Свет в полумраке - Джейн Энн Кренц

– Как называется этот кантри-клуб? – спросил Итан, не особенно надеясь на ответ.

– Вам незачем это знать, до тех людей все равно не добраться, они неприкасаемые. Кроме того, сами они стараются не пачкать рук.

– Так вы скажете мне название?

– Они называют свой клуб «Убежище», – проговорил Стэгг. – А того человека, который в прошлый раз приказал мне связаться с вами, зовут Дорни. К тому времени, когда стала раскручиваться история, связанная с вашим братом, он уже полтора года был президентом клуба.

Имя было Итану знакомо, в южной Калифорнии оно имело большой вес; под его прикрытием можно было творить чудеса.

– Не знаю, важно ли это, – продолжал Стэгг, – но несколько месяцев назад совет директоров клуба уволил Дорни и выбрал нового президента. Ошибки обходятся дорого, каждый президент сохраняет свой пост только до тех пор, пока положение дел в клубе устраивает его членов.

– По-видимому, это «Убежище» мало чем отличается от других деловых предприятий.

– Да. – Стэгг собрался уходить. – Между прочим, я от них ушел, как только услышал о ваших финансовых проблемах.

– И чем же вы теперь занимаетесь? – спросил Итан.

– Я стал консультантом по вопросам безопасности.

– И что, выгодное дело?

– Это моя работа. У меня теперь даже визитная карточка есть. – Стэгг достал из кармана маленький кожаный чехол, вынул визитку, отпечатанную на бежевой бумаге, и протянул Итану. – Если потребуется консультация, обращайтесь.

Он нырнул в толпу и исчез. Итан оставался на аукционе до самого конца, конец был горьким. Личный письменный стол Итана, еще одно «программное заявление», ушел за какие-то жалкие сто семьдесят пять баксов. И этим все было сказано.

Передавая Джеффу тарелку с картофельным пюре, Бонни посмотрела на Итана:

– И какую же работу заказала твоя первая клиентка?

Итан вернулся мыслями к действительности и потянулся за очередной булочкой.

– Ничего интересного, обычную проверку прошлого одного мужчины, с которым она подумывает завести роман. На всю работу требуется минут десять.

– Ты ее уже выполнил?

– Нет еще. – Итан помолчал, намазывая булочку маслом. – Днем, когда я пытался подключить офисный компьютер, возникли какие-то глюки.

– Дяде Итану придется переустанавливать приложения, – с важным видом сообщил Джефф. – Они у него не совместимы с операционной системой на новом компьютере.

– Дома у меня есть ноутбук, – сказал Итан. – Вечером я подключусь к Интернету и наведу нужные справки, так что к утру, возможно, моя клиентка получит ответы на все вопросы.

Бонни нахмурилась.

– Кстати, раз уж ты упомянул этого розового монстра, которого ты называешь своим домом, ты не подумал над моим предложением выставить его на продажу?

Итан откусил еще кусочек булочки, прожевал и пожал плечами:

– Да кто его купит? Дом потому и достался мне так дешево, что дядя Виктор не смог его продать до отъезда на Гавайи. А ведь он пытался, в разное время он обращался едва ли не к каждому торговцу недвижимостью в Уисперинг-Спрингз.

– А мне Найтвиндс нравится, – заявил Тео. – По-моему, там классно, и бассейн есть.

– И домашний кинотеатр с большим экраном, – поддержал брата Джефф. – И машина для поп-корна!

– Этот телевизор и аппарат для приготовления попкорна – едва ли не единственные усовершенствования, которые сделал в доме дядя Виктор, кроме этого он только проводку поменял. Хорошо, что он по крайней мере начал с главного.

– Эх, жалко, что мы живем здесь, а не там, – вздохнул Джефф. – А то бы могли каждый вечер смотреть телевизор на большом экране.

Тео вздохнул:

– А у нас дома ужасно скучно.

Джефф поморщился:

– В Найтвиидсе только одно плохо – его цвет.

– Дело в том, – пояснил Итан, – что жена первого владельца обожала розовый цвет.

– Дядя Виктор говорил, что в доме появляется ее призрак, – серьезно произнес Тео. – Кажется, ее звали миссис Легг.

– Фут[1], – поправил Итан. – Ее звали Камелия Фут, она была подающей надежды актрисой.

– Как это, подающей надежды? – спросил Тео. Итан переглянулся с Бонни.

– Это значит, что она не стала знаменитой.

– А-а, понятно. – Подумав, Тео решил, что это не так уж важно. – Короче, она умерла, и старый мистер Фут свихнулся. Он не стал ничего менять в доме и жил там совсем один до самой смерти.

– Жаль, что следующие владельцы тоже мало что изменили, – сухо сказала Бонни. – Можно было надеяться, что кто-нибудь из них догадается его хотя бы перекрасить.

– Дядя Виктор купил этот дом за гроши десять лет назад, после смерти тети Бетти, – сказал Итан. – До этого он практически пустовал. Но дяде было не по средствам его перекрашивать.

– Как видишь, он не собирался жить в Найтвиидсе на пенсии. Как только он продал компанию тебе, так сразу же, буквально на следующий день, улетел на Гавайи.

– Он говорил, что ему надоела пустыня. – Итан подложил себе пюре. – Ему хотелось жить на берегу океана.

– А мне он сказал, что хочет целыми днями смотреть на девушек в бикини, – вставил Джефф.

– Точно, – кивнул Тео. – Он говорил, что на некоторых пляжах леди ходят совсем голые, без купальников.

– Серьезно? – Итан поднес вилку с пюре ко рту и выдержал паузу. – У меня есть адрес дяди Виктора в Майами. Пожалуй, когда у меня в следующий раз будет несколько свободных дней, я съезжу к нему в гости. Погуляю по пляжам и все такое.

Джефф так расхохотался, что чуть не свалился на пол. Тео пнул ногой ножку его стула.

– Дядя Итан, вы правда хотите посмотреть на голых тетенек?

Итан сделал вид, что серьезно задумался.

– Ну, если выбирать между работой и голыми женщинами на пляже, я бы, пожалуй…

– Вот что, молодые люди, – решительно прервала их Бонни, – по-моему, вы достаточно поговорили о голых женщинах, давайте сменим тему. Вернемся к Найтвиндсу. Джефф говорил, что твоя новая клиентка – дизайнер по интерьеру, это так?

– Она декоратор, только не понимаю, при чем здесь Найтвиндс.

– Я вот о чем подумала: может быть, после того как ты выполнишь ее заказ, стоит нанять ее, чтобы она занялась этим розовым мастодонтом?

– Резиденцией, – поправил Итан.

– Что ты хочешь этим сказать?

– Мне стало известно из достоверных источников, что дом полагается называть резиденцией, так, знаешь ли, звучит шикарнее. Но поверь мне, ни за каким…