племянницы. Но они настолько разные, что постоянно ссорятся, хоть и не могут жить друг без друга. Я выступаю между ними посредником.

— Почему вы поссорились?

Лус фыркает и закатывает карие глазки.

— Потому что я дала ей фильм, а она говорит, что это вранье, — бормочет она. — Она обозвала меня глупой и еще всякими ужасными словами, и я разозлилась. Вчера она принесла фильм, попросила у меня прощения, но я не простила ее.

Я улыбаюсь. Моя крошка со своими большими проблемами.

— Лус, я ведь всегда тебе говорила, что, когда ты любишь человека, нужно стараться решать проблемы, разве нет? Ты любишь Алисию?

— Да.

— И если она извинилась за свою ошибку, почему ты ее не прощаешь?

— Потому что я злюсь на нее.

— Конечно, ты злишься, но теперь ты должна определить, что для тебя важнее: перестать злиться или потерять подругу, которую ты любишь и которая к тому же попросила прощения. Подумай об этом, хорошо?

— Хорошо, тетя. Я подумаю.

Через несколько секунд малышка теряется в квартире.

— Можно узнать, что ты спрятала в штанах? — спрашивает Ракель.

— Я же сказала. Испорченную помаду, — смеюсь, вспомнив, что у меня в трусиках.

Верит она или нет, но принимает сказанное и больше не просит объяснений. Вот и отлично. После получасового разглагольствования о выходках моего зятя сестра и племянница уходят и оставляют меня в покое.