Будь моей мамой! - Алиса Квин

Вероника слушала девушку и улыбалась. Ей нравилась эта суетливая блондинка. Она привлекала своей непосредственностью и добротой. И пусть они только познакомились, но уже сейчас Ника чувствовала к ней тепло.

— Спасибо за поддержку! — от души поблагодарила она ее.

— Всегда, пожалуйста!

После этого разговора настроение немного поднялось. Кофе слегка взбодрил, придавая новые силы для работы.

К обеду дождь почти закончился. Даже робко стало проглядывать солнышко, словно извиняясь за свой прогул на этот день.

— Ты пойдешь на обед? — просила Наташа, когда настало время перерыва.

— Нет, — покачала головой Вероника, — я сегодня торможу страшно. Не успею все сделать до конца рабочего дня.

Наташа понимающе кивнула.

— Принесу тебе что-нибудь.

— Спасибо!

— Что, бессонная ночь? — ехидно поинтересовалась Галина, тоже собираясь выйти прогуляться.

Наташа сердито посмотрела на коллегу.

— Тебе то что?

— Мне ничего, — с деланным безразличием пожала та плечами, — лишь бы не пришлось потом доделывать ее работу всем нам. Ты ведь знаешь, что сейчас у нас будет большой и сложный проект. Надо все закончить.

— Не переживай, — холодно ответила Вероника, — у меня нет такой привычки — взваливать на кого-то свои дела.

Галина скептически скривилась и вышла из кабинета. Юля молча собралась и покинула помещение, а Наташа пообещала скоро вернуться и тоже упорхнула. Какое-то время Копылова сосредоточенно работала. Ей даже почти удалось выполнить, поставленную самой себе, норму. Что очень радовало и давало надежду уйти с работы вовремя.

Ее снова стало клонить в сон. Видимо действие кофе уже теряло свой эффект. Решив немного передохнуть, Вероника встала из-за стола, потянулась, все еще размышляя о той части проекта, который сейчас у нее был в работе. Казалось, что она что-то упускает, не продумала до конца, но что именно, так и не могла понять. Продолжая думать над этим, Копылова зашла в крошечную кухоньку, включила кофе-машину. По помещению поплыл горьковатый аромат бодрящего напитка. Девушка наблюдала, как наполняется ее чашка и задумчиво крутила ложечку в пальцах.

А что если… Она замерла. Вот оно! Тот самый кусочек пазла, которого ей так не хватало! Нужно срочно записать! Торопливо забрала чашечку из ниши в кофе-машине, насыпала ложечку сахара и поспешила назад на свое рабочее место. Но не успела она покинуть пределы кухоньки, как кто-то довольно сильно толкнул ее. Рука с кофе дрогнула и не успела Вероника понять, что произошло, как густой, черный, а главное горячий напиток плеснул прямо на нее. Основная часть попала на пиджак, но все равно испачкалась и ее белоснежная блузка.

Копылова взвизгнула от боли и неожиданности. Она стояла и потрясенно смотрела широко распахнутыми глазами на своего босса.

— Все в порядке? — участливо спросил он.

— Нет! Не все в порядке! — выдохнула девушка, — Мне больно!

Сама не понимала, почему так отреагировала. Обычно она довольно легко переносила боль. Предпочитала не жаловаться и справляться самостоятельно. Но сейчас, видимо, бессонная ночь и переживания за здоровье матери наложили свой отпечаток. А вид испорченной блузки добил окончательно. Слезы навернулись на глаза. Девушка быстро-быстро заморгала, прогоняя не прошеные эмоции.

— Простите меня, пожалуйста! — отмер Андрей Сергеевич, — Я не ожидал, что вы так внезапно появитесь. Мне очень жаль…

Жаль ему! Копылова расстроенно отметила, что еще и чашку разбила.

— Все нормально, — пробормотала Ника, опускаясь на корточки, чтобы собрать осколки с пола.

Однако ей не дали этого сделать. Сильные пальцы сжались чуть повыше локтя.

— Все уберут, — заверило начальство, — идемте со мной!

Он потащил за собой совершенно ошеломленную девушку.

— Раздевайтесь! — выдал Ильясов, закрывая дверь своего кабинета.

Вероника в ужасе смотрела на босса, прижимая руки к груди, судорожно стягивая лацканы пиджака.

Он что, сошел с ума?

— Я буду кричать! — предупредила девушка, отступая.

— Зачем? — вскинул брови хозяин кабинета, снимая собственный пиджак.

Действительно, зачем? В приемной не было секретаря. Все ушли на обед. Вот черт! Копылова сделала еще один шаг назад, сглотнула, не сводя глаз с мужчины.

— Выпустите меня отсюда! — голос не слушался, ноги стали какими-то тяжелыми.

— Я вас не держу, — совсем сбил с толку ее Андрей Сергеевич, расстегивая запонки на рубашке.

Девушка завороженно наблюдала за движениями пальцев. Сердце гулко колотилось в груди, отзываясь тысячами моточков в висках.

— Чего вы ждете? — на секунду он прекратил заниматься стриптизом и с интересом посмотрел на остолбеневшую сотрудницу.

Несколько секунд синие глаза буравили взглядом карие глаза Вероники. Чтобы у некоторых не осталось сомнений, Копылова покачала головой.

— Нет! — решительно сказала она.

— Нет?

— Да!

Теперь во взгляде блондина появилась растерянность.

— Так да или нет? — не понял босс.

— Да, — проговорила Ника, сама запутавшись в своих ответах, — я не буду раздеваться. Нет!

Мужчина сузил глаза и шагнул к ней. Сделал он это так неожиданно и решительно, что девушка даже не успела отступить. Он перехватил ее за руку. Преодолевая сопротивление, потянул на себя.

— Вы обожглись, — мягко сказал он, рассматривая покрасневшую кожу на кисти своей сотрудницы.

От этого прикосновения боль кислотой расползлась по коже.

— У меня есть мазь от ожогов, — продолжил Андрей Сергеевич, — ведь горячий кофе попал не только вам на руку, — с ужасом девушка поняла, что теперь он смотрит на ее блузку в районе декольте.

Вероника опустила голову и чуть не застонала от открывшейся картины. Конечно, она чувствовала, что одежда в том месте была мокрая, коричневое пятно занимало собой всю некогда белую ткань, видневшуюся под пиджаком.

— Вы можете раздеться там, — продолжил начальник, указывая на дверь в углу кабинета, — я принесу вам мазь, вдруг под блузкой тоже ожог. Обработайте, пожалуйста. Прошу прощения за испорченные вещи. Мне очень жаль, что так получилось. Я немедленно сделаю заказ, и вам привезут новую блузку и пиджак. Какой у вас размер?

Едва только Вероника начала приходить в себя от пережитого шока, как последний вопрос снова ввел ее в ступор.

— Что? Нет! Прошу вас, не нужно этого делать! — взволнованно проговорила девушка.

Ильясов отошел от нее и приблизился к шкафу. Распахнул дверцы, замер на несколько мгновений, протянул руку и достал рубашку. Задумчиво посмотрел на нее, перевел взгляд на свою подчиненную.

— Моя одежда вам будет слишком велика, — усмехнулся мужчина.

Щеки Копыловой опалило жаром.

— Я останусь в своей, высохнет! — как можно оптимистичней заявила она.

Андрей Сергеевич подошел к столу, положил рубашку на него, затем