Блажь - Алена Февраль

Я путалась и никак не могла ясно выразить свои мысли, а Максим всё так же продолжал молчать. Только сжатые челюсти и слегка прищуренные глаза хоть как то выдавали его реакцию.

— Ну и молчи. Молчи и радуйся. Больше я к тебе не приду, меня выгнали за омерзительное поведение. Так что давай, празднуй. Могу из процедурки и спирта тебе отлить. Фиг ли, такое событие намечается — прилипала от тебя отстанет.

Я подняла с пола рубашку и двинулась к выходу.

— А её я все-таки заберу. Мне надо… взамен новую куплю, не переживай. Ещё и в плюсе останешься.

На пороге я не сдержалась. Развернувшись на носках туфель, я подбежала к Максиму и встала к нему вплотную.

— Я не о чем не жалею, ясно. Пусть я тебе и не приятна и всё такое, но я видела и не раз, что ты хотел меня. Не смотря на твои оправдания, эта мысль греет мне душу.

С документами я провозилась до одиннадцати вечера. Бессонная ночь и мысли о Максиме никак не давали мне сосредоточиться. Поэтому, когда последний журнал был заполнен, я навалилась на стол и сразу же забылась в беспокойном сне.

Разбудило меня какое-то жужжание, я даже сразу не смогла понять откуда идёт звук. Потом взглянула на больничный браслет, который я вечером сняла с руки, и обомлела. Сигнал подавала палата номер десять.

Я резко подскочила со стула, чуть не уронив его, и на полных парусах помчалась к Максиму. Без стука я влетела в палату и увидела Васильева, который сидел на кровати.

Подбежав к нему, я встала на колени и обеспокоенно зашептала.

— Тебе плохо? Болит что-то?

Максим посмотрел на меня сверху вниз, а затем вдруг резко потянул на себя. От неожиданности я замерла, а в следующую секунду уже была повалена на кровать. Мужчина тут же навалился сверху и впечатал моё тело в матрас.

Его руки стали быстро задирать халат, а глаза неотрывно вглядывались в моё лицо. Вначале я немного растерялась от такого напора. Но вскоре мое существо стало наполняться безграничной радостью и счастьем. Расплывшись в победной улыбке, я потянулась к губам Максима, но он сразу же отстранился от меня и уткнулся носом в подушку. Я попробовала приобнять его, но и тут мои руки были грубо отброшены в сторону.

— Я хочу ласкать тебя, — дрожащими губами прошептала ему на ухо.

Он не ответил, а его руки стали довольно грубо стаскивать с меня трусики. Когда они были сняты, он больно сжал мои ягодицы и приподнял их вверх, чтобы подложить под по попу небольшую подушку. В его движениях были грубость, бешеное нетерпение и сильно расстроивало меня, но я не решалась сопротивляться. Я же сама этого хотела.

Прижавшись носом к его шее, я попыталась расслабиться и полностью подчиниться его воли. Когда мои губы стали покрывать его шею поцелуями, Максим вновь быстро отстранился.

Васильев грубо ухватил меня за шею и глядя мне в глаза, хрипло проговорил.

— Ты хотела секса, вот тебе секс. Но это будет голый секс без ласк, поцелуев и объятий. Мне надо справить нужду, а тебе наконец успокоиться и трезво взглянуть на вещи. Так что лежи смирно и не трепыхайся. Думаю, что всё очень скоро закончится.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍

Глава 22

Боль!

Это первое, что я почувствовала после его слов. И хотя молодой человек неоднократно давал понять, что я ему безразлична и даже противна, но мне так сильно хотелось верить в то, что он мог поменять своё мнение. Но… всё оставалось по прежнему. Как он мне сказал — «справить нужду». Эти слова впечатались в сознание и меня накрыло волной боли и разочарования.

Все действия Васильева были стремительны и полностью лишены эмоций. Он вёл себя как животное перед случкой с первой попавшейся самкой. Было так тяжело осознавать это. Вроде я должна радоваться — сама этого добивалась, но сердце никак не принимало такое обидное безразличие с его стороны.

Максим, тем временем, стянул с себя трико и я сразу же почувствовала горячее прикосновение между ног. От неожиданности я дернулась и скатилась с подушки, которую он подложил мне под ягодицы. Молодой человек быстро перехватил меня за талию и возвратил на место. Я вновь ощутила горячее прикосновение его члена, а затем он резко, без подготовки, вошел в меня на всю длину.

Сказать, что мне было больно — это ничего не сказать. В последний момент я прикусила губу, чтобы наружу не вырвался крик боли и отчаяния. Внизу живота всё горело и пылало, а Максим, ни на что не обращая внимания, быстрыми и размашистыми толчками вдалбливался в меня. Каждое его такое движение причиняло всё новую волну боли. Мне казалось, что огненный шампур пронизывает меня насквозь, разрывая низ живота на части.

Искусав в кровь губы, я прикрыла веки и стала ждать окончания такой желанной мной когда-то близости. Этот первый раз я надолго запомню и больше никогда не буду стремиться к этой пытке.

Движения Максима стали ускоряться, а дыхание стало рваным и хриплым. Я приоткрыла глаза и в упор посмотрела на молодого человека. Его взгляд был направлен в область моего плеча, а губы были слегка приоткрыты. Сейчас его лицо выглядело таким напряжённым и… злым. Это была именно злость. Но почему?

Вдруг он навалился на меня всей своей тяжестью и хрипло выпустил воздух из легких. Именно в эту секунду, я почувствовала как что-то горячее постепенно заполняет меня изнутри. Так необычны были эти ощущения…

Молодой человек замер, а его учащённое сердцебиение я почувствовала так остро, словно своё. Я склонила голову набок и ещё раз взглянула на Максима. Сейчас его лицо было полностью расслабленным, веки были прикрыты, а на лбу появились капли пота.

Я не могла объяснить свои эмоции, но меня вновь накрыло волной нежности к молодому человеку. Вся боль и неприятные ощущения сразу отошли на второй план, я так была счастлива, что ему было хорошо сейчас, а главное — именно моё тело подарило ему эти ощущения. Эти эмоции не объяснимы, но я так чувствовала.

Я потянулась к нему и потерлась щекой об его жёсткую щетину. Так хотелось его поцеловать, но он конечно не позволит. Ну и пусть, мне и этих прикосновений пока будет достаточно.