Чародейка. Ходящая по грани - Елена Голубина

Ранее изумляющий мир лилово — кожих, успел довольно — таки быстро набить в моих глазах оскомину, и теперь он казался совершенно обыденным. Даже само упоминание о Гарровой глуши перестало быть таким страшным, вызывавшим во мне трепет. Наше будущее неизбежно, так зачем мучать себя заранее уничижительными мыслями? Удивительно, как человек быстро привыкает ко всему новому и необычному. Однако, стоило только подумать об обыденности, как в нашу и так нелегкую жизнь ворвались сложности.

Пятерка здоровенных запряженных ныпей устало тащили повозку, задыхаясь и пуская из ноздрей пузыри. Повозка была закрытой, прямоугольной формы. Судя по всему, выполненная из прочного камня. Сверху на ней сидели разодетые равры, кожа которых имела бледноватый лиловый оттенок. Из чего я рассудила, лилово — кожие не принадлежали к знатному роду, хотя и облачены были в добротную одежду. На нас они смотрели с интересом, в отличие от других жителей Таймарра, и это разбудило во мне нехорошие предчувствия.

— Корхи, чтоб их! — огрызнулась Лиллэ, нахмурившись.

Ренольд Франт дал знак не останавливаться. Мы не стали сбавлять темп, хотя уровень напряженности ощутимо рос. Джинна незаметно достала нож, пряча его в складках одежды.

— Эй, стражи! — Прожестикулировал нам один их корхов, останавливая повозку.

Затем он слез с нее вместе со своими дружками — верзилами, скалившимися нам как — то многообещающе.

Франт двинулся к ним, бросив на нас предупреждающий взгляд. Мы остались стоять в сторонке, наблюдая за тем, как ширится улыбочка одного из равров.

Компания корхов была в достаточном отдалении, чтобы расслышать разговор стража с ними. Судя по выражению лица лилово — кожих беседа не особо ладилась, Ренольд решительно им в чем — то отказывал.

— Кто такие корхи? — Шепнула я Лиллэ, буд — то те способны были услышать.

— Наемники, бандиты, — объяснила чародейка, сверля нехорошим взглядом своих земляков.

— Что они хотят? — Вступила в разговор дрожащим голосом Рэннэ.

— Ничего хорошего, для нас с вами… — кажется, Лиллэ переживала, — они напичканы антимагическими артефактами. Это значит — в случае потасовки, мы не сможем использовать свои атрибуты для защиты. Придется обороняться тем, что под рукой.

— Атрибут не сработает в случае опасности? — Догадалась я, Лиллэ в ответ кивнула. — Но Ренольд, он безоружен? — Внезапно для себя почувствовала беспокойство за жизнь стража.

— Страж сам готовое оружие, — ухмыльнулась лилово — кожая, — вот только среди нас он один, а остальные — недоучки. Корхи знают это. Иначе бы поостереглись связываться с нами.

Франт, судя по всему, хорошенько потрепал нервы, говорящему с ним наемнику. Да что там, похоже он задел их за живое. Потому что лица корхов стали угрюмыми. Страж лишь развернулся к ним спиной, собравшись уходить. Тот, кто вел диалог, презрительно фыркнул, отдав команду одному из корхов. К бандитам поворачиваться спиной не стоило. Мне даже показалось, что такой жест Ренольда их оскорбил, слишком уж реакция на такой выпад у корхов была агрессивная. Под мой испуганный взгляд и истеричный крик, наемник отправил во Франта острый предмет, напоминающий топор, только с дугообразным лезвием. Каково было мое изумление, когда страж со скоростью бешенной пули, развернулся вокруг своей оси и поймал оружие, не долетевшее до Франта какие — то несколько миллиметров. Я ахнула. Топор, сверкая лезвием, словно бумеранг вернулся обратно, прошив живот корха насквозь. Кровь у лилово — кожих была лиловая, теперь я это знала наверняка. Остальные верзилы, изумленно переглянувшись, поперли на обезоруженного стража, не суля ему легкой расправы.

Я нарушила приказ стража, бросившись на помощь. Не знаю, что именно вызвало во мне отвагу — испуг или ощущение силы огромного животного, на котором я пустилась в галоп прямиком к месту схватки, но остальные последовали за мной. Даже Реннэ, вечно всего боявшаяся, воодушевилась, направив свою здоровую ныпь точно в цель.

Когда мы приблизились, Ренольд успел упокоить еще одного недруга. Шустрый головорез, он же корх лилово — кожий, решил сделать своей целью для убиения мою скотинку, несущуюся во всю прыть и быстро приближающуюся. Дугообразное лезвие проткнуло шею Наумы. Та, оглушительно прогоготав, начала неумолимо падать, обрекая седока быть раздавленным ее большой тушкой. Несколько ловких росчерков лезвиями в воздухе, и остальные корхи повалились замертво от руки Ренольда, который, к тому же, успел совершить невероятный кульбит, в прыжке сняв меня со спины умирающего животного. Я неверующими глазами смотрела в лицо стража. Страж — сам оружие. Лиллэ все верно сказала, а Ренольд продемонстрировал.

— Глупышка, — одними губами произнес Ренольд, глядя обеспокоенно на меня. И громко:

— Из — за твоей безрассудной выходки мы остались без ныпи! Всю дорогу идешь пешком, в назидание тем, кто решит ослушаться.

Такие резкие перемены в стиле разговора меня изумили. Это его почти ласковое — «глупышка» и грозное — «из — за твоей безрассудной выходки».

Рассуждать над этим мне не дало одно странное обстоятельство. Точнее, не одно. Мой атрибут начал выбивать предупредительную дробь. А то, что сидело в повозке с грохотом выбило каменную дверь. Зверь напоминал ныпь отдаленно, разве только размерами. Вместо шерсти, тело существа покрывали черные глянцевые чешуйки. Черный матовый рог торчал из ноздрястого носа полудугой вверх. На шее и ящеро — подобном хвосте росли длинные шипы, лапы нашпигованы острыми когтями. И это, безоговорочно опасное, хищное существо, сверкнув злыми огненными глазками, несколькими прыжками одолело неблизкое расстояние от повозки до Ренольда, прижимавшего меня к себе. Я прекрасно осознавала, что испытание предназначалось для меня, поэтому я выскользнула из рук стража, бросившись в сторону леса во всю прыть. Не то, чтобы я решила посоревноваться со зверем в скорости, да и чародеи — одногруппники громко обозначили свой протест моему решению, но я определенно чувствовала — это существо может убить всех нас или только меня. В голову неожиданно пришла абсурдная идея. Атрибут, услышав ее, словно в насмешку, подкинул мне уздечку и поводья. Я от такого подарочка судьбы несколько оторопела, встав словно вкопанная и не веря собственным глазам. Наездник — то из меня никакой! Хищная тварь, не ожидая от меня резкой остановки, в прыжке перепрыгнула через меня, задев за мантию шипастым хвостом. Я решительно была против отдавать вещь из своего гардероба, цепко от страха захватив ее руками, поэтому пришлось мне болтаться позади зверя в виде продолжения хвоста. Подкинутая атрибутом уздечка, так же зацепилась за шипы хищника, и вихлялась из стороны в сторону, уподобившись мне. Страшное существо бежало быстро, чародеи, пытавшиеся нас догнать верхом на ныпях, все стремительнее отставали. Но это было не самое прискорбное! Зверюга заметила мешающийся инородный элемент в виде меня,