Неукротимая Джо - Эмили Джордж

В пятницу с утра Джованна сидела и блаженно улыбалась, глядя на маленький рыжеволосый сгусток энергии, носившийся по кухне, блистающей никелем и белизной полотенец.

Дейрдре О'Райли родилась в Ирландии, получила образование во Франции и Италии, жила — жила везде. Художница и искусствовед, она то учила детишек правильно смешивать краски, то мчалась на раскопки куда-нибудь в Мексику, то понимала, что ей просто необходимо научиться расшивать кожаные кисеты бисером, для чего отправлялась в Северную Америку, одним словом, Дейрдре О'Райли никто и ни за что не дал бы ее шестидесяти пяти лет.

Семью Аверсано она знала достаточно хорошо и близко благодаря своей подруге Лукреции, но в данный момент являлась гостьей Джованны Кроу. Беспокойной и необыкновенно желанной гостьей.

— Доди, остановись хоть на мгновение, я не могу тебя рассмотреть.

— Котенок, я уже в том возрасте, когда рассматривать меня необязательно и даже вредно. В известный момент надо принимать ислам.

— Зачем?

— Они там носят чадру, очень гуманно по отношению к остальным.

— Перестань кокетничать. Ты осталась девчонкой.

— Что может быть хуже семидесятилетней девчонки? Только восьмидесятилетняя девчонка. Шучу. Почему у тебя глазки красные? Плакала?

— От радости, Доди. Я по тебе скучала.

— Я по тебе тоже. Зеркала, зеркала. Слишком много света. Значит, туры для начинающих художников и я в качестве рояля в кустах. «А вот совершенно случайно к нам приехала настоящая художница!» Что говорит его сиятельство?

— А почему Франко должен что-то говорить?

— Потому что это Франко.

— Он… ничего пока не знает.

Дейрдре затормозила и уставилась на Джованну с искренним восхищением,

— Ты ничего ему не сказала? Фантастика! И он не догадывается? Так ведь будет скандал. Может, пора?

— Думаешь, так легко все ему сказать…

— Конечно! Гораздо труднее все скрывать. Раз — и выложила все, как есть. Гора с плеч, камень с души.

— Это тебе. А я боюсь.

— Сейчас я заварю себе чай, ты сядешь рядом, все мне расскажешь, и мы вместе придумаем план действий. Из Лондона я привезла упоительный лимонный кекс.

Джованна вздохнула и начала рассказывать.

Дейрдре глубокомысленно кивала и отрезала от кекса все новые куски. Наконец она изрекла:

— Не вижу ничего пугающего в поведении юного Франко. Вы не заключали никакого соглашения, ты ничего не подписывала. Во всяком случае, никаких обязательств.

— Да, но я ознакомилась с обязательствами арендаторов. Там ясно указано, что никакой коммерческой деятельности на территории поместья вестись не должно.

— Ой, прям такая коммерция! Кстати, когда приезжают первые клиенты?

— Скоро. Меньше двух недель осталось. А тут еще новоселье…

— Детка, это же шикарно! Новоселье — это мой любимый праздник. Все радуются, подарки дарят… Вы что, поругались с мальчиком?

— Мальчику скоро сорок, и поругаться с ним осмелится только камикадзе. Нет, мы в хороших отношениях.

— Еще бы! Вы же старинные друзья.

— Да ну! Какая там дружба. Так…

— Не скромничай, малышка. Я-то помню, как Лу беспокоилась за тебя.

Джованна этого как раз не помнила. Вот смех тетки в ту проклятую ночь помнила. Лу прямо изнемогала от хохота и все повторяла: «Значит, перекинул через плечо и унес? Молодец!»

Сточки зрения Джованны, прошлой и нынешней, смешного в той истории не было ничего.

— Доди, это было десять лет назад. Все быльем поросло.