Ты меня променял - Лена Голд

— Черт, — сажусь, потирая лицо.

Мне срочно необходим душ, переодеться и ехать на работу. Взяв телефон, набираю сообщение своей секретарше: «Ольга, отмени все встречи раньше одиннадцати, если они есть. Будем на связи».

«Хорошо. Встреча одна, небольшой заказ. Могу клиента отправить к Вере Ивановне», — моментально приходит ответ.

Отлично, с работой разобралась. Жаль, что так просто нельзя решить вопрос собственной жизни. Слышу шаги на лестнице и поднимаю голову. Евгений тоже ранняя пташка, оказывается, несмотря на то, что работал полночи.

— Доброе утро, — говорит он. — Кофе?

— Эм… — выдаю я. — Может, ты для начала оденешься? Доброе, — вспоминаю о вежливости.

Нет, ну неудивительно, что я растерялась. Я понимаю, может, он привык щеголять в одних шортах, все-таки в собственном доме позволительно. Но сейчас-то Карельский здесь не один. Или ему не знакомы правила приличия?

«Черт, Эмилия, прекрати об этом думать, — одергиваю себя. — Вообще не должно быть до этого никакого дела».

— Ванная там, — указывает Евгений рукой мне за спину, словно не услышал, что я сказала. — Полотенце в шкафчике. Остальное на видных местах.

Душ немного приводит в чувство, а кофе завершает это дело. Я старательно не смотрю на Карельского, который так и не удосужился одеться. Мы молчим, каждый уткнувшись в свой телефон. Да, жизнь продолжается, и работу никто не отменял.

Наконец я беру с барной стойки ключи от машины.

— Спасибо за гостеприимство, — говорю.

— Не за что, — улыбается Евгений. — Подожди пару минут, вместе спустимся.

Хочу возразить, но, кажется, это был не вопрос. Карельский уходит наверх, но возвращается действительно быстро. Я вздергиваю брови.

— Ты же не на работу собрался? — зачем-то уточняю, хотя это снова не мое дело.

— На пробежку. Знаешь, очень хорошо прочищает мозги и помогает поддерживать форму.

«Это заметно, что с формой все в порядке», — едва не говорю вслух и тут же мысленно шлепаю себя по губам.

Мы спускаемся, и, попрощавшись, я еду домой. Домой, блин… Лучше сказать — в квартиру, где я жила с мужем. И только вхожу внутрь, как меня будто что-то душить начинает.

— Ой, а вы что-то забыли?

Роняю ключи, услышав голос Лидии Васильевны, которая приходит к нам убирать несколько раз в неделю. Я совсем о ней забыла.

— Доброе утро, — киваю ей, посмотрев в сторону дверей гостиной, где женщина стоит с тряпкой в руках. — А у вас сегодня много работы? — приходит мне в голову неожиданная идея.

Я понимаю, что не могу находиться здесь — задохнусь. И Лидия Васильевна сейчас для меня может стать спасательным кругом.

— Сегодня я только у вас, — отвечает она.

— Тогда у меня к вам предложение, — говорю, не проходя дальше коридора. — Соберите все мои вещи, вызовите перевозку. Я сброшу вам в смс адрес, куда отвезти. И поезжайте тоже туда. Там никто не живет, это дом моего отца. Уборку там проводят, конечно, но не так часто, может, надо будет пыль протереть, воду включить, электроприборы. А сюда… больше не возвращайтесь.

— Эмилия, а… — жалость пробегает в глазах Лидии Васильевны, она все понимает.

— Вы согласны? — спрашиваю, желая скорее покинуть эту квартиру.

— Конечно, — кивает женщина. — То есть уборку можно не заканчивать?

— К черту уборку, — отмахиваюсь я. — Только принесите мне какой-нибудь костюм офисный, я поеду на работе переоденусь.

Лидия Васильевна приносит мне одежду и желает хорошего дня. А я, только ступив за порог, снова наконец-то дышу. Только психоза мне не хватало для полного счастья…

Но ничего. Стоит помнить мудрость царя Соломона. Все проходит, и это пройдет.

Глава 11

До обеда время проходит в обычном режиме. Несмотря на то, что зам занялась всеми делами, почта перегружена. И всем надо ответить.

Но вот принимать никого не хочу. Кажется, у меня на лице написано, что на разговоры я сейчас не настроена. И Ольга это увидела уже с утра — я слышала, как она отвадила тех, кто пытался пробиться ко мне.

Все письма просмотрены, ответы дала. И только закрываю ноутбук, как мне приходит сообщение: «Вещи собрала, перевозку вызвала». Лидия Васильевна все делает на совесть. Поэтому я ее и выбрала.

Телефон начинает верещать, и, посмотрев на экран, я в первую очередь выдыхаю. Все-таки не зря говорят, что родители все чувствуют. И пусть созваниваться пару раз в неделю — это за правило, но сейчас, глядя на мамин звонок, я понимаю, что скрыть от нее ничего не смогу.

— Да, мамуль, — улыбаюсь в камеру. — Как дела? Что у вас нового?

— Что-то ты меня с места в карьер начинаешь забрасывать вопросами, Эмилия. Все хорошо?

Мама ведет себя как обычно, но я тоже ее чувствую. Вижу, даже через экран ощущаю, что что-то не так. Как и она меня. Если я начинаю заваливать вопросами, то не хочу говорить о себе.

— А как у вас, мам?

— Все хорошо, дорогая, — мама улыбается натянуто. — Что-то до Эмина сегодня не смогла дозвониться.

— Я его видела пару дней назад, — о брате говорить проще, я даже расслабляюсь. — Наверное, на учебе. Ты не волнуйся, мам, с ним все хорошо.

— Не волнуюсь тогда, раз ты говоришь, что все хорошо.

— Мам, а где папа? — спрашиваю, потому что сейчас мне не хватает его уверенности. — Обычно вы вместе звоните.

— Он немного занят, — и снова эта натянутая улыбка, которая мне совершенно не нравится.

— Мама? — уже серьезнее произношу. — Я же вижу, что что-то не так.

— Эмилия, ты только не волнуйся, — говорит мама, а у меня в голове сразу проносятся самые ужасные мысли. — Папа на обследовании в больнице.

— Что с ним? — сжимаю кулаки под столом, понимая, что моя паника сейчас маме никак не поможет.

— Дорогая, все хорошо. Простыл и работал при этом, ты же его знаешь, вот немного на