Закрытый город - Лаура Сослановна Ходова

Я вернулась в комнату и застала там Дрейка. Он сидел в кресле и выглядел очень задумчивым. Увидев меня, он резко поднялся и шагнул ко мне.

–Отойди, – зашипела я, –не приближайся, иначе я тебя убью!

Дрейк отшатнулся, как от удара.

–У меня не было другого выхода. Я должен был поступить так, как поступил, – голос его был тих и спокоен, протянутая ко мне рука застыла в нерешительности.

–Ты был готов убить его! Единственного близкого мне человека! – кричала я, чувствуя, как покалывают от напряжения все мышцы лица. Прошедшее время никак не смягчило гнева и боли в груди. Никакие физические упражнения не помогли.

–Если выбирать между ним и тобой, то для меня выбор очевиден, – бесстрастно ответил Дрейк, и я поняла, что он говорил правду. Свою собственную суровую правду, и я не могу его судить.

Дрейк один шагом покрыл без того короткую дистанцию между нами, и не дав мне возразить, прижал к груди, прошептав короткое "Прости". Резким движением я вырвалась из крепкий объятий Дрейка, и принялась собирать вещи.

–Я буду жить в корпусе, вместе со всеми, – от удивления глаза Дрейка полезли на лоб, но быстро овладев собой, он уставился на меня грозным взглядом.

–Я тебе не позволю, – отчеканил капитан, не повышая голоса, оно от чего –то внутри все съежилось.

–Мне не нужно твое разрешение, – мои слова ранили его, я почувствовала.

–Они варвары, дикари, тебе нельзя среди них находиться!

–Выбора нет! Ты не сможешь вечность меня тут прятать! Рано или поздно, Кейн обо всем прознает, и ты пострадаешь, я этого не хочу, в противном случае, тебе следовало пристрелить меня еще, тогда у ночного клуба.

Чувствуя мою решимость, Дрейк сдался, и не потому что у него не хватило сил меня переубедить, а потому что он знал и понимал, что я права. Служба черновым это суровый труд, который требует не только выдержки физической, но и работы с напарниками, а отсиживаясь в комнате капитана, я вряд ли заслужу их доверие. Мне вполне достаточно одного врага. Иметь в неприятелях целый корпус черновых мне не хотелось. К тому же, если я не дам им шанс показать себя, то они имеют полное право не принимать меня в качестве товарища.

–Тебе придется жить в казарме, с остальными, – лишенным выразительности голосом сказал Дрейк, – я дам распоряжение, к тебе не притронутся. Ты выходишь в рейд во вторую смену, через день. В свободное от службы время можешь проводить по своему усмотрению, но к комендантскому часу ты должна быть на территории академии. Исключением являются случаи твоего ночного патрулирования города.

Я стояла с открытым ртом. Не то чтобы я этого не ожидала, напротив, я усиленно к этому готовилась, но не думала, что все случиться так быстро. Металл в голосе Дрейка только усугубил ситуацию и без того малоприятную.

–А что же ты? Что с нами будет? – не скрывая отчаяния спросила я.

–Все будет по –прежнему, но…

–Что «но»? Ты – капитан, я – солдат? Так? – звенящим от напряжения голосом спросила я.

–Нет, – выдохнул Дрейк и порывисто подошел ко мне.

Его руки моментально стиснули мое лицо, губы впились в мои, и я уже не соображала что происходит. Напряженность последних дней сошла на «нет», я была его, а он мой. Мне казалось, что за последние недели я стала сильнее, не только физически, но и морально. Нет, стоило мне увидеть Дрейка, стоило ему прикоснуться ко мне, и я сразу становилась как мягкий пластилин – податливая, послушная, безвольная. Уставшее тело мгновенно расслабилось, отвечало на каждое прикосновение. Руки Дрейка скользнули под камуфляжную майку, и накрыли мою грудь, о существовании которой я забывала время от времени. Стянув одежду, мы остались абсолютно обнаженными, я прикрыла грудь, но Дрейк убрал мои руки и завел их мне за спину. Я была на голову ниже чем он, поэтому чтобы снова смотреть в его глаза мне пришлось запрокинуть голову.

Между нами было такое напряжение, что на секунду мне показалось, что воздух вокруг потрескивает. Дрейк взял меня за руку и отвел в мою спальню, аккуратно уложил на кровать и на секунду остановился.

–Хочешь? – спросил он.

–Да, – хриплым от страха и возбуждения голосом сказала я.

Уставшие и обессиленные мы лежали на моей постели и прижимались друг к другу, словно это был последний день нашей жизни, и в какой –то мере он им и был. Мне предстояло жить отдельно, проводить свои дни и ночи в другом месте. После всего, что произошло, это казалось мне невозможным, но тем не менее необходимым. Моя решимость стремительно таяла, я сделав просто неимоверное усилие я встала с постели.

–Стой, не уходи, – сонно пробормотал Дрейк, потирая глаза и вставая с кровати. Он был великолепен, красив, и невероятно печален.

–Я в душ, и тут же вернусь, – тихо сказала я, и медленно, растягивая каждое мгновение, отправилась в ванну.

Опустившись на пол белоснежной ванны, я закрыла лицо руками, я тихо –тихо заплакала. Ну почему все именно так? В глубине души я знала ответ – все, что ни происходит с нами, все результат наших действий и поступков. Я сама решила уйти от Дрейка, решила оставить его. Нужно следовать выбранным линиям жизни. Перед тем как вступить под горячий каскад воды, я в последней раз вдохнула запах своей кожи. Он собственно был уже не мой, а Дрейка. Его неповторимый слегка пряный запах пленил меня, и теперь я узнаю его из тысячи других. Вскоре меня будут окружать совсем другие запахи и далеко не такие приятные, поэтому я старалась изо всех сил запомнить и сохранить его в памяти.

Когда я вышла, Дрейк уже был полностью одет, и сидел за столом, разбирая какие –то бумаги. Я прошлепала мимо него босиком, и к счастью, он меня не остановил, потому что стоило нашим телам снова соприкоснуться и все снова бы повторилось. Я проследовала в свою комнату и быстро собрала вещи, оставив фото семьи на прежнем месте. Не хочу брать ее с собой. Не хочу, чтобы посторонние глаза смотрели на самое