Ангел любви - Дениза Алистер

— Хорошо, — спокойно произнес Тайро. — Священный барабан подчинился тебе, чужестранец. Ты действительно великий жрец в своей стране. И достоин того, чтобы узнать нашу тайну.

Он сделал знак рукой, и пиршество началось. Данрейвену поднесли сделанную из плода папайи чашу, наполненную мучнистой, чуть бродившей массой. Адам привычным движением руки сгреб содержимое чаши в ладонь и отправил себе в рот. Тайро вновь одобрительно кивнул головой: хороший аппетит, по его мнению, также подтверждал принадлежность гостя к священной касте своей страны. Ибо пищу людям посылают боги.

Одно блюдо сменяло другое. Женщинам не разрешалось есть вместе с мужчинами, и они танцевали медленные ритуальные танцы. Воины сидели на земле, поджав ноги, и пели протяжные песни. А Тайро с Данрейвеном соревновались в количестве съеденных яств. Все это продолжалось очень долго. До тех пор, пока Тайро не поднял руку и в изнеможении не откинулся на мат, который за его спиной держали два воина. Двое рослых мужчин подошли к Данрейвену, взяли его под руки и подвели к вождю.

— Тайо! — сказал вождь и положил обе ладони на грудь Адама.

Воздух огласился дружным криком:

— Тайо! Тайо! Тайо!

Хейкуа схватила Лилит за руку и увлекла за собой.

— Что произошло? — спросила Лилит, когда они очутились под открытым небом.

— Очень плохое для тебя и хорошее для него.

— Что именно?

— Тайро объявил гостя своим сыном. Теперь он тебе не муж, а брат.

— И что же?

— А то, что между вами уже не может быть любовных отношений. Это считается у нас строгим табу.

— Но он мой муж!

— В Англии. А здесь он твой брат.

— Брат?! Мне не нужен брат! Я хочу, чтобы он был моим мужем!

— Ты теперь его сестра. Таков закон!

Хейкуа надела на голову шляпу из травы с широкими полями и снова схватила Лилит за руку.

— Идем!

— Куда?

— В священный храм Тики. Мне надо поговорить с богами. Сначала — со своими. Если же они не захотят отвечать, мы вернемся в дом Иисуса Джона и поищем ответа в Библии.

Лилит еще раз посмотрела в сторону хижины, через откинутый полог которой виднелась фигура Данрейвена, и пошла вслед за Хейкуа.

Поднявшись по склону вулкана, они остановились перед каменной статуей Тики. Опустившись на колени, Хейкуа принялась раскачиваться из стороны в сторону, сопровождая эти движения заунывным пением. Лилит замерла, боясь пошевелиться и нарушить совершающееся на ее глазах таинство.

Прошло еще минут десять. Хейкуа открыла глаза и поднялась с колен.

— Идем. Теперь я знаю, что делать. Боги ответили мне. Твой муж давно не знал женщин. Это хорошо!

— Чем?

— Тем, что теперь он не сможет соблюдать запрет Тайро на любовь к тебе и свой собственный суровый обет. Так мне сказали боги. И в Библии написано то же самое. Запретный плод всегда сладок. Потому Адам и согрешил с Евой. Бог запретил им съесть то яблоко. Если бы такого запрета не было, они бы не стали его срывать. Так и твой муж. Теперь, когда ему запрещено любить тебя как женщину, он обязательно захочет этого. Причем так сильно, что забудет обо всем. И о запрете, и о своем обете. Все будет хорошо!

— Не могу в это поверить!

— Вот увидишь! Теперь ты сама стала змеем-искусителем! Понимаешь?

— Хейкуа, ты совсем не знаешь этого человека! У него железная воля. Никаким искушениям он не подвержен. Потом, ты сама сказала, если мы нарушим табу, плохо будет обоим. Твои люди отомстят нам. Разве не так?

— Ойе! Твоего мужа положат вон туда и вырежут у него сердце. И то же самое сделают с тобой!

— Ойе! — воскликнула Лилит. — Этого нельзя допустить! Понимаешь?

— Понимаю. И этого не будет!

Хейкуа задумалась. Потом посмотрела в глаза Лилит и решительно сказала:

— Ты должна уехать вон туда, на Тайаретапу. На священном острове тебя никто не посмеет тронуть. Живи на нем до праздника Полной Луны. А я постараюсь найти способ обойти табу.