Искаженный хаос - Шейн Роуз

Кейд вздохнул и потер глаза.

– Иззи, у меня нет времени болтать с тобой. Эта информация секретна, и я не могу позволить кому-то увидеть ее.

Я кивнула и постаралась не обращать внимания на то, как жалили эти слова. Ничего особенного, но я прекрасно понимала, что кто-то может не доверять мне из-за моего прошлого.

– Хорошо, – протянула я. – Если честность поможет доказать свою надежность, я попробую. Меня бросил парень, поэтому нет настроения праздновать. Я устала и хочу работать, а не веселиться. Честно говоря, мне вообще не стоит принимать участие в подобных мероприятиях.

Кейд выпрямился и повернулся ко мне лицом.

– О чем ты?

– Да, мы с Лукасом не пили алкоголь, но…

– Кто-то употребляет наркотики? Лукас держится примерно год и…

– Откуда ты знаешь? – выпалила я, сбитая с толку его осведомленностью и прозвучавшей в голосе обеспокоенностью.

Он прочистил горло.

– Иззи, я знаю все о людях, которые работают на меня.

– Нет, никто не занимается ничем противозаконным. – Я не хотела, чтобы у других были проблемы, ведь для этого не было причин. – С Лукасом все нормально, он бы признался, если бы что-то было не так. Но я знаю, что вечеринки могут послужить своего рода триггером…

Кейд оторвался от созерцания экрана ноутбука и захлопнул его.

– Тогда для нашей команды вечеринка окончена.

– Нет, – возразила я, наблюдая за ним. Почему он переживал по поводу того, все ли нормально с Лукасом или со мной. – Ничего хорошего из этого не выйдет. Просто… Я вернулась сюда работать. Здесь мне комфортнее.

– Иззи, ты только и делаешь, что работаешь. – Он закатил глаза, словно это было плохо.

– Откуда тебе знать? – прищурилась я. – Ты что, следишь за офисом?

Кейд не стал отрицать мое предположение.

– Я наблюдаю за всеми своими командами.

– Учитывая, чем ты занимался последний год, вряд ли у тебя хватает времени на контроль за всеми нами.

Всем было известно, что он предотвратил ядерную войну, проникая в системы противников и сдерживая их.

– Мне тоже нравится работать, Иззи. Я босс. Моя работа – руководить тобой.

– Лишь потому, что ты не доверяешь таким, как я, управлять другими сотрудниками, – проворчала я, понимая, что сейчас не время и не место обсуждать этот вопрос. Спустя полгода моей работы здесь, Джуда сообщил, что Кейд отметил в моем деле: пройдет не менее двух лет, прежде чем он рассмотрит возможность повышения меня в должности.

– Ты не готова. Ты даже не смогла нормально справиться с разрывом. – Он заявил это так, будто все было очевидно, и махнул рукой в сторону двери. – Лучше пойду на вечеринку, только бы нам не пришлось продолжать вот это все.

– Что все? Общаться как нормальные люди? – Я фыркнула и потопала к двери, а он последовал за мной. Однажды ему придется придумать другое оправдание, чтобы отказывать мне в продвижении. – Честно говоря, даже если мой парень оказался мудаком, и теперь его машина требует покраски, за год работы я доказала, что мне можно доверять.

– Вообще-то, в первые пару лет работы на правительство ты несколько раз промахнулась, – тихо заметил он, когда мы оказались в темном коридоре. – Не стоит забывать об этом.

Мою сестру-близнеца похитили, потому что приняли за меня. Я повела себя беспечно и не убедилась, что она в безопасности. Мне хотелось закричать от досады, что он заговорил об этом.

– Технически, тогда я работала не на тебя. Кроме того, в итоге все закончилось хорошо.

– И мне все равно пришлось наблюдать за крушением поезда.

Мне не нравилось, что он был осведомлен о моей работе под прикрытием, ведь тогда все было далеко не безупречно. Но в начале все совершают ошибки.

– Тогда я только начинала, и в итоге с Лайлой все хорошо, – парировала я.

– Не благодаря тебе.

Я шокировано открыла рот.

– У тебя хватает наглости утверждать, что я не сделала все…

– Ты вела себя как ребенок и пыталась сделать себе имя. К тому же не уважала закон, не осознавала опасность собственной работы и как рисковали люди, которых ты втягивала в свои дела.

Он был прав. Я пыталась в одиночку покончить с перевозкой наркотиков. У меня были на то свои причины, и я хотела доказать свою правоту.

Я повела себя глупо и понимала это.

Но точно не собиралась признаваться в этом Кейду.

– Моя сестра-близнец истекала кровью у меня на руках, как считаешь, я извлекла урок из своей неопытности и непредусмотрительности? – Я внимательно посмотрела на Кейда. На этот раз он не стал толкать меня к стене. Вместо этого я сама надвигалась на него, подняв палец. – Никогда не говори мне, что я не уважаю людей, которых втянула в операцию. Я не просто уважаю их. Я их люблю. Лайла и Данте значат для меня все.

– Не сомневаюсь в этом, – хмыкнул он, словно намекая на что-то.

– И что ты хочешь этим сказать?

– Естественно ты запала на Данте. Ты поцеловала его.

– Мне нравилась идея о наличии его в моей жизни! – всплеснув руками, практически прокричала я. Я больше не злилась по этому поводу. И все же Кейду удавалось вытаскивать все те негативные эмоции, которые я с трудом контролировала. – Я уже все всем объяснила. Даже Лайле.

– И что конкретно это за идея, Иззи? Что вместо тебя Данте будет встречаться с тобой, а не с твоей сестрой?

Я провела рукой по лицу, злясь из-за того, что сама позволила ему подначивать меня. Ведь знала, что он поведет себя таким образом, и все равно не могла сдержаться.

– Это случилось давно! И, если хочешь знать, Данте не только был нашим соседом, но и моим другом. Другом, которого у меня никогда не было. Я дружила с парнями, но они или пытались переспать со мной, или напоить, или заставить попробовать наркотики. Им нравилось, когда я становилась дикой. Но когда у меня случились проблемы, Данте оказался единственным, кто не исчез и продолжил верить в меня. Он был моим другом.

Скрестив руки на груди, Кейд смотрел на меня. Я дала ему секунду на ответный выпад, но он молчал, будто ждал, когда я продолжу свою исповедь.

– Он благосклонно отнесся ко мне. Дал мне шанс. Так что да, я поцеловала его. Признаю, я поступила охрененно глупо и предала доверие сестры. Данте был настоящим другом, тогда как большинство вело себя как мудаки, я была очарована таким контрастом. А потом увлеклась… – Я замолчала, едва не признавшись в том,