Безрассудный поступок - Ронда Грей

А если нет? Допустим, она сдастся, а наваждение не пропадет? О такой возможности Брет даже не хотел думать.

Видимо, он не спал, подумала Лори, когда, поднявшись вверх по дорожке, увидела Брета на веранде со стаканом в руке. Опершись на перила, он, подобно дикому коту, подкарауливал свою добычу.

С ней этот номер не пройдет! Еще совсем светло, она выполнила его условие, так что говорить не о чем. Высоко подняв голову, Лори молча поднималась по лестнице.

— Хорошо погуляла? — Брет последовал за ней в дом. — Куда ходила?

— Гуляла вдоль берега, поплавала, а что? Тебе хочется поболтать со мной? — Лори уселась на диван и взяла в руки рукопись. Почему-то хотелось спрятаться от его цепкого взгляда.

— Не заводись так, Лоретта. Я просто задал вопрос. Что ты так взвилась? Нам жить вместе. Как-то надо притираться.

— Я думала, ты не помышляешь ни о чем, кроме совместной работы.

— Возможно, я передумал. Помнишь, Лоретта? Раньше ты ходила за мной на пляж.

Лицо Лори залила краска, пальцы сжали листы рукописи.

— Прошло столько лет, я уже ничего не помню, — сказала она раздраженно. — Я была тогда молодой и глупой.

— Молодой, это правда, — согласился Брет, подошел к дивану и сел рядом.

Лори прокляла себя за то, что не села в одно из кресел. Она отодвинулась, но Брет протянул руку, положил на спинку дивана и почти коснулся плеча. Лори отодвинулась еще дальше, надеясь, что он ничего не заметит, но слабая улыбка на лице Брета убедила, что ее попытка отодвинуться замечена.

— Скажи мне, почему ты так и не вышла замуж? — сладким голосом продолжал он допрос.

— Откуда это тебе известно?

Брет на мгновение растерялся.

— Я… просто предположил… — И, улыбаясь замолчал.

— Я действительно не замужем, — сказала Лори натянуто.

— И все же почему? — настаивал Брет, подвинувшись еще ближе. — Мне кажется, твоя мать не стала бы особенно возражать против твоего брака.

Губы и кулаки Лори плотно сжались, она не собиралась оправдывать мать ни перед кем, тем более перед Бретом. Все равно ее защита не имела бы никакого смысла.

— А как поживает Аранта? — спросил Брет через некоторое время.

— Мать умерла в сентябре.

Брет начал что-то говорить, затем внезапно замолчал, будто ему стало неудобно. Лори отбросила локон с лица.

— Спасибо, что не сочувствуешь, — резко сказала она.

Вздохнув, Брет потер затылок. Угол резко очерченного рта задрожал. Он неуклюже ссутулился.

— Иначе я выглядел бы циничным.

— Это правда.

— Да, я… я уверен — твоя мать была хорошей женщиной… — снова начал он, почему-то заикаясь.

— Лучше помолчи. — Лори не хотела слушать. Если бы он сказал эти слова, когда мама была жива, а теперь… — Ты ведь относишься так ко мне из-за матери.

Брет поежился.

— Ты мне нравилась, — подумав, произнес он, — и тебе это известно.

— Тебе нужен от меня только секс, — возмущенно выкрикнула Лори. Так хотелось, чтобы Брет отрицал это.

Но тот и не подумал.

— Ты была весьма привлекательной девушкой. Теперь ты стала привлекательной женщиной.

— Благодарю… — с насмешкой сказала Лори.

— А что в этом смешного?

— Мне бы хотелось, чтобы меня ценили не только за физические данные.

— К тому же ты очень умная, — льстиво добавил Брет. — Наверняка приведешь в надлежащий вид нашу с Джейком книгу.

— Это я попытаюсь сделать. — Лори устало посмотрела на него, все еще не понимая причины резкой смены его настроения.

— Хорошо. Я это очень ценю, — усмехнулся Брет, и Лори заметила в синих глазах не совсем понятный лукавый блеск.

— Что? — нервно спросила она.

Брет протянул руку и отвел прядь волос с ее щеки. От прикосновения гибких сильных пальцев Лори вздрогнула, а змей-искуситель снова улыбнулся:

— Я так и думал, — пробормотал он. — Ты все еще хочешь меня.

— Я не… — Во рту внезапно пересохло.

— Не будь циничной, Лори. Ты же знаешь это. Так же сильно, как и я хочу тебя. — Легкая улыбка играла на губах Брета. — Ты удивлена? Не верю тебе.

— Но я вовсе не поэтому приехала сюда! — быстро ответила Лори.

— Возможно. Но мы оба поступим глупо, если не воспользуемся ситуацией, которую создали Джейк и судьба. Ты так не думаешь?

И, не дожидаясь ответа, Брет внезапно наклонился и поцеловал ее. Более девяти лет прошло с тех пор, как его губы касались ее губ. Долгих девять лет. Но казалось, это случилось только вчера. Все ярко сохранилось в ее памяти.

Напрасно за эти девять лет пыталась она проявить такие же чувства к другим мужчинам. К однокурснику в колледже, к инженеру, с которым встречалась целый год, и к Картеру, который стоял последним в этом списке. Но даже признаков того яркого чувства не возникало.

Возможно, Лори так реагировала на легкое прикосновение его губ из-за знакомой с юности обстановки, ночи, луны и воспоминаний. Но ведь достаточно ему прикоснуться к ней, как старые чувства вспыхнули с новой силой.

Поцелуй его был нежным и горячим. И, как ни странно, Лори отвечала так же горячо. Их уста слились, языки начали знакомую игру, дыхание стало единым. А сердце… о боже, как стучало ее сердце!

Нужно отодвинуться. По правде говоря, она не хотела, но другого выхода не было. Брет поймал ее как рыбку на крючок. И если она сейчас не сорвется, придется висеть на леске вечно.

— Теперь скажи, что тебе не нравится, — сказал Брет прерывающимся голосом, едва оторвавшись от ее губ. — Скажи мне это, Лори!

Она чуть отодвинулась, облизала губы и попыталась успокоить отчаянно бьющееся сердце. О боже, только и сумела подумать она.

— Почему ты молчишь? — шепотом спросил Брет. Лори снова почувствовала его дыхание на щеках. — Разве что-то не так?

И снова начал целовать ее, теперь с большей жадностью. Сейчас ему уже не надо ни о чем спрашивать — Лори отвечала с такой же страстью. Брет крепко прижал ее к себе, а пальцы Лори все еще судорожно сжимали листки бумаги.

— Прекрати. — Она попыталась высвободиться, но напрасно.

Брет продолжал целовать, дразня и возбуждая. Его руки проникли под блузку, пальцы умело расстегнули застежку бюстгальтера и, отодвинув в сторону шелковистую ткань, обхватили нежную грудь — тискали, терли и дразнили соски, страшно возбуждая все тело.

Лори попыталась вывернуться, но сопротивление только усиливало возбуждающее воздействие его прикосновений. И тогда она сдалась. И лишь смогла вымолвить: