Два зайца, три сосны - Екатерина Вильмонт

Я уже тащилась в пробке по Ленинградскому шоссе, когда позвонилМиклашевич. Я вдруг обрадовалась.

— Привет, ты где?

— Тащусь по Ленинградке.

— Сестрицу провожала?

— А ты откуда знаешь?

— Ой, как трудно догадаться! Ну, как прошла встреча?

— Сложно, даже очень…

— Слушай, Олеська, мне звонил мой заказчик, они сегоднялетят в Литву и приглашают нас с тобой. Полетим на денек-другой, посмотрим кактам и что, может, за этот дом и браться не стоит. Ты как?

— Ты про меня уже что-то сболтнул?

Да боже избави! Я просто сказал, что могу поехать сдекоратором, моей помощницей и все. Они обещали снять нам комнаты в частномпансионе неподалеку. Пансион, кстати, тоже на берегу озера, говорят там просторайские места.

— Мить, я поеду! Мне сейчас необходима встряска! А какс визами?

— Не проблема, дашь мне паспорт, я мигом все улажу. Утебя паспорт с собой?

— Нет, конечно.

— Ладно, тогда я выберу момент и заеду к тебе, заоднопогляжу, как ты устроилась. Ох, Олеська, покатаемся с тобой на лодке, помнишь,как мы катались по Оке?

— Нет, я забыла, но почему не покататься?

— Мы на лодочке катались золотисто-золотой… — напел он.

— Не надейся! — отрезала я.

— Надежда умирает последней, — засмеялся он.

— Митя, я предупреждала — чисто деловые отношения!

— Да на фиг ты мне сдалась! — вдруг взорвалсяон. — Деловые отношения — это все, что мне от тебя нужно, заруби это насвоем курносом носу. Так я заеду за паспортом!

Черт знает что! Я уже получила по носу… А зачем ты с нимопять связалась? Тебе мало было? Просто очень захотелось поехать в Литву,посмотреть на сельский дом на берегу озера, вспомнить прошлое… В конце концовМиклашевич просто разозлился на меня за то, что я его поставила на место, онэтого не любит, вот и взбеленился. Эта партия все равно осталась за мной.

И вполне удовлетворенная, я помчалась на рынок за цветами.Надо к его приходу максимально украсить свою квартиру.

Он позвонил нескоро, когда я уже решила, что он сегодня необъявится…

— Олеся, извини меня за несдержанность…

— А ты изменился, Миклашевич, раньше ты никогда неизвинялся, — засмеялась я.

— А я что говорю? Я изменился, и мы будем работать насовершенно новых основаниях. Когда я смогу заехать? Через полчаса удобно? Японимаю, уже поздно, но раньше я не мог… Зато тогда я завтра с самого утрасунусь в посольство.

— Хорошо, приезжай!

Интересно, он хоть с цветами приедет? Хотя зачем мне цветы?И, конечно, лезть ко мне он сегодня не будет, понимает, что тогда не видать емуни меня, ни моего брэнда. Я торжествовала. Главное в жизни уметь превратитьсвое поражение в победу, а я, похоже, этому научилась!

Он приехал, конечно, без цветов, и вид у него был усталый изамученный.

— О! — воскликнул он с порога. — Я не ошибся,приглашая тебя на этот проект, молодец, моя школа! Выжала из однокомнатнойквартиры все, что только возможно! И с фантазией… Этот зеленый цвет на первыйвзгляд шокирует, но на самом деле — это класс! Поздравляю себя с удачной идеей!Ты меня не посрамишь!

— Миклашевич, у тебя усталый вид, ты есть хочешь?

— Да нет, я так устал, что хочу уже только добраться додому. Давай паспорт, я завтра позвоню, пока, детка!

И он ушел.