Прогулка - Вероника Карпенко

Наш первый раз случился буквально недавно. Хотя, по факту он был далеко не первым. Но таковым его сделал невероятный, потрясающий и самый настоящий оргазм. Который я испытала впервые! А потому, отныне и официально я считала именно ту нашу ночь самой первой в своей жизни близостью с мужчиной. Близостью, что позволила мне почувствовать себя женщиной.

Данил, точно настоящий профессионал, не торопил события. Маленькими шажками он приближал меня к заветной цели. Сначала изучая мое тело, уделяя внимание самым сокровенным уголкам. Открывая прежде неведомые эрогенные зоны! Сначала при помощи пальцев, а после — повторяя этот путь губами. Каждый раз, увлекаемая в пропасть этими экспериментами, я ждала… И, чем смелее становились его ласки, тем больше мне хотелось ощутить его внутри. Это томительное ожидание изнуряло. Ночами лежа в постели, и лаская себя, я фантазировала лишь об одном… Теперь мои фантазии обрели вполне реальные черты.

В тот вечер погода словно благословила нашу встречу, разогнав тучи и устроив на закатном небе ослепительное действо. Ветер стих и я, подставив лицо теплым касаниям летнего вечера, ловила на себе последние лучи ускользающего за горизонт солнца.

Данил, выкрав у природы погожий денек, увез меня за город. Где, в объятиях соснового леса притаился маленький летний домик. Он рассказывал, как, еще, будучи детьми, они с братом приезжали сюда на лето. Как лазали по деревьям, играли в войнушку, используя сосновые шишки на манер гранат. Я смеялась, когда он, живописно изображая преследование, перепрыгивал через бревна и метал шишки, целясь в мнимого противника.

— Сейчас разожжем камин, — сказал Даня. Когда вечером от леса потянуло прохладой, мы вернулись в домик, где я, устроившись на уютной тахте, наблюдала его попытки разжечь огонь.

— Ты когда-нибудь это делал? — хихикнула я.

— Еще бы! Просто хотел впечатлить тебя, — Данил вынул из-за камина бутылочку с прозрачной жидкостью, плеснул, и пламя взмыло вверх, касаясь каленого кирпича.

— Вуаля! — торжественно объявил он, смастерив в камине конструкцию из дров.

Он притянул меня к себе, и какое-то время мы молча наблюдали, как язычки пламени пляшут в темноте, отбрасывая причудливые тени на облупившиеся от времени стены.

Я вздрогнула, когда его рука отодвинула мои волосы, а губы прижались к выемке на ключицах. Теперь он знал каждую из моих самых чувствительных точек. Мое тело в его руках было точно открытая книга. Я же не ведала практически ничего. За все время он не позволил мне ласкать себя, пресекая попытки коснуться его ниже пояса. И хотя каждый раз я чувствовала, как пульсирует его налитая кровью плоть, знала, как сильно он желает меня, но не решалась нарушить запрет… Как послушная ученица, я следовала его указаниям, каждый раз замирая в предвкушении новых. Он целовал и нежил в объятиях мое тело! И я плыла, не чувствуя почвы под ногами. Вручая себя во власть его сильных и бережных рук.

Я откинула голову ему на плечо, и мужская рука скользнула под кофточку, нащупала бугорок груди. Я намеренно не надела белья, и это открытие возымело действие. Глаза Данила расширились от изумления.

— Ах ты, бесстыдница! — прорычал он мне на ухо, и слегка прикусил мочку.

Он ласкал мои груди, по очереди сжимая их в сильных ладонях, пропуская между пальцами твердые от возбуждения соски. Губы его скользнули вниз, туда, где лямка платья сползла, обнажая плечо. Медленно поддев тонкую ткань, он потянул вверх. И я подняла руки, с радостью избавляясь от этой единственной преграды. Уложив меня на подушки, он приподнялся на локтях.

— Ты так прекрасна в свете огня, — сказал он, повторяя ладонями изгибы моего тела. Я чуть развела бедра, приглашая коснуться сокрытых между ними закутков.

Лаская меня, он всегда смотрел мне в лицо, ловил мой взгляд и не отпускал до тех пор, пока я, в изнеможении не закрывала глаза. Так и на сей раз, приникая ладонью к горячей промежности, он изучал мою реакцию. Казалось, созерцать наслаждение на моем лице, и было его главной целью! Он жадно впитывал каждый мой вздох, ускоряясь и замедляясь, позволяя себе все больше и больше…

Поглаживая пальцами припухшие от возбуждения створки, он нагнулся и, все еще глядя мне в глаза, коснулся кончиком языка соска моей левой груди. Я неотрывно смотрела, как влажный язык ласкает мою грудь, как губы мужчины втягивают сосок, выпускают и снова вбирают в себя. Мурлыча от удовольствия, я привычным движением притянула его голову ближе. Пальцы утонули в жестких волосах. И мне безумно захотелось почувствовать его горячее сильное тело на себе… В себе! Я ухватила пальцами ворот его футболки и потянула вверх. Но он поймал и развел в стороны мои ладони.

— Подожди, детка, — выдохнул Данил, и вновь припал к моим грудям. Затем его губы двинулись ниже, к пупку, еще ниже… Оставленная поцелуями влажная дорожка оборвалась. И, разведя мои бедра, он жадно припал горячим ртом к моему клитору. Я застонала и выгнула спину, раздвигая колени, упираясь ступнями в пружинящую мягкость подушек.

Он так искушенно и умело ласкал меня там. Мой клитор в жаркой неге его рта раскрывался и трепетал. Волны удовольствия одна за другой накатывали, сжимая мое тело, точно пружину. Утратив ощущение реальности, я обвила его ногами, притягивая к себе, схватила за волосы, в жадном порыве слиться с ним воедино. Желая только, чтобы он продолжал…

Когда в последней сладкой судороге я откинулась на подушку, он отстранился. Я закрыла глаза, боясь, что вот-вот потеряю сознание. Думая, что это конец… Сейчас он ляжет со мною рядом, обнимет. И вместе мы уснем, наблюдая, как тлеют в камине угольки сгоревших бревен.

Пружины скрипнули, и, открыв глаза, я увидела его взгляд. Он смотрел на меня вопросительно. Он был, как и я, абсолютно голым! Я скользнула глазами вниз, туда, где его налитый кровью член касался моего тела. Ни говоря, ни слова, я подалась чуть вверх, пропуская его между ног. Ощущая трение его горячей плоти о мою… Точно получив разрешение, он обхватил мои бедра, приподнял их и… вошел! Медленно, не встречая преград, его член скользил во мне, проникая все глубже и глубже. Пока не исчез целиком в моем сочащемся влагой отверстии. Замерев на мгновение, он изогнулся и лизнул мою грудь.

Каждой клеточкой я ощущала его твердое живое естество. Он медленно