Как не сдохнуть в любовном романе - Марина Орлова

Мужик взвыл, схватившись руками за разбитый нос, но и я останавливаться не намеревалась. То, что он не свалился после подобного удара, говорило лишь о том, что черепушка у него довольно крепкая и придется потрудиться, чтобы свалить его с ног. Для того, чтобы сбежать самой, хватило бы и этого отвлекающего маневра, но на земле все еще была беззащитная девушка, от которой избавятся в первую очередь, как от важного свидетеля, стоит мне только скрыться, чтобы позвать на помощь.

Придется защищать не только себя, но и ее. А для этого нужно потрудиться. Заряда артефакта хватит примерно на пять усиленных атак, после чего он ничем не будет отличаться от обычного кастета, пока его не подзарядить. Один удар я уже использовала и больше не могу бездумно разбазаривать драгоценные шансы на то, чтобы выбраться из этой передряги.

Давать мужику время на то, чтобы прийти в себя, я не стала, и после первого удара продолжила атаку, тщательно продумывая какие из болевых точек поразить. Как уже выяснилось, черепушка у противника довольно крепкая. Потому на нее потребуется еще два-три удара, при условии, что я попаду точно в цель, в чем не могу быть уверена. Однако сейчас лицо мужчина закрыл, потому придется заставить его раскрыться.

Как ни посмотри, но придется потратить один удар на корпус. Рванула для очередной атаки, целясь в солнечное сплетение, но тут эта тварь решила среагировать и пустила вокруг себя дугой атакующую магию. Вместо удара пришлось стремительно уклоняться и откатываться в сторону. Этого времени противнику хватило, чтобы слегка прийти в себя. Он убрал от окровавленного лица руки и даже в предрассветных сумерках я ощутила убийственный взгляд мужчины, поняв, что тот больше не будет стараться меня просто вырубить.

Что же, разозлить я его умудрилась, но время потеряла, потому придется вновь ждать подходящего момента для удара, когда он откроется достаточно для атаки. Я не могу позволить себе расточительность, как и игру вдолгую. С прежним телом я бы не сомневалась в своей выносливости, выматывая противника постепенно, пока тот не выбьется из сил. Но сейчас очевидно, что первая, кто сдохнет – это я.

Мужчина вновь поднял руку, на которой заискрилась магия, а я присела, досадуя на то, что левая рука онемела и не слушалась, что ослабляло мою ловкость и скорость. Можно было бы попробовать заломить ему руку, применив захват, но с его телосложением не уверена, что смогу его скрутить и удержать. Я могла бы воспользоваться неожиданностью, но, если он проявит хоть толику сопротивления в процессе захвата, вывернется без труда, а я лишь подставлюсь под удар. Нет, если не достает уверенности, лучше даже не пытаться и держать дистанцию. Сейчас бы очень пригодилось оружие для дальнего боя типа метательных ножей или пистолета. Но увы, метание для меня пока недоступно, а про огнестрел в этом мире и не слышали.

– Если выберусь живой, то заставлю это тело подыхать на тренировках, – тихо пообещала я себе, внимательно следя за противником, чтобы в следующую секунду вновь поднырнуть под пущенное в меня заклинание. Понаблюдав за мужчиной, я поняла, что хоть он и массивный, но неповоротливый, и после каждого замаха очень медленно возвращается в стойку, а на «перезаряд магии» требуется несколько секунд.

Чтобы держать баланс ему приходится очень широко расставлять ноги, что автоматически ослабляет его защиту от тех, кто не брезгует подлыми атаками. Я себя никогда не приписывала к благородным воителям, о чем родители всегда переживали еще с моего детства, когда я, мелкая и тщедушная девчонка, держала в страхе всех дворовых мальчишек, что смели смотреть на меня свысока и задирать. По этой же причине родители очень дозированно позволяли мне общаться с тем самым дедушкой, который и показывал мне все болевые точки, чем я пользовалась с благодарностью. Зато ни одна тварь малолетняя не смела смотреть на меня свысока после нескольких драк, где те рисковали остаться евнухами.

С моим телосложением и хилым здоровьем только так я и могла защищаться. До тех пор, пока, не смирившись, родители не отдали меня в секцию единоборств, чтобы, по крайней мере, искоренить во мне жажду подлых драк. Так и вышло, по мере обучения я становилась сильнее и выносливее и могла защититься, не прибегая к подлым ударам, но про учения деда не забывала. Тем более, он был прав, и когда поступила в военную академию, то старые знания мне сильно пригодились. Ведь в реальном бою, когда на кону стоит твоя жизнь, лишь полный дурак будет придерживаться кодекса чести.

А потому…

Широко и зло улыбнулась, услышав, как захрипел противник, согнувшись так, точно я не ударила, а сразу оторвала его «сокровище».

– Это два, – кровожадно оскалившись, посчитала я удар. Выпрямилась на ногах и взяла разгон, подпрыгнула, оттолкнулась от ближайшего ствола и выкрикнула: – Сверху! – вспоминала я еще один подлый трюк, которому обучил меня дед. Неподготовленный и сбитый с толку человек, чисто на рефлексах повернется туда, откуда ожидает нападения. Потому, оглушенный болью мужчина, как только я выкрикнула, поднял лицо, чем я воспользовалась и с наскока обрушила кастет по его скуле. – Это три, – приземлилась я недалеко от упавшего мужчины и вновь уклонилась от магической атаки. В последний момент, так как недооценила противника, не ожидая, что после таких ударов он вообще будет в сознании. Еще и сопротивляться силы есть!

– У тебя башка что, чугунная, что ли? – начала я злиться, так как у меня осталось лишь два удара, а валяющаяся рядом девушка даже и не думала приходить в себя, чтобы хоть на ногах стоять. Так мы с ней далеко не убежим...

Понимая, что от ее участи меня отделяет лишь два удара, я села на мужчину сверху и замахнулась.

То ли мужчины в этом мире очень скромные, то ли не ожидал от меня такой нескромности, но мне почудилось, что от новой позы противник смутился, смотря на меня так, точно я его невинности лишить намеревалась.

Потому, разбив его влажные мечты вместе с носом, нанесла четвертый удар.

– Да вырубись ты уже! – рычала я, наблюдая как мужик харкает кровью, которая хлынула в его глотку из сломанного носа и замахнулась вновь. Пятый удар. Единственный шанс – попасть опять в нос, который и без того уже знатно пострадал.

Но стоило об этом только подумать, уже в момент удара, когда кулак летел в лицо противника, тот перехватил