Свободный брак - Ария Тес

- Ну да. Встретились потом у метро, когда он заказ забирал. И закрутилось…

Я извиняюсь, леди, но БЛ*ТЬ!!!

Очень хочется резко встать и залепить тарелкой с остатками второго в стену. Еще и компот следом отправить. Хоть немного жизнь его такую «правильную» разрушить!

Говна кусок! Обманул! Он меня нагнул и ласково поимел во все дыры, а я ему еще спасибо сказал с улыбкой до ушей!

Какой же мудак…твою мать…какой же я конченый придурок…

Новая информация и новое понимание мира вызывает неконтролируемые вспышки.

Я начинаю смеяться. Тихо, потом, не в состоянии держать децибелы на уровне, закрываю лицо руками и ржу уже в голос. Над чем? Логичный вопрос. Ответ тоже, казалось бы, логичный, но нет. Не из-за Яна. Из-за себя самого.

Дебила, который прощелкал свое счастье из-за галимого договора, который никто, кроме меня, сдерживать и не собирался.

Однако это больно.

Серьезно.

Мне также больно было, когда я узнал, что он ей предложение сделал, и она сказала «да». Бухать хотелось, что я, собственно, и сделал, а еще украсть ее хотелось и увести подальше.

Потому что кроет меня от нее! До сих пор! Понимаете?! Дело не в том, что я ее «упустил», и что она «одна от меня ускользнула» — в другом. Я испытываю к Нике сильные чувства. Настоящие. Поэтому стараюсь избегать. Все эти десять, гребаных лет. Ведь Хрусталев мой лучший друг, а жены даже обычных друзей — табу.

А тут вон оно как, да? Прекрасно...

- Миш? - звучит тихий голосок, - Все...в порядке?

О, все просто прекрасно, девочка. Все просто великолепно! Только что я понял, как легко меня обвести вокруг пальца. Шутка века! Все думают, что у меня чести нет, да? Бабник. Бессовестный мудак, который использует девчонок и живет черти как. А рядом он — вечно весь в белом! Принц на пресловутом коне! А у самого душа темнее помойной ямы. И мало того….МАЛО, СУКА, ТОГО…что ты, Хрусталев, отнял у меня возможность быть с девушкой, которая мне так понравилась, обманул меня, воспользовавшись слабыми местами так ловко, так еще теперь изменять ей вздумал?! В открытую?!

Хер тебе.

Ясно?!

Ты пожалеешь!

Отнимаю руки от лица, сам улыбаюсь, на нее открыто смотрю.

Обещаю, малышка, все очень скоро изменится.

- Не бери в голову, Ник, так…над памятью своей куриной смеюсь.

Ника не верит, но это сейчас не главное. Как ей рассказать о глупом договоре, не упоминая своих чувств дебильных, я без понятия, поэтому решаю пока умолчать. Вместо того выдвигаю предложение…

- Ты хочешь вернуть своего мужа?

Девочка замирает.

Я вижу в ее глазах больной блеск, который по мне бьет тоже больно, но что поделать? Ты сам, придурок, виноват. Если бы тогда в гонку включился, если бы не повелся, все могло сложиться иначе. Теперь переиграем. Теперь я включусь в гонку и предложу ей другой вариант. Не прямо, конечно же, Ника — верная до мозга костей. Тут аккуратно надо. Так, чтобы и не поняла. Но на этот раз я дам ей выбор, которого когда-то ее лишили. И меня лишили.

Правильно, Хрусталев, расставляй приоритеты правильно, и ты, черт возьми, их расставил верно. Для меня, конечно же, да еще и добро дал? Ха! Зря. Ой как зря.

На этот раз я своего не упущу, и когда она кивает, улыбаюсь плотоядно.

- Я тебе помогу. Если ты, конечно, готова…

Ян

Я чувствую такое дикое волнение, пока веду машину, что аж пальцы колет. Стараюсь избавиться, стискивая руль посильнее, но черт! Разве это возможно?! Я чувствую ее запах, и меня от него туманит.

По всем фронтам туманит.

Ирина…Ирочка…моя первая любовь.

Она всегда пахла вот так: цветы и порок, порок и цветы.

Я помню, как впервые ее увидел в универе. Она сидела рядом с деканатом на скамейке, читала какой-то бабский журнал и медленно накручивала прядь волос на палец.

Шендарахнуло знатно.

Если вас когда-нибудь били под дых — сразу поймете. Солнечное сплетение в кулак сдавило, внутренности перекрутило, а смотришь-смотришь-смотришь. Я не мог оторвать от нее взгляда, будто заклинило что-то в мозгу…

Когда-то…

Каждое ее движение — чистый соблазн, а пышная грудь в топике без лямок и короткая юбочка, облегающая тугие бедра — и подавно. Я с расстояния чувствую, как меня тянет к ней на буксире. Даже не знал, что так бывает — хочется все послать к черту и бежать на край света, лишь бы хоть на мгновение коснуться молочной кожи.

- Ты че встал?! - Сахаров пихает меня локтем, - Пошли уже! Я жрать хочу!

Да какой жрать?! Если я пошевелиться не могу, чертов ты придурок!

- Хрусталев, прием! - снова влезает в мои фантазии, как варвар, махая перед лицом пятерней.

Бесит.

Я морщусь и дергаю плечом, чтобы отвалил на хер, потом шиплю.

- Иди один, я не хочу.

Куда там?

У Миши нюх на такие дела, поэтому достаточно быстро, проследив за моим взглядом, он все понимает.

Закидывает на меня лапу и улыбается во весь рот зверюга.

- Ооо…малыш, ты что…меня бросаешь?

Придурок.

Отталкиваю от себя, потом сразу ершусь. Не нравится мне его взгляд!

- Тебе что за дело?! Иди уже!

- А ничего такая…

Вот! Вот оно! Говорил же!

Внутри все на дыбы. Я на Мишу, как на врага сразу, подхожу ближе и шиплю.

- Даже не вздумай!

- Не вздумай «что»? - хлопает глазами, хотя прекрасно, твою мать, знает «ЧТО».

Ввалится сейчас и все похерит, как только он умеет. Бабы на него вешаются гроздьями, как будто он как минимум, Ален Делон! А то как же! И все равно рисковать мне не хочется от слова «совсем». Я упираю палец ему в грудь и рычу:

- Даже. Не. Вздумай.

Миша начинает психовать.

Он тоже принимает боевую стойку. Плечи расправляет, взгляд у него тяжелеет, и голос падает.

- А то что?!

Черт. Черт! Хрусталев, ты просто кретин! Очевидно же, что у него моментально все низменные инстинкты сработали. Наше дитятко конкуренцию воспринимает, как личный вызов. Плюс — запретный плод что? Сладок. А по носу меня щелкнуть? Это только в радость, хлебом не корми. Как говорится, пару сотен плюсов к личной карме и самооценке.

Нет, так дело не пойдет. Хитростью надо.

Я пару мгновений еще смотрю на него жестко, но потом смягчаюсь и цыкаю.

- Правило помнишь?

- Ты серьезно? Эту