Лабиринты любви - Розмари Роджерс

Негодующе застыв и не удостоив больше герцога ни единым словом, девушка упорно делала вид, будто забыла о его существовании.

«Дыши глубже, Сара!»

Именно это она твердила себе перед каждым теннисным матчем, особенно когда предстояло сразиться с противником, подобным этому.

Заветный призыв, как всегда, помог, и девушка немного пришла в себя. Краешком глаза она поймала осторожный взгляд Рикардо, но упрямо продолжала игнорировать его присутствие. Он не только невыносимо чванлив, этот герцог ди Кавальери, но и крайне невоспитан и, невзирая на титул и богатство, один из самых несносных людей, которых она имела несчастье знать. Почему он так искал встречи с ней, несмотря на то что, очевидно, считал доступной дешевкой? Возможно, теперь, когда она дала понять, что он ошибся, герцог оставит ее в покое?

– Вам не холодно? – неожиданно перебил он течение мыслей Сары, словно понял, о чем думает спутница, и та невольно передернулась от неприятного предчувствия.

– Все хорошо, благодарю вас, – процедила она, мечтая лишь о том, чтобы он прибавил скорость. Непонятно, почему такой лихой водитель еле тащится?! Дорога до дома должна была занять гораздо меньше времени!

– Прекрасно.

Он нажал какую-то кнопку, и из мощных динамиков полилась нежная мелодия бетховенской «Пасторали». Хрустальные ноты колокольчиками звенели в тесном пространстве. Волшебная, обволакивающая душу музыка. Опасная музыка, особенно когда рядом этот смуглый, загадочный, немного зловещий незнакомец.

Саре стало не по себе. Она неловко заерзала, и герцог, покосившись на нее, язвительно осведомился:

– Музыка такого рода вам не по вкусу? Хотите послушать что-нибудь более… современное?

Она уже открыла было рот, чтобы возразить, но тут же вспомнила о том, что он имеет дело с Дилайт, и небрежно пожала плечами:

– Не важно. Мы все равно почти приехали, не правда ли?

Но по какой-то причине ее спутник не отставал. Сухой голос неприятно царапнул по нервам:

– Признайтесь же, Дилайт, какую музыку вы предпочитаете?

Она заставила себя взглянуть на него, в который раз отмечая надменно вздернутый подбородок и легкую гримасу, искривившую губы.

– Ну… что-нибудь ритмичное. Вроде джаза.

– Понятно. Как насчет остальных вкусов и пристрастий?

Почему ему вдруг взбрело в голову допрашивать ее? Сара почувствовала, что задыхается. Кажется, она угодила в ловко расставленную ловушку.

– Зачем вам это знать? С самого начала вечера было очевидно, что я не девушка вашей мечты. Прошу прощения, если разочаровала вас, но кот в мешке есть кот в мешке, даже в Голливуде, а после свидания вслепую люди иногда разбегаются навеки, и тут уж ничего не поделать!

Он так резко нажал на тормоз, что Сара, вскрикнув от неожиданности, чуть не упала с сиденья, и Рикардо едва успел ее удержать. Она попыталась оттолкнуть его руку, но это напоминало борьбу с бетонной стеной… весьма неприятное ощущение, особенно еще и потому, что темное разъяренное лицо внезапно оказалось прямо перед ней.

– В таком случае, синьорина Дилайт, объясните, почему вы столь охотно соглашаетесь на подобные свидания «вслепую», как вы это называете? Такая хорошенькая молодая женщина – и ни мужа, ни постоянного любовника. Почему? Предпочитаете разнообразие?

Стараясь побороть панику и страстное желание расцарапать физиономию герцогу, Сара вынудила себя не шевелиться и вызывающе уставилась на него.

– Какое вы имеете право лезть в чужую жизнь? Вы не просто грубиян, но и самый…

– Ах, но что бы вы ни говорили и ни делали, кем бы ни считали меня, между нами все-таки возникло некое притяжение, разве не так?

Он усмехнулся, и от этой его усмешки у Сары душа ушла в пятки.

– Да вы спятили! Не знаю, что за игру затеяли, но я пас, ясно? Оставьте меня в покое! Да я… вы мне даже не нравитесь! И ничуть не симпатичны! Ни капли, понимаете, наглый ублю…

– Ругань женщинам не к лицу, – перебил он и, к ужасу Сары, развернулся так, что чуть не лег на нее. Пальцы его впились в ее обнаженное плечо. Девушка тихо охнула, прежде чем услышала обманчиво мягкий голос: – И что общего имеет симпатия с этим?

Это не имело даже отдаленного сходства с тем поцелуем, которым одарил ее Гарон Хант. Темноволосый незнакомец не давал – он брал, брал и снова брал. Ненасытно. Безжалостно. Голова Сары кружилась, перед глазами плыли светящиеся спирали, отнимавшие волю и желание сопротивляться.

Теплые пальцы ласкающе провели по шее, скользнули ниже, чуть приподняли подбородок. И все это время он держал в плену ее губы – сначала сминая, раздавливая, как варвар-завоеватель, потом, чувствуя, что она покорилась, стал почти нежным и, ослабив хватку, легко коснулся языком уголков ее рта и снова властно слился с ней в поцелуе.

Только когда чужие ладони накрыли груди Сары, прожигая насквозь тонкий шелк платья, она немного пришла в себя. Ее словно опоили – даже голос больше не повиновался.

– Нет! Не надо! Пожалуйста!

– Дилайт… Cara![7]Теперь ты поняла, как нас тянет друг к другу? Пойдем поскорее наверх – ты права, не стоит заниматься любовью у всех на виду.

Его слова обрушились на Сару, словно ведро ледяной воды. Полузакрытые глаза широко раскрылись, и Сара увидела, что машина стоит перед ее домом. И кроме того, он назвал ее Дилайт!

– Cara… пойдем.

Ее трясло как в ознобе. Чтобы скрыть замешательство, девушка уронила сумочку и попыталась ощупью нашарить ее, радуясь, что он не замечает, в каком она состоянии.

– Нет! Прошу вас, не дотрагивайтесь до меня! – бормотала она, силясь удержать Рикардо на расстоянии потоком бессвязных слов. – Итак, вы доказали себе все, что желали доказать… и нас действительно тянет друг к другу. Но неужели вы и впрямь считаете, будто единственного поцелуя достаточно, чтобы затащить меня в постель? Не на ту напали! Поищите себе другую забаву на ночь! Я для подобных развлечений не гожусь.

Она поежилась, не зная, чего ожидать от этого непредсказуемого человека. Ярости? Уничтожающих едких слов? Оскорблений? Но в эту минуту девушка мечтала только об одном – убраться подальше от него и невыносимой близости его тела. Губы все еще горели от поцелуев, а соски набухли и отвердели под бесцеремонными ласками.

Сара затаила дыхание, боясь неминуемого взрыва и отчаянно пытаясь понять, о чем он думает. И почему молчит?

К ее невыразимому изумлению и раздражению, он ответил на удивление мягко и даже с некоторым сожалением:

– Неужели? Что ж, в таком случае прошу извинить меня. Хотя, должен признать… я по-прежнему надеюсь, что между нами еще не все кончено… не правда ли?

И, не дожидаясь ответа, открыл дверцу и нетерпеливо быстро обошел машину, чтобы помочь Саре выйти. Девушка с непонятной злостью подумала, что этот человек, по-видимому, просто хотел прибавить еще одну победу к и без того длинному списку, а теперь, получив отпор, потерял к ней всякий интерес и старается поскорее избавиться.